серого порошка.
— Натрите одежду и открытые участки кожи. У здешних дикарей нюх острее зрения.
Порошок, едко пахнущий прелой хвоей и кислятиной, въедался в ткань. Запах был неприятный, но он — единственный шанс пройти незамеченными.
— Идем гуськом, — сказал после этого я. — Без остановок до Моста костей — это единственный проход через ущелье. За ним будет вражеская земля, не нанесённая на наши карту. При встрече с противником сразу уничтожаем без лишнего шума. Держимся вместе, оружие чтобы всегда наготове.
Далее наш отряд растворился в чернильной темноте. Подлесок с каждым шагом становился плотнее. Колючие, узловатые ветви цеплялись за плащи, словно костлявые руки самой чащи, не желающей пускать чужаков в свои нехоженые дебри.
Мрак здесь был живым, сгущавшимся в причудливые тени, которые плясали на периферии зрения.
Два километра пути в мёртвой, давящей тишине, нарушаемой лишь сухим хрустом палой листвы под ногами. Каждый шорох заставлял замирать, и пальцы сами ложились на рукояти оружия.
В этом лесу не было жизни. Ни уханья сов, ни возни мелких зверьков в кустах. Даже ветер, казалось, затаился в густых, переплетённых кронах, боясь нарушить зловещий покой.
И тут неподвижный воздух пронзил чужеродный, тошнотворный запах. Сладковатая вонь гниющей плоти, смешанная с острым смрадом озона и чем-то ещё — незнакомым, металлическим.
Лара поморщилась, прикрыв нос рукавом. Иляна замерла, её посох тускло вспыхнул голубым.
Запах шёл спереди и становился всё гуще, явно сообщая о том, что дальше мы встретимся с чем-то неправильным, чуждым этому и без того мёртвому лесу.
Глава 25
— Фу… — прошептала Лара. — Что это за запах?
— Направление? — вопрос сорвался с губ.
— Прямо по курсу.
Светан кивнул в указанном направлении. Отряд снова замедлился, внимательно глядя под ноги. Вскоре смрад дошел и до остальных.
— Чертовщина, — вырвалось подавленное кашлем бормотание. Нос пришлось прикрыть рукой.
Солнцепоклонники до этого держались с изящной сдержанностью, но теперь реакция была у всех одинаковой.
— Что это? — не выдержал Светан.
— Гниль, — прозвучал ответ. — Что-то разлагается. Что-то большое.
— Может, где-то здесь сдох еще один лесной тролль? — предположил один из охранников. — Должно быть, давно тут лежит.
— Будьте на чеку, внимательнее, — скомандовал отряду.
Чем дальше, мы заходили, тем хуже становился запах. Земля пошла под уклон. Воздух, казалось, можно было потрогать — настолько он был наполнен вонью и каждый вдох подкатывал к горлу тошноту.
Деревья внезапно расступились. Отряд вышел на край большой, двадцатиметровой в диаметре ямы с пологими склонами, глубиной почти в человеческий рост.
Лунный свет залил поляну, обнажив скрытый в ней ужас.
Дьявольщина. В сибирской тайге доводилось видеть волчьи и медвежьи схроны, но это… Что-то совершенно другое. Систематичное. Будто кто-то специально создал этот могильник.
Сотни мух роились над гниющими останками кабанов, тауремов, птиц — все смешалось в черно-зеленую массу, разлагающуюся вокруг обломков костей. Мох и плесень ползли по склонам, словно зараза пыталась выбраться в мир живых.
— Падальная яма, — проконстатировал факт. — Место, куда сбрасывают трупы.
— В цивилизованных землях такие встречаются редко, — заметил Светан. — Князь, а тебе приходилось бывать в диких местах?
— Жизнь уже успела потрепать. Всякое видел.
— А подобное? — один из охранников указал на край ямы.
Из кровавой, мутной жижи на дне торчала гниющая человеческая рука.
— Такого — нет, — прозвучал мой ответ. — Обойдем.
— Постой… — остановила Иляна. — Это костецвет.
— Где? — резко обернулся Светан.
— Там, — Иляна указала на раскрытую ладонь мертвеца. Из нее рос цветок с одиноким стеблем и черными, как ночь, лепестками.
— Ты права, нимфа, — подтвердил Светан.
— Это важно? Время уходит.
— Костецвет может пригодиться, когда меньше всего этого ждешь, — ответила на мой вопрос Иляна.
— Один из редчайших даров леса, — шепнула Лара. — Растет только на костях некоторых существ. Исцеляет от многих недугов.
— А здесь никогда не знаешь, с чем столкнешься, — заключил Светан. — Я быстро. Заберу его, и двинемся дальше.
Он начал спускаться по склону, осторожно ступая по скользкой от влаги и гнили земле.
Сложно было вообразить, какая невыносимая вонь стояла там, на дне могильника. Еще немного, и она сгустилась бы в туман. Даже здесь, наверху, от нее слезились глаза. Парень определенно заслуживал уважения. Не каждый полезет в такую мерзость за цветком, пусть и редким.
— Как сюда вообще попал человек?
— Дикари едят не только животных, — ответил охранник. — Путники здесь теряются, не зная об опасностях. А для дикарей те, кто на двух ногах, ничем не лучше тех, кто на четырех.
Мой взгляд впился в деревья, выискивая движение в темноте. Слишком тихо. В такой глуши должны быть звуки, как минимум шорохи, звуки птиц и насекомых. А здесь царила мертвая тишина. Не нравилось мне это.
Этот запах, эта тишина, само место — все указывало на ловушку. Но Светан уже спустился на дно могильника, а костецвет уже практически был в его руках.
Лара напряглась, её рука легла на рукоять кинжала. Иляна беззвучно шептала что-то на языке нимф, то ли заклинание, то ли молитву. Даже солнцепоклонники выглядели встревоженно.
Светан остановился, ухватившись за толстую лиану. Другой рукой, коротким кинжалом с толстым лезвием, он осторожно подрезал стебель.
— Секунду… — сказал он.
Тишина.
— Есть…
Стебель хрустнул. Цветок и кинжал исчезли в инвентаре.
— Отлично. Теперь наверх, и уходим.
— НЯЯЯРРР!!!
БУМ!
Внезапно темная фигура вырвалась из ямы.
Оружие мгновенно оказалось у меня в руках. Первой мыслью было, что ожил гниющий труп. Но когда рука мертвеца отлетела в сторону вместе с ошметками плоти, из жижи показалась другая фигура.
Гуманоид, вымазанный в крови и кишках, но сквозь грязь проглядывала зеленая кожа. Слишком яркая для гнили.
Дикарь.
Хитрая тварь. Ждал в засаде, прячась среди падали. Сколько он там пролежал? Часы? Дни?
Лара натянула лук, но угол для выстрела был плохо. Светан стоял на линии выстрела.
С диким воплем тварь бросилась на него, размахивая заточенной костью. Светан отшатнулся к стене и дикарь навалился сверху, всаживая костяное острие ему в плечо.
Лара натянула тетиву, но не рисковала стрелять.
Я шагнул вперед, но Светан уже начал действовать сам. Он оказался крепче и умнее, чем выглядел на первый взгляд. Вместо того чтобы вырываться, он использовал близость врага против него самого.
Он
