Пока работает реактор, можно не беспокоиться об электричестве, воде и воздухе, но еды у нас всего дней на семь.
Топ положил голову ей на бедро: наверное, напоминая, что еда – это очень важно, а еще вкусно.
– Иными словами, – резюмировала Нелинья, почесав пластырь на лбу, – у нас неделя, чтобы совершить невозможное. Починить и запустить двигатели.
– Вернуть хотя бы часть торпед в рабочее состояние, – добавил Дрю.
– Очистить вентиляцию от слизи. – Джем передернулся. – Так какой план, капитан? Возвращаемся к базе Линкольн?
Я встала, стараясь не качаться:
– Кто считает, что мы должны поступить разумно – бежать и прятаться, скажите сейчас.
За разумный подход никто не выступил.
Я обожаю свой экипаж.
– Ну ладно, – сказала я. – Хорошо, что мы лучший курс Гардинг-Пенкроф за всю историю. Мы починим «Наутилус» за неделю. Затем мы вернемся к базе Линкольн и покажем Лэнд Инститьют, что они связались не с теми первокурсниками.
Глава 45
После этой вдохновляющей речи я ушла в библиотеку есть печенье.
Эстер приказала мне отдохнуть хотя бы час, пока найденный ею аспирин не подействует. (Думаю, она еще и наблюдала за мной, не превращусь ли я на самом деле в рыбу.) Пока остальные члены экипажа метались по лодке, убирались, чинили, таскали ящики с инструментами и ведра слизи, я пыталась расслабиться во влажно пахнущем кресле с раскрытым на коленях оригинальным французским изданием «Двадцати тысяч лье под водой».
Было очень странно читать фантастический роман о «Наутилусе», находясь на его борту. Интересно, Немо читал его перед смертью? Его раздражали неточности в тексте? Так или нет, книга не была подписана «Немо, с любовью. От Жюля» – я проверила.
Эстер сидела напротив на диванчике в обнимку с Топом и заполняла карточки, используя одну из библиотечных книг как подставку. Исписав одну, она бросала ее на Топа и принималась за следующую. Судя по ровному посапыванию Топа, этот ворох обрушивающейся на него информации его не смущал.
В камине весело трещал огонь. Я не знала, кто его развел, и понятия не имела, как он вообще работал и куда уходил дым, но он хотя бы немного разгонял влажный холодный воздух. Если бы не иллюминатор, смотрящий в синюю пустоту, и периодически проплывающая мимо белоперая серая акула, я бы в жизни не подумала, что мы под водой.
Я была рада компании Эстер. Ей наверняка было чем заняться, но, думаю, она понимала, что без надзора я сразу же вскочу и займусь делами.
– Ты должна отдыхать, – укоризненно повторила она.
Трудно отдыхать, когда тебе это приказывают.
Всего несколько дней назад мы с Эстер сидели в другой библиотеке, на борту «Варуны», и это я заботилась о ней. Теперь же мы поменялись местами.
Я перелистнула несколько страниц и задержалась на иллюстрации подводных похорон с дюжиной людей в старомодного вида скафандрах вокруг могилы. Я помнила этот момент – умер один из членов команды Капитана Немо, – но без подробностей. Лишь бы эта иллюстрация не стала дурным предзнаменованием.
– Почему Дев так поступил? – прошептала я. – Как он мог?!
Я даже не пыталась облечь в слова всю степень его предательства. Он лгал мне, повесил на меня «жучок», сотрудничал с нашими врагами. Уничтожил академию, убил наших учителей и других учеников… и все ради подводной лодки.
Эстер опустила ручку и уставилась куда-то поверх моей головы:
– Почему, ты думаешь, он так поступил?
Ух. Я забыла, что косаток учат психологии. Но ее вопрос стоил обдумывания.
Я провела пальцами по иллюстрации похорон:
– Он винит Гардинг-Пенкроф в смерти наших родителей.
– Он говорил тебе об этом? – спросила она. – В смысле, до той передачи с «Аронакса»?
Я помотала головой:
– При мне он всегда старался не падать духом. Вел себя как идеальный старший брат. А я и не задумывалась, что может скрываться за этой улыбкой…
Мне было не по себе от мысли, как плохо я знаю Дева. И еще больше не по себе от осознания того факта, что ради меня он притворялся, будто все хорошо, а внутри кипел от горечи.
А я и не подозревала. Или не хотела этого замечать. Зато в Лэнд Инститьют заметили и воспользовались этим, чтобы обратить его против ГП и меня.
– Капитан Немо тоже был очень зол, – монотонно проговорила Эстер, будто вспоминала давний сон. – Когда Нед Лэнд и профессор Аронакс познакомились с ним, он их напугал. Британцы убили его жену и старшего ребенка. Он ненавидел всю власть в Европе, хотел не оставить от нее камня на камне. Поэтому он топил их корабли, спонсировал восстания. Сейчас мировые правительства назвали бы его…
– …террористом. – Я вспомнила, как Калеб Саут обвинял Гардинг-Пенкроф: «Вы защищали наследие преступника».
Эстер кивнула:
– Лэнд Инститьют всегда руководили страх и гнев. ЛИ собиралась уничтожить наследие Немо. Но в то же время хотели быть им.
Я снова обратила взгляд на иллюстрацию. Мне трудно было совместить образ Немо – гениального изобретателя и Немо-террориста. С другой стороны, ярлыки – это то, как нас воспринимают другие люди. Патриот, борец за свободу, террорист, негодяй. Принц Даккар был индийцем, сражающимся с колонизаторами. Это точно не способствовало его репутации в Европе.
– Погоди… – Я снова подняла глаза на Эстер. – Хочешь сказать, мне не стоит слишком осуждать Дева? Или…
Эстер взяла чистую карточку и нахмурилась, как если бы линейка на ней была кривоватой.
– Я лишь хочу сказать, что люди – сложные создания. К тому моменту, когда с Немо познакомились Гардинг и Пенкроф, он стал другим человеком: старше, циничнее, разочаровавшимся. Поэтому он хотел, чтобы его технологии спрятали и охраняли. ГП руководствовались опасениями Немо, которые доходили до паранойи. Так, вдохновленные разными ипостасями одного и того же человека, появились два совершенно разных учебных заведения – Лэнд Инститьют и Гардинг-Пенкроф.
У меня заломило в висках. Этот альттек-аспирин будто заштопывал мой череп по живому.
– И мне нужно выбирать, каким Немо я хочу быть? Злодеем или параноиком?
– Нет. – Эстер что-то записала. Хоть бы не врачебные заметки. – Но, возможно, Дев попал именно в эту ловушку. Он думал, что ему необходимо сделать выбор. Хотя, наверное, тебе это необязательно. Да, в вас обоих присутствуют черты Даккаров, но ты можешь захотеть стать другим Капитаном Немо.
Из ее уст это прозвучало настолько очевидно, что я в восхищении уставилась на нее.
– Я лишь хочу поступать правильно, – сказала я.
– Дев наверняка тоже этого хочет, – заметила Эстер. – Разница в том, что в твоем распоряжении есть подводная лодка
