в одну лабораторию. Отец лично отобрал пропуск и все запасы спирта и сигарет. Как же пить хочется! Какая жажда мучит! Не только во рту, во всём теле, до кишок. Словно вынули мускулы и насыпали вместо них песок. Ото рта к желудку тянущая сухость. Пальцы подрагивали. Витёк сглотнул и провёл ладонью по губам.
- Тоже мне папаша! Единственная радость была у сына и той лишил. Жалко, что ли! Сам всю жизнь только карьерой занимался, жизни не видел и сына теперь радости лишает. Сука, а не отец!
Витёк короткими рывками втянул воздух, глаза увлажнились. По-детски всхлипнул.
- Он что виноват, что не красавец! Это ведь не от него зависит! И талантов особых нет. Он такой, какой есть, что его теперь убивать за это! Но ведь и дураком не был, совсем не был. И в институте был самым хладнокровным, трупов не боялся. Другие чуть ли в обморок не падали на вскрытиях (некоторые действительно падали), а Витёк лишь улыбался. Надо было в хирурги идти. Но отец отсоветовал, сюда сосватал. Так всё расписал, бессмертием поманил. А где оно, то бессмертие! Пока суть да дело, его вообще выкинут с базы. И что теперь делать!
Парень лёг на бок и обнял себя руками, поджал ноги.
Ему бы Аниму, он бы всем показал, у него бы все поплясали. Он представил, как Фазиля лежит на его кровати. Широко раздвинула смуглые гладкие ноги и смотрит ему в глаза с обожанием, да что там, с благоговением. А он – могучая лавина, покрывающая склон. Как он пинает Рюрика, а тот летает по полу весь в крови и соплях. Витёк улыбается, глядя на кровь на своих ботинках, а Фазиля кричит:
- Убей этого насильника, дорогой! Убей гада!
Витёк улыбнулся. Да, это было бы здорово. Нет, не так. Это было бы справедливо.
Но тут глаза его потускнели, и он облизал сухие губы. Этого не будет. Не будет никогда. Даже если его не выпрут с базы, благодаря отцу никто не даст ему участвовать в эксперименте. И никакие связи не поможет. Но даже если дадут, что толку! К тому времени уже десятки людей будут обладать искусственными душами. И Рюрик тоже. Он сейчас зверь, и страшно подумать, что он сможет, если у него будет такая сила. Да ещё бессмертие в придачу.
Вот если бы в мире был только один человек с Анимой. Например, он Витёк, это было бы здорово. Это было бы правильно. Справедливо. У других и так радостей в жизни хватает. А у него ничего нет. Теперь даже спирта нет. Остаётся только лечь и умереть. И все вздохнут с облегчением. Устроят праздник. Будут веселиться. А он будет лежать в гробу. Да нет, какой там гроб. Здесь проще. Людей сжигают и развеивают над озером. Как тех охранников, что погибли несколько дней назад. Простой учитель!
Витёк сжал кулаки. Вот если бы…
И тут в его груди пробежал ласковый холодок. В голову пришла одна вполне конкретная идея. Настолько простая, что после холодка, всё тело бросило в жар. Витёк сел на кровати. Его глаза расширились.
- А почему бы собственно нет! Это может получиться. Рискованно, но можно. Получить Аниму. И он даже знает как. А после этого останется уничтожить генератор и подчистить за собой. Это всё можно сделать. Почему нет. Даже учитель выбрался. А он знает базу гораздо лучше, чем какой-то доброволец. Он знает всё. Даже то, чего не положено знать. Отец всё ему рассказывает. Раньше рассказывал. Он может стать единственным человеком, обладающим Анимой. И тогда весь мир его. Какая там к чёрту Фазиля. Он вообще будет трахать любую бабу, какую захочет. Никто не сможет сказать ему «нет». Он сможет пить и курить сколько угодно. Анима тут же вылечит любые болячки. Он станет...
А для этого ему нужно всё продумать. Хорошенько. Витёк лёг на кровать, заложил руки за голову. Смотрел в потолок и улыбался. Ещё никогда его мозги не работали так хорошо, как сейчас.
Глава 42
Я тормознул такси примерно в километре от места, где убил бритоголового. Прошёл вдоль ручья и вышел на другую дорогу. За низинкой обнаружились какие-то трущобы. Старые облупленные хаты и деревянные дома наподобие тех, что я сжёг в Яргыле.
Бедная окраина. Затеряться здесь проще, чем в центре, но только если знать окрестности. А я просто заблужусь. Пришлось вернуться на дорогу. Надеюсь, полицейские не ожидают от меня подобной наглости. Через пять минут остановил пустое такси. За это время просмотрел купюры. Их было много, но, к сожалению, большая часть в долларах. Я не стал считать. На мои нужды хватит.
Остановился потёртый синий «Рено». Я примял заднее сидение и закрыл дверь. Таксист не повернул головы. Невысокий, с круглым лицом (похоже, это норма в здешних краях) и круглым брюшком.
- Куда едем?
- Ближайший обменник.
Ближайший обменник обнаружился в трёх кварталах. Машина мягко встала рядом с трёхэтажным новым зданием под красный кирпич. В обменник вёл отдельный вход. Я не торопился открыть дверь.
- Слушай, я паспорт дома забыл. Поможешь? Десять процентов возьмешь себе на чаевые, - водитель забарабанил пальцами по рулю.
- Не фальшивые, надеюсь? – после паузы сказал он.
Я вдруг понял, что веду себя как фальшивомонетчик. Я не знаю, как ведут себя настоящие фальшивомонетчики, но впечатления достаточно, чтобы испортить дело.
- Я с тобой пойду. Рядом постою. Бухнул вчера с друзьями, всё потратил, одни зелёные остались. Даже опохмелиться не на что. Но если не хочешь…
Я потянулся к двери.
- Ладно, я просто спросил.
- Да не вопрос.
Через пятнадцать минут я рассчитался с водителем и снова сел в такси. По стеклу забарабанил тёплый дождик. Но небо по-прежнему чистое.
- Я здесь человек новый. Отвези меня в район, где можно постричься, поесть и одеться, не отходя от кассы.
Водитель отвёз меня в торговый центр. Новенькое большое здание блестело стёклами. Я провёл там пару часов.
Вышел в новеньких джинсах, футболке и ветровке. Глаза закрывали большие чёрные очки, а бейсболка голову, которую мне помыли и подстригли. На ногах чёрные кроссовки, на плече синяя спортивная сумка с вещами. Я теперь был абсолютно не похож на бродягу, которого могли опознать свидетели убийства.
В киоске купил пару дорожных карт и обозрел окрестности. Большинство дорог ведут в окрестные городки и сёла. Но мне нужна только одна трасса. Та,
