мастерская? — теперь был черед невесты удивляться.
— Да. Считай, я поменял свой зимний сад на твои холсты. Там тепло, светло, а главное, можно побыть одной, как ты это любишь делать. Думаю, ты осмотришь помещение сегодня вечером, а завтра мы подберем обои или краску для стен. Можем заменить ламинат на полу.
— Ну, хорошо… — немного озадаченно потерла лоб Лера. — А я, действительно могу делать там все, что захочу, и ты не будешь туда заходить?
— Нет, заходить, я, может, иногда буду, но трогать ничего не стану, обещаю. Карочка, так можно я привезу тебе вечером цветы?
— Вези. У меня на втором этаже все равно почти пусто, — добродушно кивнула головой в знак согласия хозяйка.
К вечеру куличи были украшены, цветы перевезены в дом Льва Константиновича Сотникова, и Лера пребывала в состоянии легкой эйфории. Лоджия оказалась намного больше, чем ей показалось сначала. Обои кое-где потерлись, линолеум потрескался, но Андрей обещал устранить эти мелочи за одну неделю.
— Завтра я весь день буду в гостинице, — довольный тем, что его невеста счастлива отведенному для нее помещению, говорил он. — А ты съезди в магазин и подбери нужные материалы для стен и полов.
— А еще я встречусь с Элеонорой! Я так соскучилась по ней! — радостно повиснув у него на шее, болтала Лера.
— Встреться. Потом расскажешь, удалось ли ее супругу убедить тестя перевести на него часть семейного бизнеса, — хмыкнул Андрей.
— Ты всегда видишь только материальную сторону дела, — нахмурилась Лера.
— Я финансист. Не могу по-другому.
— Удивительно, что ты до сих пор не уличил меня в меркантильном интересе в отношении тебя.
— Ты, конечно, тоже не ангел. Но я точно знаю, что в отношении меня у тебя есть искреннее чувство. Именно поэтому я женюсь на тебе.
— А почему ты думаешь, что оно искреннее?
— Потому что только совершенно не заинтересованный в прибыли человек мог просто так подарить дорогостоящий проект гостиницы, проработав над ним двое суток, — заулыбался Андрей. — Я до сих пор не перестаю этому удивляться.
— Это я придумала, — призналась Лера, взглянув на застекленную часть лоджии.
— Не понял. Что придумала? — озадаченно посмотрел на нее Андрей.
— Я придумала, что ты должен иметь свою гостиницу. Когда мне надо было делать интерьер для Антона Владимировича, у меня ничего не получалось. И Мирра посоветовала представить кого-то другого в роли заказчика. И тогда я вспомнила о тебе. О том, что тебя не награждают почетными грамотами, о твоих словах про капризы московского партнера, из-за которых ты полдня мерз на стройке, и мне показалось, что ты заслуживаешь чего-то большего, чем просто исправлять ошибки других. И я создала мечту, в которой ты становишься владельцем современного отеля. А через некоторое время вечером, когда мы с тобой гуляли по пляжу, ты обмолвился, что тебе предлагали выкупить пансионат за бесценок.
— Надо же, а я и не знал тогда, что ты думаешь обо мне. Казалось, ты такая недотрога! Я даже на кофе тебя боялся приглашать, — рассмеялся Андрей, мягко притянул ее к себе и тоже выглянул из окна. — Наверное, так должно было случиться. Ты оказалась моим проводником в новую жизнь. Честно говоря, сначала я очень испугался твоего проекта. Страшно было что-то менять, даже несмотря на то, что существующее положение вещей мне не очень нравилось. Но когда ты швырнула мне в лицо деньги и убежала, я понял, что если не попытаюсь воплотить твой проект в жизнь, то потеряю тебя навсегда. А это было еще страшнее, чем отказаться от привычного окружения. Я и создавал эту гостиницу только ради тебя одной.
— Ты делал это только из-за меня? — повернулась к нему Лера. Ее глаза были широко распахнуты от удивления.
— Из-за тебя и ради тебя. И теперь ты — неотъемлемая часть моей жизни, — Андрей осторожно прикоснулся пальцами к ее щеке. — Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, — почти прошептала она в ответ. В глазах почему-то защипало, и она часто заморгала. — Мне немного тревожно из-за всех этих перемен. Не отпускай меня, если я начну делать глупости, хорошо?
— Ни за что не отпущу. Обещаю, — он посмотрел ей в глаза, а затем крепко прижал к себе и продолжил, нежно перебирая ее волосы: — В тебе сосредоточен весь смысл моей жизни. И если что-то пойдет не так, я не смогу этого пережить.
— Я тоже… — шептала в ответ Лера.
За окном угасали последние признаки дня, и мир постепенно погружался в сумерки. Теплый весенний воздух из открытого окна ласково нашептывал о любви, о счастье, а в застекленной лоджии прорисовывался красивый силуэт влюбленной пары. И редкие прохожие улыбались, оглядываясь на красивую живую картинку на шестом этаже. Им было невдомек, что это за мужчина и женщина, но ее длинные волосы и его широкие плечи, сплетенные в полумраке фигуры кричали о самом главном так ярко, так искренне, что это не могло не тронуть даже самое черствое сердце.
Глава 19. "Освобождение"
Лера сладко потянулась и взглянула на часы. Половина десятого. Андрей уже давно уехал в гостиницу, и можно просто понежиться в постели, ни о чем не думая. С Элеонорой они встречаются в обед, так что Лера еще успеет принять горячую ванну и позавтракать, а если повезет, купит обои для мастерской.
Она сладко зевнула и мечтательно потянулась еще раз. Как все же хорошо, что теперь нет нужды ходить каждое утро в строительную компанию, а можно просто заниматься картинами. И даже если их не купят, о ней есть кому позаботиться. Нет, что ни говори, а в удачном замужестве имеются огромные плюсы. И минусы в виде завтрашней утренней службы в церкви, на которую Лере придется идти рука об руку с Андреем, и предстоящее материнство никак не идут в сравнение с приобретаемыми бонусами. «Интересно, все трое наших детишек будут такими же кудрявыми, как Катерина, или все же в ком-то мои черты возьмут вверх?» — спросила она у самой себя и хихикнула, представив, как ее кудрявые детки с пеленок учатся считать прибыль от туристического сезона. Потом вдруг вспомнила, что накануне Лев Константинович почему-то не попросил ее подписать тот злосчастный контракт с Антоном Владимировичем, и в душе снова зашевелилась легкая тревога. Надо
