вместе с раненым возничим осел на дно кузова.
– Правителя убили! – разнеслось над войском.
Наконец перед упряжкой появился просвет. Одуревшие от боли и страха кони ринулись в него. Белая колесница, никем не управляемая, резко развернулась и понеслась проч.
– Догнать! – орал Александр. Но на его пути встали согдийские всадники. Телохранители гегемона схлестнулись с ними, словно разъяренные львы и падали один за другим. Вдруг сам Александр нырнул вниз. Конь его завалился набок с распоротым брюхом. Тут же на помощь гегемону бросились Клит и Гефестион. Но Александр уже поднялся на ноги и требовал другого коня. Исмен изловил пегую высокую лошадь с персидским дорогим чепраком, подвел Александру.
– Гегемон! – подлетел вестовой. – Парменион просит помощи.
– Пусть держится, – бросил гневно Александр, и крикнул гетайрам. – За мной! Надо догнать Дария.
Подлетел еще один вестовой.
– Кратер отступает, – сообщил он. – Тыл оголен. Мазе с бактрийскими всадниками громит наш лагерь.
– Проклятье! – воскликнул Александр. – Идем на помощь Пармениону.
Гетайры клином ломились сквозь толпу бегущих персов. Наконец, впереди замелькали фиолетовые «Фиссалийские крылья». Персидская конница, разметала фиссалийцев по полю, прорвалась к лагерю. Разграбив обоз, бактрийцы возвращались, еще не подозревая, что их армия бежит. Разгорелся жестокий бой. Ветер внезапно прекратился, и пыль теперь поднималась, словно густой туман.
– Бей! – надрывая глотку, орал Александр, наскакивая на противника. Все его телохранители к тому времени были ранены или убиты. Гефестион пристроился слева. Но и он едва держался на коне, отхаркиваясь кровью. Исмен выхватил акинак и кинулся прикрывать гегемона. Крепкий перс в белом башлыке и дорогих доспехах пытался уйти от удара. Исмен достал до его плеча. Почувствовал, как клинок разрубил кожаные латы и сломал ключицу. Еще один выскочил на него, замахнулся махайном. Исмен пригнулся и вонзил акинак в живот. Клинок лязгнул, наткнувшись на боевой пояс, но пробил бляхи с красивой чеканкой, больше пригодные, как украшение, нежели как защита.
Только выпрямился, перевел дух, а на него уже летел всадник. Шлема на противнике не было. Черные кудри разметались по плечам. Лицо в крови. Рот оскален. Глаза безумные, широко открытые. Исмен его узнал. Враг! Языг! Тот юноша, его кровник. Клинки мечей встретились, высекая искры. Колено ударилось в колено. Совсем близко мелькнуло перекошенное лицо языга. Исмен заметил, как из разрубленного лба лилась густая, почти черная кровь. Его противник уже был там, за гранью жизни. Просто, еще не почувствовал, что мертв. Проскочил между рук Мары. Но она-то никогда не упускает добычу.
Исмен развернул Цырда, догнал противника, взмахнул акинаком, но языг свалился с коня, не дождавшись удара.
В голове все перевернулось. Кровь одурманила. Хотелось убивать, отрубать руки, сносить головы, вспарывать глотки…
Вдруг Цырд завалился на бок. Исмен ухнул вниз, больно ударился головой. В ушах зашумело, будто где-то рядом возник водопад. Из носа потекло что-то теплое, не давало дышать. Он не чувствовал боли. Рука крепко сжимала меч. Это хорошо. Надо вставать! Заставил себя подняться. Земля качалась. Взгляд никак не мог сосредоточиться. А на него надвигались двое пеших кардаков с короткими копьями и плетенными прямоугольными щитами. У одного наконечник алел от свежей крови. «Сволочь! Это он пырнул Цырда!» Исмен без страха бросился вперед, поднырнул под копье, размахнулся. Рубануть не успел. Его отшвырнули ударом щита. Он вновь поднялся. Его опять завалили. Здоровенный перс готов был пригвоздить Исмена к земле.
Вдруг за спинами кардаков возник Агенор на взмыленном коне. В руке кистон.
– Убей их! – требовал Исмен.
Но фиссалиец не стал помогать Исмену, ухмыльнулся и поскакал прочь. Персы добили бы Исмена. Вдруг одному из них стрела с черно-красным оперением вонзилась в ухо и выбила нижнюю челюсть. Кардак свалился, мешая своему товарищу. Исмену хватило одного мгновения вновь очутиться на ногах. Он бросился к противнику, ухватил левой рукой край щита, рванул на себя и погрузил меч в бок перса. Кардак отбросил оружие, упал на четвереньки и попытался уползти. Исмен прыгнул на него, прижав коленом к земле и вонзал меч еще раз, и еще … и еще… поднимал и вонзал.
– Остановись! Он уже мертв!
Томирис спрыгнула на землю с лошади и пыталась оттащить его от перса. Но Исмен оттолкнул ее и продолжал кромсать мечом изуродованное тело. Томирис сорвала с него шлем, больно схватила за волосы, и со всей силы треснула ладонью по щеке.
– Опомнись! Что ты делаешь? – кричала она.
– Он Цырда убил, – хрипло прорычал Исмен, словно пьяный. – Цырд! – протяжно позвал он. Отбросил акинак, на карачках подполз к мертвому коню, обхватил его за шею, пытался заставить его подняться.
– Прекрати!
Томирис саданула его ногой в плечо. Исмен растянулся на земле. Небо кружилось перед глазами. Земля тряслась мелкой, противной дрожью. Нет, это его тело дрожит. Он поднял голову. Огляделся, пытаясь сообразить, где находится, и что вокруг происходит. Тем временем пыль начала оседать, и шум боя удалялся. Водопад стихал… Напротив стояла разъяренная Томирис. Ее испуганная лошадка с красной гривой жалась к хозяйке. А вокруг лежали тела с отрубленными головами и вспоротыми животами. Стоял ужасный смрад, ни с чем несравнимый жуткий запах смерти.
– Где Александр? – первое, что спросил Исмен. Что-то лилось из носа и мешало говорить. Он попытался вытереть струю рукавом куртки, размазал липкую кровь по всему лицу.
– Александр гонит персов, – пробубнила Томирис.
– Надо поспеть за ним. Мне нужна лошадь.
– Я сейчас тебе поймаю, – пообещала она и запрыгнула на свою лошадку. Невдалеке, возле груды тел, стоял конь, понуро опустив голову. Томирис подскакала к нему.
– Исмен! – в ужасе завопила она.
– Что? Веди его сюда.
– Это конь Фидара!
Голова загорелась. Дыхание перехватило.
– Фидар! – заорал он и бросился к Томирис. Ноги заплетались. Пару раз Исмен споткнулся, упал, сдирая колени. Томирис уже пыталась раскопать груду тел. Они вместе принялись за ноги растаскивать окровавленные трупы. Исмен заметил огромную руку, все еще сжимавшую кувалду.
– Колобуд!
Будин лежал, придавленный крупом собственной лошади. Еле вытащили его. Он коротко вздохнул и застонал.
– Жив! – обрадовалась Томирис.
Вновь принялись осматривать тела. Кругом кровь, рваная одежда… Знак «Дар» на плече!
– Нашел! – закричал Исмен.
Стащили с Фидара воина в тяжелых чешуйчатых доспехах. Взглянув в бородатое посиневшее лицо языга, Исмен узнал кровного врага аорса. Значит, и они решили спор.
Всего в коричневых подтеках, Фидара выволокли на свободное место. Исмен соскреб с него чьи-то внутренности. Томирис рванула панцирь с груди аорса, припала ухом.
– Сердце бьется.
– Надо найти Уархага.
– Лагерь рядом. Посиди с ними. Я быстро.
Она взлетела на лошадь и погнала к холму, где находился разгромленный лагерь. Исмен краем своего белого рваного плаща оттер кровь
