– Ты откликаешься на мои прикосновения, – прошептал он, придвигаясь ближе.
Джулиана тут же отпрянула и отвернулась, снова устремив взгляд на мирный белый пейзаж.
– Да. Даже когда мне не следует этого делать. Я признаю, что замужество не подготовило меня к тем чувствам, которые ты вызываешь во мне.
Виконт схватил ее за плечи и развернул лицом к себе. Неужели она не шутит? Он испытующе вглядывался в ее лицо, но его выражение было абсолютно искренним.
– О, Джулиана…
– Это не повод торжествовать, – с упреком сказала она, высвобождаясь из его объятий. – Это только затрудняет решение, которое я должна принять.
Значит, она еще ничего не решила по поводу их брака. Это могло быть как хорошо, так и плохо. Айан нахмурился; Может, сейчас стоит поцеловать ее, смутить, скомпрометировать? Как-нибудь убедить ее своими прикосновениями, как сильно он ее любит? Тогда она наверняка пой-226 мет его чувства. Или нет?
Внезапно пошел снег. Ветер гнал большие хлопья по полуденному небу, и они в полной тишине мягко падали на землю.
– Давай зайдем в дом, – предложил он, зная, что невозможно будет соблазнить ее в такую метель.
Джулиана колебалась.
– Нет. Здесь мне спокойнее. Я помню, как в детстве перед Рождеством мы ходили и распевали хоралы в снегопад. Тогда я в первый раз ощутила радость от наступающего праздника.
Айан знал, как это было важно для нее. Он взял ее за руку и улыбнулся.
– Я рад. Мы можем зайти в дом и спеть…
Не надо переиначивать действительность в попытке сделать ее лучше. Позволь мне насладиться этим моментом как есть.
– Я просто хотел добавить…
– Я понимаю. – Она вытянула вперед руки, словно желая пресечь дальнейшие оправдания. – Это я и стараюсь тебе объяснить. Когда кто-то тебе небезразличен, ты требуешь от него ответных чувств, хочешь, чтобы он подстроился под твои мысли, под твой образ жизни. Возможно, так ты чувствуешь себя ближе к этому человеку, я не знаю. И чем больше ты любишь, тем усерднее твои старания. Я не смогу с этим примириться. – Ее лицо приняло осуждающее и вместе с тем пылкое выражение. – Я смогу всерьез рассматривать твое предложение, только если буду уверена в том, что ты позволишь мне мыслить самостоятельно и прекратишь попытки изменить меня. Пожалуйста, пойми, даже если мы поступаем по-разному, то эти различия могут дополнять друг друга.
Айан подавил улыбку. Пусть Джулиана сама разбирается со своими предположениями. Он просто хотел помочь, как поступают друзья и товарищи. Он не хотел изменить ее или подстроить под… как она выразилась? Ах да, под свой образ жизни. Вздор! Он просто помогал, когда она боялась, и упрашивал, когда она сопротивлялась.
– Ты много размышляла над этим вопросом. Джулиана печально кивнула.
– Ты даже не представляешь сколько.
На самом деле это звучало многообещающе. Айан незаметно приблизился.
– Зная тебя, думаю, что представляю. Как бы то ни было, я ценю твои мысли. Это правда. – Он улыбнулся. – Ну а теперь ты не хочешь дать отдых своему живому уму?
Она выгнула темную бровь:
– После всего, что я сказала, ты уже не предлагаешь, чтобы мы вошли в дом и спели хоралы, не так ли?
– Я предлагаю кое-что получше, – сказал он вкрадчивым голосом.
– Получше? – повторила она и, улыбнувшись, нагнулась и зачерпнула полную пригоршню снега с вершины небольшого сугроба. – Не могу вообразить, что может быть лучше, если только ты не имеешь в виду игру в снежки.
Джулиана швырнула в него рыхлый белый снежок. Он впечатался ему в грудь, брызнув в разные стороны струйками белой пыли.
– Ах ты шалунья! – обвиняюще бросил он, схватив большой ком снега и зажав его в кулаке. – Ты понимаешь, что это означает войну?
– Я готова к битве, – заверила его она, вздернув подбородок.
Они оба быстро нагнулись и набрали по пригоршне белой пыли. Джулиана оказалась проворнее, первой бросив снежок и задев его бедро. Но Айан действовал методично и терпеливо. Он надвигался на нее, в то время как его большие руки лепили плотный шар.
Она со смехом бросилась наутек по долине к тонким деревцам в поисках укрытия. Он не отставал. Виконт не сомневался, что она услышала, что он почти догнал ее, когда наклонилась, чтобы зачерпнуть пригоршню снега, и бросила в него наспех слепленный снаряд. Но промахнулась. – Бежишь с поля битвы? – поддел он ее.
Услышав это, она остановилась на расстоянии, достаточном, чтобы успеть слепить еще один снежок и запустить им в Айана. Он приземлился в нескольких дюймах от его ног и развалился на куски.
С хулиганской улыбкой он снова погнался за ней, на этот раз мимо большого валуна, на ходу лепя большой, увесистый шар.
Взвизгнув, Джулиана повернула налево и помчалась по ровному заснеженному полю к конюшням. Айан понесся за ней. Он бежал близко, так близко, что мог чувствовать мускусный запах ее кожи, похожий на смесь корицы с ароматом женщины.
Одним прыжком он настиг ее и обхватил рукой ее талию. Они свалились на землю клубком из рук, ног и смеха. Как более сильный, он подмял Джулиану под себя. Ее плечи тряслись от смеха и глубокого дыхания.
– Сдаешься, шалунья?
– Никогда, – заявила она.
– Ты не оставляешь мне выбора, кроме как бороться насмерть.
Прежде чем Джулиана успела вымолвить хоть слово, он опустил увесистый снежок ей на макушку. Тот рассыпался дождем из ледяной пудры по ее волосам и лицу.
Она вскочила, отплевываясь, вытирая запорошенные снегом глаза и по-прежнему смеясь.
– Вы сражаетесь нечестно, сэр.
– Я сражаюсь до победы, – поправил он ее. – Теперь ты сдаешься?
– Ни за что!
И прежде чем Айан понял, что у нее на уме, Джулиана бросилась вперед, обвила руками его шею и прижалась к нему всем телом. В эту самую секунду его сердце забилось как молот, кровь побежала по телу стремительным потоком. Каждый мускул его тела напрягся от желания. Она возбудила его до предела.
Джулиана подняла на него полный страсти взгляд, игривый, манящий и чертовски соблазнительный. Изнывая от желания ощутить ее вкус, он нагнулся, чтобы завладеть ее ртом, взять принадлежащее ему по праву.
И тут она запихнула ему за шиворот пригоршню снега.
Айан вскрикнул и подпрыгнул, выгнув спину. Он выдернул рубашку из бриджей, пытаясь стряхнуть ледяную пыль.
– Ах ты лиса! – воскликнул он, пока она поднималась на ноги, счищая снег с юбок амазонки и узких рукавов.
– Ты сдаешься? – самодовольно спросила она, выгнув бровь.
Он двинулся на нее с шутливо-злобной гримасой на лице.
– Чтобы победить меня, немного холода недостаточно, милая леди. День еще не закончился.
Джулиана хихикнула.
– Ты выглядишь глупо.
