Теперь они плелись по пыльной прибрежной дороге, которая должна была привести в Ла-Серену. Жак с еще десятком буканьеров остался на пляже охранять лодки.
Гектор проследил за взглядом мискито. С небольшой возвышенности, откуда была видна дорога, за буканьерами наблюдал всадник. Никаких попыток спрятаться он не предпринимал.
— Наши шансы на внезапность — тю-тю, — прокомментировал Изреель.
День обещал быть облачным и очень сырым, и Гектор окинул взглядом окружающую местность. Отряд двигался через невысокие, поросшие кустарником холмы. Время от времени дорога ныряла в маленькие, но глубокие овражки, промытые сильными ливнями. Идеальная местность для засады; в воздухе чувствовался едва уловимый запах дыма. Гектор подумал, уж не испанцы ли, ведущие тут сельское хозяйство, сжигают посевы, чтобы урожай не попал в руки грабителей?
Внезапно в голове колонны раздались крики, и кто-то бежал оттуда назад, призывая всех сомкнуть ряды и проверить оружие. Гектор снял мушкет с плеча, проверил, заряжен ли он, заправлен ли порохом и не болтается ли пуля в стволе, затем поставил курок на предохранитель. Держа оружие обеими руками, он осторожно двинулся вперед, Изреель и Дан шли рядом.
Дорога, до того узкая, шириной в колею телеги, выйдя из кустов, стала намного шире. На расстоянии примерно в пятьдесят шагов кусты были расчищены, и на краю делянки виднелись купы деревьев.
— Там кавалеристы, в лесу прячутся! — предупредил кто-то.
— Сколько? — спросил другой буканьер.
— Не знаю. По крайней мере, десятка два всадников с пиками. Выстроились в каре, и вид у них бодрый.
В это мгновение раздался грохот мушкетов — не более дюжины выстрелов. Над самыми дальними от колонны зарослями кустов поднялся дымок, и Гектор услышал, как над головой просвистели пули. Но испанцы промахнулись, никого не задело. Гектор опустился на колено и нацелил оружие на кусты, где дымки от мушкетных выстрелов все еще клубились среди листвы. Он не видел, кто оттуда стрелял, и ждал, пока стрелки покажутся. Поодаль, справа от себя, он услышал несколько выстрелов, это другие буканьеры заметили цель.
Гектор старался держать мушкет наведенным на подозрительный куст, и рука у него начала уставать. Дуло подрагивало, но он не хотел впустую тратить выстрел. На перезарядку требовалось немало времени, и в эти минуты вполне могла появиться вражеская кавалерия.
Не прошло и минуты, как из зарослей выскочили испанские кавалеристы. Они устремились в яростную атаку и неслись прямо на отряд буканьеров. Всадников было, должно быть, шестьдесят или семьдесят, на низкорослых, легкокостных лошадках. У нескольких конников имелись пистолеты, которые они разрядили на скаку, и Гектор заметил, что один размахивает мушкетоном. Но большинство кавалеристов были вооружены лишь пиками длиной футов в двенадцать. Гикая и подбадривая себя криками, всадники галопом скакали вперед, надеясь пронзить врагов пиками. Гектор развернул ствол мушкета, нацеливаясь на несущуюся массу всадников. Ни у кого из испанцев не было ни униформы, ни доспехов. Это были не профессиональные солдаты, а крестьяне и скотоводы, вставшие на защиту своего имущества.
Юноша выбрал цель — дородного краснолицего кавалериста верхом на мышастой лошади с белой отметиной — и нажал на спуск. В суматохе и сквозь дым от выстрела Гектор так и не увидел, попал ли его выстрел в цель.
Он встал с колена, опустил мушкет прикладом на землю, засыпал в дуло новую порцию пороха из пороховницы у себя на поясе. Рядом с ним то же самое проделывал Изреель. Краем глаза Гектор заметил, что испанская атака окончилась, похоже, ничем. Рассеявшиеся по делянке конники галопом неслись обратно под прикрытие леса. На земле остались лежать одно-два тела, мимо проскакала лишившаяся наездника лошадь — болтающиеся поводья, пустое седло в виде ковша. Гектор добил заряд пыжом, засыпал порох в затравочное отверстие, потом выбрал пулю из висящего на поясе мешочка и опустил ее в ствол. Он уже собирался загнать пулю на место шомполом, когда Изреель остановил его:
— Не трать на это времени! — сказал он, и Гектор увидел, как его товарищ приподнял на несколько дюймов от земли свой мушкет и резко ударил прикладом о землю, и пуля плотно вошла поверх пыжа. — Экономит секунды, — ухмыльнулся Изреель, опускаясь на колено и прикладывая оружие к плечу. — Теперь пусть опять наступают.
Но стычка окончилась. Испанцы отступили. Они потеряли четырех человек, а в отряде Уотлинга не было ни одного раненого.
— Думаю, честь спасена, — сказал Изреель. — Мне их жаль. У одного конника даже пики не было, лишь заостренное стрекало для скота.
Колонна двинулась вперед, теперь с большей настороженностью, и, пройдя две мили, вышла на окраину Ла-Серены. Это был первый испанский колониальный город, в котором довелось побывать Гектору, и юношу поразила геометрическая точность планировки. По сравнению с хаотичным лабиринтом Порт-Ройяла с узкими переулками и изломанными улицами Ла-Серена являлась образчиком математически выверенной застройки. Широкие прямые проспекты были проложены строгой сеткой, все перекрестки образовывали прямые углы, каждый дом стоял на одинаковом расстоянии от соседних, и фасады зданий походили друг на друга, словно смотрелись в зеркало. Даже городской фонтан был расположен в геометрическом центре рыночной площади. Двухэтажные дома были сложены из светло-желтого песчаника, и большинство из них имело резные деревянные балкончики, обитые гвоздями двупольные двери и тяжелые ставни. Кое-где виднелись за стенами-оградами садики либо маленькие огородики, а над крышами из красной черепицы возвышалась богато украшенная колокольня церкви. Все было солидным, аккуратным и крепким. Но от этого Ла-Серена выглядела не живым городом, а скорее архитектурным проектом; вдобавок город был пуст. На улицах не было ни единой живой души.
Поначалу отряд Уотлинга останавливался на каждом перекрестке, чтобы убедиться, что улица безопасна, и лишь затем осмеливался пересечь ее, и буканьеры внимательно наблюдали за всеми балконами и крышами, опасаясь неожиданного появления врага. Но не было ни движения, ни ответа, ни звука. Ла-Серена была полностью покинута жителями, и постепенно буканьеры становились все более самоуверенными. Разделившись на небольшие группки, они разбрелись по городу, выискивая ценности, которые можно унести с собой.
— Почему, уходя, они не заперли двери? — недоуменно спросил Гектор, толчком открывая тяжелую входную дверь дома, который они с Изреелем решили осмотреть, — уже третьего по счету.
— Наверное, подумали, что мы причиним меньше ущерба, если сможем без помех зайти внутрь, — высказал предположение его друг. По подбородку у него стекала струйка сока от надкушенного персика, который Изреель сорвал в саду по соседству.
