карету. — Я лишь хочу найти способ и спасти Алистера и своих родителей!
Этьен сочувственно сказал:
— Ты должна поесть, иначе упадешь без чувств! Кто тогда спасет их?
Его дядя тоже строго проговорил:
— Ты только что из тюремной камеры, тебе нужно проесть, выспаться и уже со свежей головой приниматься за работу!
— Ладно, — пришлось согласиться, и мы зашли в закусочную. Выбрав самый удаленный от двери столик, заказали овощную запеканку и фруктовый напиток. Вильгельм тоже остался, правда, съел совсем немного. Он даже не вступал в разговоры и напряженно о чем-то думал.
Фардини взял на себя роль командира:
— Теперь вы оба должны выспаться, а завтра утром мы встретимся и все обсудим!
— Нет, — отказался Вильгельм Селебриан. — Способа нет! Мои предки так и не смогли его найти!
Я ела запеканку, совершенно не чувствуя вкус, и вспоминала взгляд Алистера, а также обманчивое спокойствие родителей. Они с честью выслушали вердикт, хотя совершенно не виновны в произошедшем. На Алистера я тоже не злилась, да и на его дядю, в общем-то, тоже. Наверное, реально устала.
В тот вечер господин Фардини отвез нас в мануфактуру, и мы с дядей Вильгельмом разбрелись по своим комнатам. Этьен пообещал зайти утром и помочь с обсуждениями.
Как ни странно, я быстро уснула, наверное, сказалась бессонная ночь в холодной тюремной камере. А утром мое состояние и правда, улучшилось. Не знаю, как провели ночь мои родители и Алистер, может, тоже страдали от холода и голода, но сейчас я не могла им помочь.
Этьен принес на завтрак булочки, и мы втроем позавтракали. Дядя Алистера молчал, напряженно думая о чем-то своем. Ел и пил он тоже машинально. Впрочем, как и я.
Конечно, не было и речи о том, чтобы мануфактура работала в привычном режиме. Этьен сам написал объявление и вывесил его на витрину. Двери он запер изнутри, чтобы никто не заходил.
— Лера! Поищи в своей книге с рецептами, может, там есть что-то об этом мыле? Вдруг противодействие тоже имеется?
Я кивнула и побрела в свою спальню за книгой. Вскоре мы вдвоем с Этьеном внимательно пересматривали все страницы. Вильгельм Селебриан тоже принес свои документы:
— Здесь архивные записи клана Селебриан, — подсказал он. — Мои предки долгими годами искали этот способ.
Поискав в эльфийских документах, мы тоже ничего не нашли. Хоть и потратили весь день на это.
— Кстати, а почему здесь записи, датируемые лишь столетней давностью, где более ранние? — внезапно заметил Этьен.
Вильгельм Селебриан ответил.
— Потому что самые старые документы в эльфийском архиве и вы там, молодой человек, уже бывали, помните?
Мы переглянулись с Этьеном, затем виновато посмотрели на старика.
— Увы, мы искали информацию о вашем клане, но вы нас выгнали!
— Простите, — искренне улыбнулся дядя Алистера. — В тот день я очень разозлился, да и самочувствие ухудшилось. Я боялся, что какие-то студенты опять хотят переворошить славное прошлое моих предков.
— Вот именно! — внезапно подумала я и высказала свою мысль вслух. — А что, если именно там удастся найти нужные нам сведения?
— Вряд ли, — сказал Этьен. — Но я попрошу дядю Фардини подготовить нам пропуска!
— Не нужно, — возразил Вильгельм. — Меня легко пропустят туда, а вас, как моих ассистентов тоже.
— Значит, завтра мы едем в эльфийский архив?
— Да, но сильно не стоит надеяться.
— Пока есть надежда, я не прекращу поиски!
— Ты замечательная девушка, — проговорил Вильгельм. — Прости, что предвзято отнесся к тебе!
— Я понимаю и не виню вас, — постаралась успокоить старика. — Уверена, у нас все получится!
— Вот, только осталось всего два дня, — заметил Этьен и мы все опять загрустили.
Утром я не могла дождаться момента, когда мы поедем в архив. К большому сожалению, там мы тоже ничего не нашли. Весь день мы провели, листая пыльные пергаменты, и даже Летиция попыталась нам помочь. Безуспешно. В сердцах я решила рассмотреть все документы и не уйти, пока не найду способ. Поднявшись на лестницу, я попыталась дотянуться до самой верхней полки с книгами, туда, куда мы еще не добрались. В тот момент Летиция находилась в другой части архива, а Этьена от меня отделял длинный стол. Не подумав об опасности, я подтянулась, вставая на неустойчивый стеллаж, и вдруг почувствовала, что он падает, а я теряю опору.
— А-а-а! — крикнула я, срываясь со стеллажа и уже мысленно смиряясь с переломами, как вдруг мое тело зависло в воздухе, а затем плавно опустилось на пол. Оказавшись на твердой поверхности и совершенно не пострадав, я удивленно оглянулась на старика Вильгельма, который как раз был ближе всех.
— Лера! — он изумленно смотрел на свои руки, по которым бежала искрящаяся магия. — Что происходит?
— Ох, как, это вы, Вильгельм, спасли Леру от падения? — воскликнул Этьен, глядящий с восторгом и ужасом на происходящее. — Разве у вас есть магия?
— Вообще-то, нет, — ошарашенно проговорил он и вновь попробовал использовать магию, направляя ее на один из старинных свитков. Тот медленно поплыл к нему по воздуху, значит, магия работала!
— Но как? — непонимающе смотрели на это Этьен и Летиция, уже прибежавшая на шум.
— Я не понимаю, — искренне недоумевал старик, а я, сложив два плюс два, уже знала решение.
Но следовало проверить:
— Скажите, дядюшка Вильгельм, вы же до сих пор пользовались тем мылом, что мы с Алистером отдали вам на пробу?
Пожилой эльф кивнул.
— Думаете, магия вернулась и все дело в омолаживающем мыле? Это же невероятно!
— Знаете, — восторженно сказала я своим друзьям. — Кажется, мы сможем спасти Алистера, моих родителей и нас! Поспешим в мануфактуру!
Глава 57. Все позади?
Мы поспешно вернулись и начали искать нужное мыло. К счастью, я нашла те самые куски в мастерской! Не думала, что омолаживающее мыло, которое мы так долго и сложно делали, в итоге станет решением!
Старый дядюшка Алистера до сих пор не мог поверить, что к нему возвращается магия его рода. Он смотрел на свои руки, и все время пробовал что-нибудь перемещать по воздуху. Его глаза блестели, как у радостного ребенка.
— Выходит, именно мыло стало этому причиной? — спросил мой финансовый консультант.
Я кивнула.
— Мы же читали в старинных записях, что после Серебряного Принца никто из клана Селебриан не владел магией. Так что я могу понять радость дядюшки Вильгельма.
Глядя, как счастлив старик, я улыбнулась.
— Всего два куска? — спросил Этьен, показывая на голубоватые, с прожилками кусочки.
— Да, было всего три цветка и три кусочка мыла. Один тестовый мы разрезали на две части и отдали Вильгельму и Лии, той самой прачке, что
