могу понять, что именно. Я пытаюсь вспомнить, правда, вроде бы даже было что-то в лесу, но я даже не уверена, что теперь не додумываю. Просто, я была очень сосредоточена на ведении мобиля – дорога была откровенно опасной. Поэтому даже если там что-то и было, я не обратила внимания.
– А поскольку менталист не может у тебя узнать правду, потому что у тебя защита, то попытался избавиться? – с сомнением уточнил Маркус. – Ну, в целом, это может быть похоже на правду. Но как-то это зыбко что ли? Что-то, может, видела, что-то не видела… Странно. На его месте я бы просто подождал развития событий. Если бы начала проявлять какие-то действия, попыталась бы это что-то рассказать, то я бы эти попытки пресек и только после этого от тебя решил избавиться.
– Да, это было бы более логично. Только что если у него нет ресурсов за мной постоянно следить? Ты, кстати, не в курсе, сколько примерно человек может быть в этой шайке.
– Я не то чтобы выяснил, – Маркус усмехнулся, – но кое-какие мысли у меня есть. Думаю, где-то примерно двадцать-двадцать пять.
– Так мало? Я думала…
– Мне кажется, они больше пытаются представить всем, что их много, что они сила. Частично, кстати, так и есть, там собрались вовсе не слабаки. Но все же не думаю, что их – половина Академии или что-то похожее. Их бы уже вывели на чистую воду.
– Честно говоря, я сделала аналогичные выводы, правда, предполагала, что их около пятидесяти.
– Им многие помогают. Не по доброте душевной, конечно, а из страха или за какие-то преференции. Выполняют мелкие поручения, чаще всего, совершенно некриминального характера. Их сложно отнести прямо к банде.
– А ты не можешь узнать, кто у них шуршит на подхвате?
– Что вы задумали, миледи де Тремиль? – усмехнулся Маркус.
– Всего лишь задать пару вопросов, милорд де Греатришь. Вы же не откажетесь мне немного помочь?
– Полное сканирование я проводить не буду – это слишком… – он покрутил рукой, подбирая слова.
– Незаконно?
– Я знаю, что ты скажешь, что мы не в том положении…
– Вообще-то, мне не кажется хорошей идеей нарушать тут закон, потому что за тобой пристально следят и могут сдать. За мной, кстати, тоже, поэтому я не слишком многое могу делать. Я думала, ты просто посмотришь на эмоциональный фон – это все, что нужно, потому что я улавливаю только очень сильные эмоции.
– Думаю, это допустимо, – согласился Маркус. – Поищу тех, кто на подхвате или выполнял какие-то поручения.
Я же думала о другом – что это отличные кандидаты, чтобы использовать песнь сирены. Но надо быть очень осторожной, потому что за мной и моим действиями могут действительно следить. И я вовсе не уверена, что это смогу определить.
Посидев еще немного в задумчивости, я встала, сделала несколько шагов в темноту, хорошо хоть не в сторону обрыва. Все произошло так резко, что Маркус даже дернулся от неожиданности. Но от пришедшей мне в голову мысли я просто не смогла усидеть на месте.
– Что?
– Мне в голову тут кое-что пришло. Помнишь, я тебе говорила, что сообщу о всей этой ситуации подруге, у которой дядя – жандарм? Может, дело в этом? Они точно как-то прознали о звонке и решили, что я рассказала не о том, что тут происходит, а о том, что я видела по дороге?
– Нет… – парень на секунду замер, задумавшись. – Не сходится. Все началось раньше, хотя звонок мог подстегнуть к активным действиям. На самом деле прослушать стандартный переговорный артефакт не так уж сложно для менталиста.
– Я думала, что для этого нужно оборудование.
– Оборудование или менталист. Если он находился поблизости, то, при его достаточной силе, он может настроиться как бы на ментальную волну, которую передает артефакт.
– И ты так можешь?
– Я пока только учусь, – скромно ответил Маркус. – Хотя на самом деле, во-первых, это незаконно, конечно, а во-вторых, для меня это пока достаточно сложно. Тем более что я не смог бы прослушать беседу с… А кстати, на каком удалении была твоя подруга?
– Она поступила в столичную академию.
– Не знаю тогда.
– Что не знаешь?
– Понимаешь… Как бы это объяснить?.. В общем, чтобы прослушать связь через артефакт, сигнал должен быть устойчивым. По сути, ментальный посыл выходит из одного артефакта и пересобирается на другом конце из разрозненных фрагментов. Именно поэтому в некоторых местах связь невозможна – из сигнала фрагменты просто выпадают, растворяются в эфире.
– Как у нас в горах?
– Да, в том числе. Но там еще в принципе проблемы с артефактами, так что еще нестабильно работает и принимающий артефакт.
– И что из этого? Не понимаю, что ты пытаешься мне сказать, – я покачала головой, тем не менее, сев опять на пенек и внимательно слушая.
– Так вот, чем дальше должен идти сигнал, тем сложнее менталисту его уловить, он же сразу при выходе распадается на фрагменты, чем дальше приемный аппарат, тем этих фрагментов больше.
– То есть, он как бы не целым выходит из артефакта, а потом распадается по мере удаления? – уточнила я.
– Нет. В таком бы случае сигнал был неустойчивым. Связано это с тем, что чем меньше фрагмент, тем на большее расстояние он может передаться, артефакт не может обеспечить передачу большого сегмента сигнала на другую сторону нашей планеты. Соответственно, чем ближе артефакт передающий и принимающий друг к другу, тем больше по размеру фрагмент ментального сигнала, и тем меньше нужно приложить усилий, чтобы его прочитать. Понимаешь?
– Понимаю… Кажется… То есть, ты хочешь сказать, что мой разговор с Лизой менталист бы перехватить не мог, потому что столица далеко?
– В том-то и дело, что думаю, что смог бы. Но при этом, он должен обладать большим опытом и силой. Ну для примера, с уверенностью могу сказать, что перехвачу сигнал, если второй артефакт будет находиться в ближайшей к нам деревне, которая в тридцати милях от нас под горой.. Возможно, чуть дальше, но ненамного. Ну, это чтобы было понятно,
