деревни. Порой думаю, что в прошлой жизни страну спас. Иначе за что бы Небо послало мне вас?
Мама опустила голову ему на плечо, а ворона поспешила тихонько ретироваться. Не сбивать предков с романтического настроя.
В сам праздник батя всё организовал так, чтобы его работники могли побыть со своими семьями. В городе остались только несколько добровольцев на случай экстренной доставки.
Причем один из них — дядя Ли, которого недавно чуть не привлекли за контрабанду. Другой сотрудник — неженат и бездетен, сирота. Увы, и такое случается. Красные конверты им согреют прохладные октябрьские деньки.
Мы могли бы слетать к родственникам и вернуться к премьере кинофильма, но решили остаться в городе. Родне в качестве извинений отправили… трактор. Чтобы за нас отрабатывал.
А то вон уже сколько людей с земли сняли. Кроме бати: родители честного брата Чжуна; дядя Цзялэ, мой (скорее — мамин) водитель; другой дядюшка возит Жуя, пока его супруга присматривает за Дуду.
Трактор, как компенсация рабочей силы, вполне адекватный презент.
О компенсациях: за день до премьеры с мамой встретился кастинг-директор Дэн. Передал ей конвертик с чеком на сто тысяч юаней. Выразил пожелания студии — о дальнейшем сотрудничестве. Возможно, даже близком: у Лимона какие-то планы на период сразу после премьеры.
Мама вежливо улыбнулась, поблагодарила. Отвезла чек в больницу, где шел на поправку танцор Сыма. Да так бодро шел, что даже напросился на выписку. Так хотел попасть на премьеру — фильма, где он в полной силе.
Кажется, брат намеревался отсидеться где-то с краешка, в дальнем ряду кинотеатра. С учетом костылей — крайнее место объяснимо. Но нужно ли из-за этого отделяться от коллектива?
Вихрь встретил своего лидера у больницы. Мы туда не поехали, а сразу отправились к главному кинотеатру сети Ванда (это про «достичь десяти тысяч лет», а не как имя собственное). Посчитали, что команде стоит поприветствовать ведущего танцора своим составом. Без лишних глаз.
Ванда — очень крупная сеть, её кинотеатры есть по всей стране. То, что Зеленый Лимон протолкнул показ фильма именно сюда, хорошо. Много людей одновременно сможет увидеть нашу танцевальную историю, уже в первом прокате.
Есть и минусы: одновременно с нами идут показы громких картин. «Я люблю Бэйцзин», «Китайские похороны» — из самых кассовых.
И это ещё в кинотеатрах Китая не особо транслируют западные кинофильмы. Пока только обсуждается соглашение о прокате голливудских картин. Нынче рынок Поднебесной для показа иностранных фильмов сильно ограничен.
Всё ещё в показе и весьма популярен наш прямой конкурент — «Шаолиньский футбол». В мир он уехал под названием «Убойный футбол» (и где-то на полчаса короче, чем в оригинальной версии, что очень возмутило одного из наших, которые — там). Об этом бодром фильме немало говорят нынче в прессе и с экранов ТВ.
Их бюджет — он считается скромным — десять миллионов долларов. Много трюков, есть ряд спецэффектов. Элементы комедии, плюс гунфу (оно же кунг-фу), плюс футбол.
Я его смотрела — конкурентов нужно знать в лицо. Скажу прямо: наши танцы смотрятся менее зрелищно, чем их футбол. Когда нас будут сопоставлять (а это неминуемо), мне сложно сказать, в чью пользу окажется сравнение.
«Я помогу тебе взлететь» обошелся кисленьким Лимонам в двадцать четыре «лимона»… юаней. Курс к вечнозеленым у нас нынче фиксированный, 8,28:1. То есть, фильм наш стоил меньше трех миллионов долларов. Это со всеми гонорарами, перемещениями по локациям, постпродакшн, и даже рекламным бюджетом.
Лимоны хорошо умеют экономить. Даже на билетах на премьеру для актеров сэкономили. Раньше я бы и не задумалась: выкупили мои замечательные билетики на всех в одном секторе. И что такого? Удобно же! Со своими поболтать, какие-то моменты повспоминать: как это было и как оно на экране по итогу смотрится. Да и вообще — вместе веселее.
А теперь, после отповеди Мэйхуа про быть щедрыми и казаться, это иначе воспринимается.
Ладно, пусть им. От нас не убудет. По сорок юаней — это потому, что премьера, сам по себе кинотеатр крут, и зал у нас повышенной комфортности — на «клюв». Бай Хэ не разорится.
В центральный кинотеатр сети Ванда мы прибыли загодя. Чтобы снаружи оценить — своими глазами — сколько придет людей. Лимоны кисловатые забабахали рекламу перед выходом картины, как я ранее упомянула.
С такими сильными конкурентами без пиара не обойтись.
Народу действительно немало: не факт, что все эти люди идут «на нас», но сама тенденция мне нравится.
Батя предлагает сделать фото на память. Пока судорожно ищем фотоаппарат («Точно брал! Уверен. Где же он?»), слышу сбоку деликатное покашливание.
— Добрый вечер, — обращается ко мне, игнорируя рядом стоящую Шу, смутно знакомый мужчина. — Простите, мы не были ранее представлены. Я Ли Фу с третьего канала центрального телевидения. Вы же — девочка с афиши? Главная роль в три года, Ли Мэйли?
К афишам со мной ближе ко дню премьеры прибавились афиши с Жуем. А на Вихрь, скажем, как есть: забили.
Он в костюме, хотя почти все уже ходят в куртках, пальто и пуховиках. Костюм не похож на пошив по фигуре, скорее — магазин готовой одежды, но и не самый дешевый.
Илинь показательно заслоняет меня собой. Спешат и мои распрекрасные.
— Я здесь как гость, и не взял журналистское удостоверение, — разводит руками мужчина. — Простите, если помешал вашему досугу.
Он не выглядит, как зло. И на психа не тянет.
— Ли Мэйли — это я, — представляюсь. — Приятно познакомиться, господин Ли Фу.
Минут пять беседы — дядечка знаком с моим творчеством, но на предпоказе этой киноленты не был — и общение становится более непринужденным. Он даже обменивается с мамой контактами. Дядя полезный: он главный редактор программы о новостях культуры. Вступил в должность недавно, до этого успел побыть и ведущим, и кем-то ещё…
И мы однофамильцы. Его Ли тоже пишется, как «сила».
Делаем фото на память. Ли Фу шутит, что тоже мог бы быть моим дядей, и жаль, что это не так.
Быть может, именно эта случайная встреча на площади перед кинотеатром и станет причиной проведения фан-встречи. С эксклюзивным освещением третьим каналом Центрального телевидения.
Или всё-таки дело в Лимонах? Дешевый пиар, как они любят…
Стоп. Не будем забегать вперед.
С родителями я тоже фотографируюсь. И со всем Вихрем: пока мы общались с однофамильцем, задержались, и ребята успели прикатить.
Сыма Кай на костылях и в большущих солнцезащитных
