— Как хочешь, — улыбнулся он. — Но должен отметить, что, несмотря ни на что, ты выглядишь хорошо. Замужество пошло тебе на пользу.
— Да, — с готовностью согласилась Джастин. — Об этом мечтает каждая девушка — о скандале, сплетнях, торжественном приеме с членами семьи, где кузина напропалую флиртует с новобрачным. Не говоря уже о нападении на дом и неудавшемся похищении. Если бы я знала, что будет так интересно, то вышла бы замуж давным-давно.
— Уверяю тебя, дорогая, — сказал Гриффин, наполняя ее тарелку, — что брак с любым мужчиной, кроме меня, был бы скучен до безобразия.
— Значит, мне очень повезло. Так много лет я избегала брачных ловушек и наконец встретила тебя.
Доминик рассмеялся.
— Все так и есть. Но шутки в сторону. Как дела?
Джастин улыбкой поблагодарила крестного, налившего ей кофе.
— Все в порядке. Хотя я предпочла бы меньше волнений и больше сна.
— Думаю, это можно устроить, — сказал Гриффин и поставил перед ней наполненную тарелку.
Она воззрилась на тарелку с искренним недоумением.
— Этим количеством еды можно накормить всех твоих домочадцев.
— Ешь, Джастин, я же знаю, что у тебя хороший здоровый аппетит, за что я очень благодарен судьбе. — Гриффин усмехнулся. — Не выношу, когда женщина ковыряет вилкой в тарелке и ноет, что не может проглотить ни кусочка. Нормального мужчину это доводит до безумия.
— Думаю, ты прав, — сказала Джастин, разглядывая содержимое своей тарелки, — но, похоже, без копченой рыбы и непрожаренного бифштекса мне все же лучше сегодня обойтись, тем более если мы куда-то поедем в экипаже. Миссис Ривз сказала, что я должна одеться для путешествия.
Гриффин и Доминик переглянулись, и в усталых мозгах Джастин возникла идея, что одного из них можно ткнуть вилкой. Скорее всего, того, кто сидит ближе. На это понадобится меньше усилий. Впоследствии она, конечно, ужаснется собственной кровожадности, но пока идея показалась ей чрезвычайно привлекательной. Очень уж раздражала их привычка обмениваться многозначительными взглядами и ничего ей не говорить. Эти двое, вроде бы не ладившие между собой, довольно успешно общаются без слов.
Их попытки защитить ее от неприятностей не имели смысла. Она вовсе не хрупкая мисс, готовая в любой момент лишиться чувств. Отец это знал и поручал ей многие дела. Она даже участвовала во взломе французских шифров.
— Я бы предпочла, чтобы вы перестали бросать друг на друга такие взгляды, — сказала она, намазывая на тост толстый слой мармелада. — Я не упаду в обморок, если вы просто скажете мне правду. Если со мной было все в порядке вчера ночью, то сейчас уж точно ничего не случится.
— Не сомневаюсь в этом, дорогая, — сказал Доминик, и в его зеленых глазах заплясали смешинки. — Гриффин и я решили, что тебе лучше на время покинуть город. Тебе и малышу.
— Я, конечно, поеду с тобой, — сообщил Гриффин тоном, не допускающим возражений. — Никто не удивится, если мы на некоторое время покинем город. Мы же молодожены.
Джастин закатила глаза, надеясь, что никто не заметит, как она вздрогнула, узнав, что они уедут вместе.
— Да, конечно, и младенец с нами — лучшее подтверждение того, что мы отправляемся в свадебное путешествие.
Доминик натянуто усмехнулся.
— Я тебя понимаю. Но ведь никто не будет знать о ребенке. Если вы уедете из Лондона, не привлекая к себе внимания, думаю, все будет в порядке.
Джастин задумалась. Идея отправиться вместе с Гриффином в свадебное путешествие, пусть даже не настоящее, ее тревожила. Она делала их брак, который со временем все меньше походил на фиктивный, еще реальнее.
— Я согласна, что необходимо соблюдать осторожность, когда речь идет о малыше, — сказала она, — но действительно ли отъезд так уж необходим? Те бандиты, которые вчера ворвались в дом, не так глупы, чтобы повторить попытку. И мы же точно не знаем, что они пришли именно за Стивеном. Может быть, у них была иная цель.
— Думаю, мы можем утверждать с достаточной степенью уверенности, что это была попытка похищения, — сказал Доминик. — Мы не знаем, хотели они или нет прихватить также тебя или Роуз, чтобы ухаживать за ребенком. В данный момент нам неизвестны их мотивы, и потому нам трудно предвидеть их действия. Но они явно спешат, а значит, являются опасными.
У Джастин, которая успела съесть половину тоста, внезапно пропал аппетит.
— Понимаю. А нам вообще что-нибудь известно об этих людях? Кроме того, что они, возможно, итальянцы.
— Судя по тому, что удалось узнать Доминику, они определенно итальянцы, — сказал Гриффин и поставил тарелку Джастин, которую она отодвинула, перед собой. Его тарелка была пуста, значит, он уже успел съесть завтрак.
— Ты действительно собираешься это съесть? — удивилась она. — В такое время?
— Не пропадать же добру, — безмятежно заметил он и с аппетитом принялся за еду. — Я давно усвоил, что, если не знаешь, когда удастся поесть в следующий раз, надо есть впрок.
Интересный факт. И говорящий о многом. Джастин решила, что обдумает его позже.
— Очень мудро с твоей стороны. Но я хотела бы получить ответ на свой вопрос.
— Да, — встрепенулся Доминик. — У меня есть некоторые идеи, но почти нет точных фактов. В результате аннексии Бонапартом итальянских территорий в ходе войн несколько правящих династий герцогств и королевств оказались смещенными. Некоторым из них пришлось отправиться в ссылку. Многие нашли убежище в Вене и при других сочувствующих дворах. Но все они не утратили надежду вернуться.
— Это понятно, но при чем тут Стивен? — спросила Джастин.
Прежде чем крестный успел ответить, она тряхнула головой, раздраженная собственной несообразительностью. Папе бы это не понравилось.
— Вы хотите сказать, что он может быть членом одной из таких семей? Об этом говорит кольцо?
— Да, я считаю, что кольцо принадлежит одной из младших ветвей Габсбургов. Возможно, речь идет о Сан-Агосто или Сан-Густелло. К сожалению, полной уверенности в этом у меня нет, и я продолжу расследование.
Джастин покачала головой, пытаясь найти смысл в столь необычном способе спасения ребенка.
— Если так, к чему вся эта таинственность? Война закончилась. И почему ребенок оказался именно здесь? Странный выбор для того, чтобы спрятать ребенка из такой высокопоставленной семьи.
— Да? — с неприкрытым сарказмом переспросил Гриффин.
Черт! Конечно, Гриффин — отпрыск еще более высокопоставленной семьи. Наверное, ее высказывание его задело.
— Ты понимаешь, что я хотела сказать, — буркнула она и поморщилась.
Он одарил ее ослепительной улыбкой. Такие улыбки она видела нечасто, и всякий раз ее бедное сердце начинало трепетать. Женитьба ничего не изменила.
