— К черту, отец, здесь все по-другому, — проворчал Кендрик себе под нос, но все же опустил руку и просто зажал ею рот девицы. — Замолчи, ведьма, — прошипел он. — Ты служанка дьявола, и я не стану больше слушать твоих богохульных речей.
Она продолжала молча вырываться, но все же он был намного сильнее. Хотя она была высокой и гибкой, было в ней еще что-то, отчего она казалась очень хрупкой. Насупившись, он подхватил ее на руки и понес в дом. Просто она напустила на него больше чар. Нет сомнения, что на самом деле она ростом с его коня и в такой же мере привлекательна. Без этих ее бесовских штучек вряд ли она выглядела столь милой.
Большой зал продолжал оставаться пустым. Неожиданно к нему снова пришло видение. Зал, полный людей, одетых столь странно, что он остановился на ходу. Мужчины и женщины танцевали в пестрых, смешных одеждах. Женщины в коротких, обтягивающих платьях, а мужчины в странных широких тряпках на ногах.
Так же быстро видение исчезло. Он остался стоять с плачущей девушкой на руках. Она казалась такой беззащитной и хрупкой. Он стиснул зубы, напоминая себе о том, что это злые чары делают его сердце таким мягким.
Он отвернулся и пошел к лестнице, ведущей в подземелье. Две пары дверей? Где это видано, чтобы в подземелье можно было попасть через двойные двери? Наверное, поднимаясь наверх, он их просто не заметил. Пожав плечами, он выбрал дальнюю дверь. Никто не встал у него на пути.
Он сбежал по ступеням вниз и стал осматриваться, к чему бы привязать ведьму. Было бы верхом глупости оставить ее руки свободными. Одному Богу известно, что бы она сотворила этими самыми руками. Сначала он подумал о кольцах, вбитых в стену, но руки девушки были для них слишком узкими. Оглядевшись, он заметил на полу обрывок веревки. Он поднял его, а ведьму подтолкнул к столбу, подпирающему балку, потом завел ей руки за спину и связал их вместе за опорой.
— Ох, Кендрик, — всхлипывала он. — Прошу тебя, очнись!
— Я совершенно трезвый и прекрасно знаю, что мне делать, — раздраженно сказал он. — Где Ричард? Клянусь, я перережу ему горло еще до того, как солнце встанет в зените! — Он спрятал меч в ножны, скрестил на груди руки и бросил на нее суровый взгляд. — Говори правду, если тебе жизнь мила!
— Ричард умер, — хрипло сказала она. — Матильда тоже. Кендрик, сейчас 1996 год. Все они умерли сотни лет назад.
— Ты лжешь, — крикнул он. — Все, что заплатила тебе Матильда, чтобы меня околдовать, не стоит и ломаного гроша. Вот увидишь, я найду Ричарда с его шлюхой, и они дорого мне за все заплатят. Ты умрешь, а я созову своих братьев, и мы камня на камне не оставим от этого замка. Было мне видение или нет, я не собираюсь жить в этом пристанище дьявола.
— Кендрик, пожалуйста, — продолжала упрашивать его девушка. — Ты просто потерял память. — Она широко открыла глаза. — Ты потерял память? Кендрик, помоги мне вернуть ее обратно! Просто выслушай меня и постарайся вникнуть в мои слова.
Кендрик зажал уши руками. Неужели ведьма думает, что он без борьбы поддастся злым чарам? Она должна умереть, и немедля. Но каким оружием ее убить? В Артейне сроду не было ведьм, хотя, по слухам, в Шотландии они встречались очень часто. Как же убить ведьму? Огнем?
Он содрогнулся. В крестовых походах ему пришлось перебить уйму народу, но были вещи, которые он просто не в состоянии был сделать, например, сжечь женщину на костре. Может, отсечь ей голову? Он посмотрел на нее. Даже в тусклом свете факелов красота ее была неоспоримой. Колдовство это или нет, вид девушки радовал глаз. Нет, он не отрубит ей голову и не проткнет ей грудь мечом.
Взгляд его привлек арбалет, лежавший на земле. Там, где его бросил Ричард. Затвор был открыт, как бы приглашая выстрелить. Он посмотрел на стену, к которой был ранее прикован.
— А как же Джонатан? Разве ты не помнишь нарисованный им портрет твоей семьи? Он в твоей комнате наверху, Кендрик, вместе с телевизором и компьютером, который я подарила тебе на Рождество. Все, что тебе надо сделать, это просто сказать вслух команду — и он тебя послушается. А игры, которые я нашла специально для него? Их ты тоже не помнишь? И не помнишь футбольных матчей, которые мы с тобой смотрели по телевизору?
Как странно, что и стрела лежит рядом. Как будто ее только что вынули из колчана.
Но ведь именно так все и случилось! Он посмотрел Ричарду прямо в глаза, когда у того на губах заиграла холодная усмешка. Он услышал звук спущенной стрелы и почувствовал раздирающую боль, когда она пронзила тело. Он помнил во рту горький, металлический привкус крови.
Глава 21 часть 2
— А разве ты не помнишь, до чего был несносным Назир, пока мы не разрешили ему самому украсить свою комнату? Как ночью в знак протеста он менял все бирочки, которые мы днем так старательно наклеивали на мебель? А те вечера, которые мы провели с тобой вместе на диванчике в кабинете, который ты называл своей пещерой? Когда перед пылающим камином мы делились мечтами и надеждами на будущее без особой надежды на то, что они когда-нибудь сбудутся? А мое кольцо? Неужели ты и этого не помнишь? Ты же сам надел его мне на руку…
Кендрик оперся о стену рукой, чтобы не упасть. Ведь стрела пронзила ему сердце… Воспоминания преследовали его, как демоны, которые исчезали во мгле, лишь стоило к ним приблизиться. Вот опять промелькнул обрывок памяти, и тут же растворился без следа. Кто такой Джонатан Баченэн?
Внук Матильды. Но как он об этом узнал? Он чувствовал себя так, словно его заперли в темнице, лишив дара прикосновения, вкуса и обоняния. Он вспомнил, как бродил по замку и видел солому на полу, но не мог к ней прикоснуться. В конюшнях было полно грязи и людей, но он не ощущал резкого запаха навоза и пота. Он видел перед собой стол, уставленный блюдами, но аромата пищи он тоже не чувствовал. Если он хотел чего-то коснуться, рука его натыкалась на пустоту.
— Прекрати! — завопил он, оборачиваясь к девушке, которая продолжала нести вздор. Она хочет его одурманить своими заклятиями… — Ты ничего не добьешься своим колдовством!
— Ты меня любишь… — убеждала она. — Будь ты проклят, Кендрик де Пьяже, ведь это наш с тобой шанс, а ты хочешь все испортить! Вспомни меня, ты, болван!
— Ты служишь дьяволу, — прошипел он. — С меня довольно твоих лживых речей.
Он схватил стрелу и вставил ее в арбалет.
— Кендрик, подумай о том, что ты любишь, — быстро сказала она. — Твой Ягуар. Моя красная пижама. Забавные истории, которые рассказывает Назир.
— Помолись своему хозяину, потому что ты скоро к нему присоединишься, — холодно сказал Кендрик, натягивая тетиву.
