– Хочу посоветовать тебе еще кое-что. Прими теплую ванну, а потом немного поспи. Уж я-то знаю, как это изматывает в первый раз, – заговорщицки произнесла она.
– О чем это вы? – раздался с порога голос Риса, направившегося к буфету. Джилли покраснела, а Тори ничем не выдала смущения.
– Подготовка большого праздника требует много сил. Джилли слишком переутомилась вчера, – объяснила она мужу и, когда тот повернулся к ним спиной, чтобы налить кофе, подмигнула Джилли.
* * *
Рейф сидел в своей бане, сделанной по образцу виденной им у леди Алленвуд, и по его обнаженному распаренному телу стекали струйки пота. Он срубил эту баню, как только вернулся из Англии. Окруженная небольшой дубовой рощицей, она располагалась неподалеку от чистого студеного ручья, где можно было брать прекрасную воду, и в то же время достаточно далеко от дома, что позволяло мыться сколько душе угодно.
Рейф плеснул еще один черпак на раскаленные камни, вдыхая сухой горячий воздух. Здесь он мог спокойно подумать, ни на что не отвлекаясь.
Его голова была по-прежнему занята Джилли: то, как она отзывалась на ласки, какие слова шептала в момент близости…
Было очень нелегко уехать, не попрощавшись, но остаться он не мог. Ему необходимо во всем хорошенько разобраться.
Рейф чувствовал, что Джилли оказала на него очищающее воздействие, подобное жару этой бани; она попыталась стереть из его памяти воспоминания о прошлом, и эта ночь изменила Рейфа. Девушка обладала куда большим мужеством, чем он сам, так как решилась первой сделать шаг ему навстречу. Джилли осветила самые темные уголки его души чистым светом любви, показав, какое место отводит ему в своей жизни. Только благодаря ей он смог понять, как глупо убегать от правды, закрывая глаза на их любовь друг к другу.
Каким же он был глупцом, отказываясь от любви единственной в своей жизни женщины!
А Джилли? Прошлой ночью она потеряла невинность, а он ничем не доказал ей своей любви.
А что, если уже сейчас в ее чреве зародился его ребенок? Рейф никогда не позволит ему родиться с тем же позором, что и он сам.
Молодой человек поднялся и вышел из бани, вылив на себя ведро холодной воды. Вода бодрила и освежала, поднимая настроение. Теперь необходимо побриться и переодеться. Рейф поспешно натянул одежду на еще не просохшее тело. Все очень просто. Сначала нужно жениться на Джилли.
А потом – окружить ее заботой, учиться ухаживать за ней. Дарить ей цветы, катать в кабриолете, возить на балы и званые вечера. Словом, делать все возможное, чтобы она была счастлива. Пускай он не настоящий английский джентльмен, однако знает, что нужно настоящей леди.
Конечно, ухаживание за женой может показаться странным, но он – техасец, а у техасцев свои законы.
Приняв решение, Рейф схватил поводья, вскочил в новое седло и погнал жеребца в сторону дома.
Должно быть, коню передалось нетерпение хозяина, и вскоре он перешел на галоп.
* * *
– Что ты собираешься делать? – спросил Рис.
– Просить руки твоей сестры, – повторил Рейф. Рис задумчиво посмотрел на приемного сына.
– А с Джилли ты уже говорил?
– Нет. Подумал, что сначала нужно поговорить с тобой.
– Я ничего не имею против, Рейф.
– Прекрасно. Мне не хотелось бы откладывать свадьбу. Может быть, через неделю?
– Через неделю? К чему такая спешка? – Рис закурил одну из своих любимых тонких сигар, поудобнее устраиваясь в кресле. – Не лучше ли сделать это после нового года?
Рейф сохранял спокойствие, понимая, что должен будет сказать Рису правду, которая, возможно, отдалит их друг от друга.
Но у него не было другого выхода. Любовь и уважение к Рису и Тори, которые его вырастили, требовали искренности и честности, не взирая на возможные последствия.
– Мы не можем ждать так долго, – ответил Рейф, глядя прямо в глаза собеседнику.
Рис положил сигару в массивную пепельницу и посмотрел на искусно выгравированные на ней листья табака. Джилли прислала ему эту пепельницу с Рейфом, когда тот вернулся из Англии. Такие ручной работы вещи продавались в одной из самых дорогих лавок Лондона, но Рис мало разбирался в подобных безделушках. Для него главное, что это – подарок Джилли. Положив руки на стол, он перевел взгляд на Рейфа.
– Почему? – Его голос прозвучал довольно требовательно.
– Возможно, она ждет от меня ребенка. – Слова повисли в воздухе, как стена плотного тумана. Рейф первым нарушил молчание. – Рис, скажи же что-нибудь.
– Что я могу сказать?
Рейф тяжело вздохнул. Он слышал, что счастье дается немалой ценой, и теперь убеждался в этом. Как больно видеть страдания человека, которого он любил, как родного отца. В глазах Риса была боль, но Рейф не знал, как смягчить силу нанесенного им удара.
– Как сильно ты любишь Джилли? – заговорил, наконец, Рис.
– Больше жизни. Рис вздохнул.
– Поговори с ней. Она в саду с Шарлоттой. – Рис открыл дневник в кожаном переплете, взял серебряную ручку с монограммой и поставил дату. – Я сообщу эту новость Тори.
– Я на самом деле люблю Джилли, Рис! – взволнованно воскликнул Рейф, остановившись у двери.
– Не сомневаюсь.
Это соответствовало действительности. Рис знал, что только любовь способна поколебать самообладание такого человека, как Рейф. Из-за любви нарушил он светские правила, поторопившись потянуться к своему счастью. Его любовь к женщине разрывала узы прежних отношений, чтобы выковать новые. Рис, как никто другой, знал силу любви и, не будь он уверен в чувствах Рейфа, набросился бы на него с кулаками.
Но младшая сестренка выросла, и сама отвечала за свои поступки.
* * *
Джилли показалась Рейфу еще красивее, чем прежде. Роскошные черные волосы перехватывала темно-красная лента, но одну прядь сжимала в своей крошечной ручонке племянница девушки. Вдвоем они словно купались в лучах теплого полуденного солнышка. Джилли чувствовала себя, как рыба в воде, под палящими лучами техасского солнца.
Рейф остановился в нескольких метрах от того места, где сидела девушка, тихонько напевавшая колыбельную. Таким может быть их будущее, подумал Рейф. Джилли держит на руках их малыша и, нежно прижимая его к себе, поет колыбельную песенку.
– Ты будешь прекрасной матерью, – мягко сказал он.
Джилли резко вскинула голову от неожиданности. Рейф приехал. Наконец-то!
Их взгляды встретились. Девушка усадила любимого рядом с собой, моля Бога, чтобы он понял, как она заждалась его.
Одного взгляда было достаточно, чтобы развеять сомнения Рейфа. Опустившись на широкие деревянные качели рядом с Джилли, он взял из ее рук девочку. Шарлотта настороженно посмотрела на него, но, почувствовав себя в этих сильных руках в безопасности, сразу уснула. Рейф улыбнулся, подумав, что придется делать предложение с ребенком на руках.
