На свежем воздухе она почувствовала необычайный прилив сил. Второе дыхание открылось, что ли? Слабость и сонливость, спутники последних дней, словно испарились. Кого благодарить? Свой организм за запоздалый прилив адреналина или Реннена с принцем за то, что выжили? Им троим удалось пройти по краю пропасти и не сорваться. Одно это стоило того, чтобы порадоваться жизни.
На крыльце Эйлин остановилась и, щурясь на внезапно показавшееся из-за туч солнце, улыбнулась. Реннен повернулся к ней с немым вопросом, удивленный ее воодушевлением.
Как она могла забыть, что глаза у него как расплавленный шоколад, когда в них отражаются солнечные блики? Реннен сделал шаг навстречу… Момент портило лишь неразборчивое шипение магических динамиков со стороны стадиона.
— Сегодня великий день не только для академии, но и для всего магического сообщества…
Этот голос… Эйлин будто ударили под дых. В голове застучали сотни молоточков, и она инстинктивно зажала рот рукой, чтобы не закричать.
— Я обращаюсь к Эйлин Лавкрофт, надеюсь, она меня слышит… Знайте, дорогая: то, что произойдет сейчас, — полностью ваша вина…
Эйлин упала бы, но Реннен успел поддержать. Он тряс ее за плечи и что-то говорил. Нет, даже кричал. Но смысл слов не доходил до разума. Она даже собственное тело не контролировала, будто в одно мгновение превратилась в пустой мешок.
Голос, который она рассчитывала никогда больше не слышать, продолжал кромсать ее сознание. Как?! Как этот демон выбрался оттуда?
Реальность происходящего вернулась к ней с последними словами Вейнгарта, эхом разносившимися далеко по горам:
— …приведите ко мне Эйлин Лавкрофт. У нас с ней имеется незавершенное дело.
Он идет за ней. Он близко.
В груди больно кольнуло, воздуха не хватало.
— Эйлин! — орал Реннен.
— Не могу больше, — прохрипела она, зажимая уши ладонями. — Не могу так больше. Оставьте меня в покое!
Сквозь пелену безумия она почувствовала жгучую боль на щеке, в ушах зазвенело. Он что, отвесил ей оплеуху?! Гнев горячей волной накрыл Эйлин.
— Прости. — В глазах Реннена читались раскаяние и мольба. — Не знал, как иначе прекратить твою истерику.
Эйлин ответила бы колкостью, но словно онемела. Тогда Реннен резко притянул ее к себе, схватил за подбородок и поцеловал. Настойчиво, долго. У Эйлин голова пошла кругом. Такой метод оказался действеннее пощечины, и паника, гнев разом отхлынули, уступив место призрачной надежде, что они еще не проиграли, что еще не конец. Ведь они вместе.
Реннен нехотя прервал поцелуй и, не выпуская ее из объятий, прошептал:
— Моя очередь тебя спасать.
Глава 2
— И что нам делать? — всхлипнула Эйлин.
— Нужно продержаться всего час. — Реннен старался говорить уверенно, но по рассеянному взгляду было ясно, что он не до конца представляет план спасения. — Ты же слышала Флокса. Скоро прибудут бойцы Ди Наполи, лучшие наемники регента.
— Беренгар! Мы не можем его оставить.
Реннен согласился, пробормотав, что наследник престола чересчур проблемный попался, и они вернулись в лазарет.
На сборы ушло не больше пяти минут. Половину драгоценного времени они потратили на то, чтобы переубедить господина Стрегоне, яростно протестовавшего против перемещения пациента. И только когда принц повысил голос и отдал приказ, доктор обреченно сдался.
Напоследок он дал Беренгару две неаппетитные на вид пластинки то ли спрессованной высушенной травы, то ли грибов. Принц, кривясь, заставил себя проглотить снадобье, и в его глазах появился странный блеск. Доктор предупредил, что, когда действие препарата пройдет, усталость и боль накатят с новой силой, но этого не стоит бояться.
Оказавшись во дворе, они услышали гул голосов, будто забрели на ярмарочную площадь.
— Не знаю, что это за звуки, — Реннен настороженно осматривался вокруг, — но лучше нам держаться подальше от чужих глаз.
— Предлагаешь спрятаться? — спросила Эйлин.
— Да, только где? Мы в горах, в кратере, и в замке, насколько мне известно, нет секретных комнат для нерадивых детективов.
В другой раз Эйлин послала бы его в очень далекие земли, поскольку именно она спасла принца из лап психопатов. Да, преступник решил отомстить, но кто ж виноват, что спасателей в академии приходится ждать часами? Эйлин покрепче перехватила холодными пальцами подсвечник-проводник, который взяла с собой, и ее осенило:
— В лабиринте, там нас точно никто не найдет.
— Нет. — Беренгар протестующе поднял руки. — Я туда не вернусь!
— Я понимаю, но вряд ли ректору придет в голову нас там искать, — начала уговаривать Эйлин.
Реннен молча кивнул и направился было в сторону тропинки, ведущей в склеп, но навстречу вышел игнарус. Он заметил Эйлин и начал громко мычать, указывая на нее кривым пальцем. Тут же из-за деревьев появились еще несколько слуг. Они возбужденно обменивались нечленораздельными фразами на одном, только им понятном наречии и шли в сторону Эйлин.
— Приказ Вейнгарта, — прошептала она в нарастающей панике. — Они собираются отвести меня к нему.
— Да их всего-то пять, — Реннен сжал кулаки, — прорвемся.
Эйлин удержала его за плечо и отрицательно замотала головой:
— Не надо, а если на драку явятся ориасоки? Вдруг и им ректор дал команду? Мы уязвимы, пока ступаем по земле.
— Второй вход ведь в галерее, так? — Реннен обращался к Беренгару. — Нельзя сдаваться, ты через столько прошел! Мы не бросим тебя, не бойся.
Принц побледнел, губы его дрожали, казалось, сейчас зарыдает. Беренгар умоляюще смотрел на Эйлин. Она отвела глаза. Если бы только был другой выход.
— Даже если я найду люк, как мы его откроем?
— Руна-ключ у меня вот здесь. — Эйлин постучала пальцем по лбу, вспоминая рисунок Кидена; благо зрительная память у нее была отличной. — Я могу попытаться. И у нас есть проводник, чтобы выйти назад.
Интересно, Агата все еще на берегу озера? Жива ли она? Кажется, внезапное появление Эйлин помешало Вейнгарту забить тетку до смерти. Завершил ли он начатое после того, как они сбежали?
«Скоро узнаешь», — горько подумала Эйлин. Она прекрасно понимала Беренгара. Ей становилось дурно от одной только мысли, что вынуждена вернуться в холодное подземелье. Да еще и нырять в это жуткое, мерцающее мертвенным светом озеро. Но варианта лучше у них, увы, не было.
Поддерживая Беренгара, Эйлин и Реннен побежали в сторону галереи. Подгоняемые недовольными окриками игнарусов, которые можно было принять за ругательства, они миновали розарий и буквально взлетели по ступеням. Гул толпы вдалеке нарастал, провоцируя приступ панического страха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
