не делал этого, когда говорил Льюис, когда Аманда Роу говорила о перераспределении голосующих акций и даже когда он сам говорил.
В одну секунду я была в порядке. В следующую — я вцеплялась в край стола — костяшки белые, глаза закатываются, а моя киска такая чертовски мокрая, что, наверное, пропитала заднюю часть моей юбки.
Я прочищаю горло, выдыхая дрожащий вздох. Я наблюдаю, как его рука колеблется, не совсем дотягиваясь до телефона и его способности заставить меня всхлипывать от удовольствия.
— Думаю, было бы хорошо позволить Наоми иметь больше права голоса в ее фонде. Более направляющую роль.
Ноэль хмурится.
— С какой стати?
— Потому что это ее деньги?
Он закатывает глаза. — Технически это деньги ее придурка-отца Пола.
— Я бы хотела дослушать, Ноэль, — четко говорит Аманда. Она кивает мне. — Продолжай.
Ноэль тяжело вздыхает.
— У нее нет ни малейшего опыта в финансах.
Я пожимаю плечами. — Она может научиться. Думаю, это будет полезно для нее, и думаю, она это оценит.
— Элла...
— Я ставлю вопрос на голосование.
Он хмурится, гладя челюсть, глядя на меня.
— Хорошо, — хмыкает он. — Льюис?
Льюис встает и начинает обходить стол, собирая голоса «за». Когда он последним останавливается на Ноэле, мрачно-красивый мужчина барабанит пальцами по столу на секунду. Затем вздыхает.
— Ладно. За.
Льюис кивает.
— Предложение принято. Я начну оформлять документы, чтобы привлечь Наоми в качестве попечительницы ее траста. И если ничего больше нет, полагаю, мы закончили.
Он улыбается Ноэлю.
— И поздравляю, мистер Рэнсом. Совет директоров полностью ваш.
Остальные акционеры встают, аплодируют. Кеннет открывает бутылку шампанского, в то время как Льюис берет поднос с хрустальными стаканами с барной стойки в углу. Все чокаются, поздравляют друг друга и пожимают руки.
Я улыбаюсь Ноэлю, искренне рада за него, когда подходит Льюис. Он протягивает руку, ухмыляясь мне, и я с радостью пожимаю ее.
— Я хотел сказать вам, поздравляю с победой над системой, миссис Рэнсом.
Я усмехаюсь.
— Льюис, почему у меня складывается впечатление, что это было не совсем заслугой Мэгги?
Он ухмыляется.
— Я просто рад, что вы свободны.
— Спасибо, Льюис.
— Конечно, — улыбается он. Но затем улыбка гаснет.
— Насчет того, чтобы больше вовлечь Наоми в ее траст... — Он хмурит бровь. — У меня сложилось впечатление, что вы двое не особенно близки?
— Она считает, что это заставит мою падчерицу делать что-то, кроме траты денег на одежду и ночные клубы, — ворчит Ноэль, вклиниваясь.
Он приподнимает бровь, поворачиваясь, чтобы пронзить меня взглядом.
— Спойлер: не заставит.
Я закатываю глаза. — Да, заставит.
Льюис кивает.
— Я, вообще-то, могу быть склонен согласиться с тобой, Элла. Доказано, что передача фидуциарной ответственности за собственные финансы в руки людей оказывает драматический эффект на...
Он сглатывает, взглянув на Ноэля.
— Ну, мне пора. Еще раз поздравляю, Ноэль.
— Спасибо, Льюис.
Адвокат уходит, вскоре за ним Джордж. Следующей уходит Аманда, пожимая мне руку и также поздравляя меня с триумфом над правовой системой. Кеннет задерживается еще на бокал шампанского. Но когда он наконец желает спокойной ночи и выходит, Ноэль остается на месте.
— Ну, может, нам...
Он нажимает на интерком на столе.
— Джордж, — рычит он начальнику службы безопасности внизу, в вестибюле.
— Да, мистер Рэнсом?
— Пожалуйста, заприте верхний этаж. Никого не впускать. У меня совещание.
— Понял, мистер Рэнсом.
Когда он поворачивается обратно ко мне, чувство, которое его голодный взгляд зажигает во мне, — чистый огонь. Я извиваюсь, мой пульс учащается, когда он двигается ко мне. Я отступаю к столу зала заседаний, всхлипывая, когда Ноэль прижимает меня к нему своей огромной фигурой.
Пробка начинает вибрировать. Я стону, ахая и извиваясь.
— Ты ублюдок, — стону я, закусывая губу.
— Все в порядке, Элла? — Усмехается он. — Ты казалась расстроенной во время совещания.
— Это было не нормально, — стону я. — Это было...
— Это было что.
— Унизительно.
Он смотрит на меня, видя насквозь мою чушь.
— Тогда скажи мне, малыш, — рычит он, наклоняясь ко мне, когда мое дыхание перехватывает.
— Почему ты такая мокрая?
Я вздрагиваю.
— Я не...
— Да, мокрая, — рокочет он. — И кроме того, мы оба знаем ответ, не так ли?
Я издаю высокий, жалобный стон, когда он поднимает руку, чтобы обхватить мое горло. Его губы зависают у моего уха, пока я извиваюсь между ним и столом.
— Потому что тебя нужно трахнуть, верно?
Я всхлипываю.
— Тебе нужно чувствовать, как я перегибаю тебя через этот стол, твои бедра трутся о край, пока я вколачиваюсь в эту симпатичную киску так, как ее нужно вколачивать.
Я стону, извиваясь рядом с ним, отчаянно желая его прикосновений. Такая мокрая, что клянусь, влага течет по моим бедрам.
— Покажи мне, как сильно тебе это нужно, Элла, — командует он с рычанием.
Содрогаясь, я наклоняюсь и поднимаю юбку, задирая ее до талии. Глаза Ноэля сужаются от похоти, и он кивает. Дрожа, я опускаю руку, позволяя ладони охватить мою голую щель, тихо ахая. Я провожу пальцем по своей влажности, извиваясь от удовольствия.
— Хорошая девочка.
Я краснею. Мои глаза опускаются к его паху, и я густо сглатываю. Боже, он такой твердый; выпуклость непристойно выпирает из брюк костюма.
— Достань его, — тихо рокочет он.
Похоть охватывает меня. Моя кожа гудит от желания, когда я медленно опускаюсь на колени перед ним. Мои руки тянутся к его ремню, расстегивая его, прежде чем я перехожу к его ширинке. Его толстый член пульсирует под моей рукой, когда я касаюсь выпуклости, заставляя меня содрогнуться.
Ширинка расстегнута, я раздвигаю его брюки, сдвигая их с его бедер и мускулистых ляжек. Моя киска пульсирует, когда мои глаза останавливаются на огромном шатре на его трусах. Я тянусь к ним, оттягивая резинку вниз и через его тяжелый, набухший член.
Он выскакивает на свободу, и я вздрагиваю, глядя на распухший член прямо перед моим лицом. Я перевожу взгляд на него, мгновенно плененная сырой силой и желанием в его голодном взгляде.
— Открой рот, — командует он.
Я всхлипываю, широко раскрывая губы, не отрывая взгляда от его. Я наклоняюсь вперед, и когда бархатистая, набухшая головка его члена проскальзывает между моими губами, Ноэль глубоко стонет.
Я стону, обхватывая его губами и напевая, когда заглатываю до задней стенки. Возможно, я становлюсь лучше, но он все еще такой большой, что я едва могу взять его в рот, не то что глубоко. Но даже то, что я могу вместить, превращает меня в желе.
Мои руки обхватывают его ствол, медленно гладя его, пока я сосу его головку. Ноэль стонет, запуская руку в мои волосы и собирая их в кулак. Я всхлипываю,
