проворства.
Примерно в четырех километрах от Моста костей голос Лары окликнул нас.
— Стоп.
Мы быстро сгруппировались и посмотрели туда, куда она указывала.
Сначала я не был уверен, на что смотрю, но затем мои глаза сфокусировались на неестественно плоском участке дерева высоко в деревьях наверху. Ветви, которые его поддерживали, были толстыми и устойчивыми, и когда я проследил дальше, увидел, что он был соединен с участком других деревьев, которые поддерживали дальнейшие платформы из досок, спрятанных среди листьев и листвы.
— Нет лестницы.
— Дикарям они не нужны, — сказал Светан, глядя на сторожевой пост. — Они просто карабкаются по стволам. Вот почему мы удаляем все высокие деревья в лесу, окружающем наше поселение. Высота дает им слишком большое преимущество.
По моим подсчетам, платформы находились в десяти метрах над нашими головами. Это расстояние, растянутое горизонтально по земле, было ничем, но вертикально, — уже совсем другая история.
Падение с такой высоты было бы как выпасть из окна четвертого этажа, и если падение нас не убьёт, то дикари завершат дело.
Но этот путь был наш единственный выбор. Если враги действительно покидали свои посты, то имело смысл занять один из брошенных.
В нём мы могли безопасно отдохнуть, хотя бы несколько часов.
— Тогда нам нужно забраться наверх, — в итоге сказал я.
У основания ближайшего дерева мы нашли низко висящую ветку, которая была достаточно прочной, чтобы выдержать наш вес.
Иляна пошла первой. Я собрался подсадить ее, но она проигнорировала мой жест и ловко подпрыгнула к ветке, подтянувшись на ее поверхность, а затем резко взобралась к следующей.
Несмотря на то, что она была водной, а не лесной нимфой, двигалась Иляна с завидной проворностью. Наблюдая, как она поднимается все выше и выше, оставалось только надеяться, что ее синяя кожа не станет легкой мишенью на фоне зелени и коричневых тонов дикой природы.
Лара последовала за ней; она была не такой быстрой, но карабкание по дереву у неё получалось так же умело, не хуже чем у какого-нибудь эльфа из фильмов.
Пришло время и мне забраться на верх.
Я прыгнул и схватился за ветку, чувствуя, как кора врезается в ладони. Мышцы рук напряглись, подтягивая тело.
Дальнейший подъем оказался сложнее, чем казалось на первый взгляд. Стволы были скользкими от влаги, а несколько раз ветки прогибались под моим весом так, что сердце подскакивало к горлу. Благо, я успевал вовремя перераспределить нагрузку, успевая предупредить их надлом.
Торговля и строительство в Полесье могли работать как интерфейс видеоигры, но когда получаешь травму, полоска здоровья не появляется. Плоть можно разрезать, кости можно сломать, а смерть была очень реальной. Особенно на такой высоте.
Оценив расстояние до очередной ветки, я рассчитал траекторию. Один резкий толчок, и я перелетел через пропасть, цепляясь за новую опору.
Еще несколько метров, и доберусь до платформы.
Позади меня Светан с охранниками тоже быстро преодолевали путь по деревьям. Они без труда поспевали за мной — их поджарые фигуры двигались так стремительно, словно весили вполовину меньше обычного.
В считанные мгновения расстояние до земли увеличилось в разы, и не успел я опомниться, как мы с женами теснились на скоплении ветвей всего в нескольких метрах от края одной из платформ.
— Дальше кто-то должен пойти первым, — предложила Иляна, оглядываясь через плечо на меня из своего согнутого положения. — Нужно убедиться, что там нет угрозы.
— Я первый, — сказал ей. — Просто держитесь позади на случай, если что-то пойдет не так.
— Почему мы задерживаемся? — крикнул снизу Светан.
— Можешь быть отдохнувшим или мертвым, — крикнул я в ответ.
— Тише будь, сейчас проверим это «гнездо». Ты же вроде понимаешь в стратегии.
— Моя стратегия — выбить дверь и махать мечом. Советую тебе поступить так же, пока ты сидишь наверху.
— Отличная стратегия для самоубийц, — отозвался с усмешкой, показав ему средний палец через плечо.
— Что это? — спросил Светан. — Что за жест?
— Это означает «спасибо».
Я осторожно протиснулся мимо Иляны и Лары, балансируя на выступе сломанной ветки и готовясь к прыжку.
Нужно было всё рассчитать идеально. Один просчет в технике прыжка, и полечу камнем вниз. Не лучшее время демонстрировать акробатические навыки перед солнцепоклонниками.
Я раскачался, поставив одну ногу на ветку, а другую на платформу, затем рванул вперед.
Носок моей ноги достиг края, а одна из моих протянутых рук едва смогла ухватиться за более высокую ветку, что позволило мне подтянуться наверх.
Мысленно вытер пот со лба, но времени поздравлять себя не было. Как только убедился, что опора надежная, вытащил меч и осмотрел наблюдательный пост.
Он располагался между двумя ярусами ветвей прячась в зелёной листве.
Доски были достаточно прочными, протянувшись через несколько деревьев и обвиваясь вокруг стволов. Получался сложный домик на дереве, предлагавший безопасное место для отдыха.
Спрыгнул на платформу. Держа меч перед собой, я двинулся вдоль настила…
Глава 24
Я осмотрелся. Прямой угрозы не было, но воздух стоял густой и неподвижный. Было ощущение, что совсем недавно тут кто-то был. Осторожно двинулся осматривать это «гнездо». Дикари ушли отсюда совсем недавно, оставив после себя лагерь, примитивный и жестокий в своей простоте.
Груды смятых веток и папоротника, служившие лежанками, источали кислый, едкий запах пота, сырости и прелой листвы. В кучах хвороста и прелых листьев белели обглоданные до зеркального блеска кости какого-то крупного зверя, возможно, оленя.
Рядом, в грязи, валялся обломок копья с грубым, неровно обточенным кремнёвым наконечником и ржавый топор, брошенный с безразличием. Лезвие глубоко, на несколько миллиметров, вошло в толстые доски настила — видимо, его проверяли на прочность или просто вымещали злобу.
К нашему облегчению, врагов тут не нашлось, а места для привала хватит на всех.
Я вернулся к краю платформы, ещё раз проверяя взглядом крепления. Старые канаты, вросшие в древесину, выглядели надёжно.
— Чисто, — глухо сказал я. — Поднимайтесь.
Иляна присела, сжавшись, словно натянутая тетива лука. Её тело взвилось вверх, будто гравитация решила взять выходной. Тонкие ноги коснулись досок так бесшумно, что даже дерево не удосужилось скрипнуть в знак протеста.
Моя рука дёрнулась было помочь, поймать, но в этом не было ни малейшей нужды. Я не переставал удивляться её почти хищной грации, столь необычной для той, чья родная стихия — вода.
Лара двинулась следом. Она коснулась моей протянутой руки, но её хватка была скорее формальностью, жестом доверия,
