Золотое бурление внутри голубого облака прекратилось, и, словно подцепив полупрозрачную дымку, желтизна, отступая, увлекала ее за собой. Они сливались и разрастались, пока не превратились одно целое с причудливыми разводами переливающегося голубого и ослепительно сияющего — желтого.
Раджит, казалось, слившись с байком, легче преодолевал естественные препятствия. Он обернулся, чтобы проверить друга и едва не въехал в зеленую стену.
— Ты это видел? — выравнивая мотоцикла, спросил он у сопящего за спиной Викрама.
— Что? — осматриваясь, недоуменно спросил он.
«И это тоже подарок Майры», — думал Раджит, увеличивая скорость. — «Похоже на магию и очень напоминает то, что было между мной и Майрой в архиве. Значит, они тоже предназначены друг для друга. Ну и дела…», — Раджит еще раз оглянулся на золотисто голубой купол и вовремя посмотрел вперед — пологая тропа окончилась, и впереди, змеясь, уходила вверх крутая дорожка, недоступная мотоциклам.
— Дальше, пешком, — заглушив мотор обрадовал всех журналист.
Они без труда поднимались по крутому склону, даже Ила, при всей своей кажущейся хрупкости, поспевала за мужчинами.
— Откуда ты знаешь куда идти? — не отставая от Раджита, спросил Ранбир.
На скрежет камней за спиной он обернулся, чтобы поддержать оскользнувшуюся на камнях Илу, следующий за ней Викрам тоже приготовился поймать девушку, но она ухватилась за ветки кустов и, побалансировав, устояла на ногах.
— Его предок, — Раджит указал на замыкающего небольшой отряд Викрама, — нарисовал что-то наподобие карты и указал, где находится пещера. В свое время, в поисках редких кадров, я исследовал каждую складку этих отрогов, так что, представляю, куда надо идти.
— Но сейчас у тебя нет перед глазами карты, — прищурился Ранбир.
— С недавних пор моя зрительная память значительно улучшилась, — ухмыльнулся Раджит, — карта и сейчас у меня пред глазами. Туда, — он указал на полузаросшую тропу, теряющуюся в густом кустарнике.
— Постой! — Ранбир обогнал журналиста и, вытянув руку, преградил дорогу. Он принюхался и, перебирая ветки, внимательно осмотрел их. Наконец, найдя что искал, поднес к носу отломленный побег с повядшими листками и глубоко вдохнул. — Майра, — прошептал Ранбир и повернулся к Раджиту. Его глаза сияли. — Она была здесь.
— Я же говорил, что знаю, куда идти! — не смотря на браваду в голосе, во взгляде репортера тоже стало больше уверенности.
— Наслаждайся жизнью, Маниш, пока можешь, — процедил Викрам так кровожадно, что Ила невольно отшатнулась к Ранбиру.
Теперь уже Прамара бежал впереди, ориентируясь на запах кошки и легко преодолевая препятствия из корней и перескакивая с камня на камень. Двое мужчин и девушка следовали за ним не отставая.
Глава 57. Поединок
В пещере было темно, но еле слышные птичьи трели позволяли догадаться, что наступило утро. Майра так и пролежала всю ночь, свернувшись клубочком и стараясь держаться как можно дальше от чистой, свежей и такой опасной воды. Казалось, горло потрескалось так же, как земля после длительной засухи, но она сталась об этом не думать. Все внимание было сосредоточено на том, чтобы не упустить скопившуюся энергию, сейчас напоминающую сжатую пружину, и не допустить, чтобы Маниш получил хоть малую ее часть. А уверенность, что Ранбир найдет способ освободить, придавала сил.
Едва слышный шорох заставил ее поднять голову — все так же сидящий у стены Маниш посмотрел на часы. Затем, с чувством зевнул и, встав, потянулся. Замер, словно прислушиваясь к себе, осмотрел руки и неодобрительно покачал головой.
— Не думал, что окажешься такой упрямой и жадной. Ты ведь понимаешь, что я могу держать тебя здесь сколь угодно долго.
Он включил фонарик и посветил вглубь пещеры. Яркий луч хлестнул по глазам пленницы, скользнул по стенам и замер на миске с водой.
Майра зажмурилась и сразу же подавила вспыхнувшее раздражение.
— Молчишь. Глупо, — Маниш пожал плечами и хрустнул, открывая бутылку с водой.
Раздались влажные бульки и глубокие глотки. Майра облизнула пересохшие губы.
— Хочешь? — Маниш всколыхнул оставшееся содержимое бутылки. Ответом была тишина. — Ты что, правда думаешь, будто я позволю тебе умереть от жажды и лишусь столь важного ресурса?
Успокаивая разрастающуюся злость, Майра старалась дышать размеренно и глубоко.
— Не скучай, я скоро вернусь.
И послышались удаляющиеся шаги. Одним прыжком Майра оказалась у решетки. Сняла майку и, обмотав руки, попробовала увеличить зазор между прутьями. Мягкий металл должен был поддаться силе оборотня, но, кажется, он был только сверху и скрывал твердую сталь. Раздался сухой треск и Майра вопросительно замерла.
Как и обещал, Маниш ушел ненадолго. Не успела разочарованная Майра одеться, как шаги возобновились. На этот раз они приближались. Неслышно ступая, Майра вернулась к противоположной стене.
Маниш вернулся с длинной толстой веткой. Достал из-за пояса древний кинжал с двумя блекло отсвечивающими клинками и, мрачно посматривая на пленницу, стал его привязывать к ветке так, чтобы лезвия расположились перпендикулярно основе.
— Видят Боги, Майра, я этого не хотел, — словно самому себе, бормотал он. — Но ты не оставила мне другого выхода. Ведь не захотела же по хорошему, а мы могли бы стать отличной парой.
Майра озадаченно наблюдала за его действиями. Клинки короткие и оборотню большого урона не нанесут. Конечно, неприятно и придется потратить силы на восстановление. Может, Маниш на это и рассчитывает?
«Я справлюсь», — сказала себе Майра. — «Выпущу ровно столько энергии, чтобы остановилось кровотечение, но ничего не досталось Манишу. Ранбир, где ты?»
— Извини, — качнул головой Маниш.
Распахнув глаза Майра наблюдала как жердь прошла между прутьями решетки, а потом качнулась от одной стенки к другой.
Боль в предплечьях ослепила. Такой не бывает от обыкновенной стали. Золотистый импульс, вырвавшись, создал иллюзию освещения, и Майра разглядела серебристое свечение лезвий. Посмотрела на раны — края запеклись, словно от ожога.
— Я говорил, что тебе не понравится, — вздохнул Маниш. — Продолжим?
Снова сверкнул полукруг, но Майра уже была к этому готова и при приближении клинков распласталась на полу.
— Это становится интересно, — пробормотал Маниш. — Подожди, я закреплю фонарь. Давно не был в цирке.
Пока он возился, Майра разорвала майку и перевязала руки.
— Когда придет брат,
