можем дожидаться, когда Святой Класс отправится соревноваться.
— Как они пригласят вас войти? — спросила монахиня. — Если вы войдете без приглашения, они могут сделать с вами все, что им заблагорассудится, и назвать это правосудием. Мы понятия не имеем, сколько из них находятся в рабстве у Сеуса. Шпион здесь и шпион там? Или сам Атоан и все преподаватели? Кажется невероятным, что их может быть так много… Но, правда, мы уже несколько лет подозреваем Академию в стремлении оказать нездоровое влияние на императора и его брата.
Яз подумала о юном проксиме, бегущем к ней по камню. Сначала она подумала, что это монахиня. На расстоянии она приняла его мантию за рясу. Вблизи тоже не было большой разницы:
— Как Академия находит своих проксимов?
Сестра Сова позволила себе слегка улыбнуться:
— Детей приводят в большой зал для тестирования. Некоторых приводят родители, некоторые попадают другими способами. А некоторые приходят сами.
Яз посмотрела на свою рясу:
— Мне кажется, что я была послушницей достаточно долго. Я хочу поступить в Академию. Тебе тоже следует это сделать, Куина.
— Мы обе не марджалы. Меня проверяли в Черной Скале.
— Не нужно быть марджалом, чтобы пройти тестирование — нужно быть марджалом, чтобы быть принятым.
— И ты думаешь, что увидишь Теуса там, где они проверяют свежую кровь? — спросила Куина. — А потом с боем выберешься оттуда?
— Я думаю, что это хорошее начало. И, как только мы переступим порог, может случиться все, что угодно. На самом деле, я намерена сделать так, чтобы случилось.
Сестра Сова осторожно слезла со своего насеста и несколько неуклюже направилась к лестнице:
— Я буду сопровождать вас. Как послушницы, вы должны находиться под присмотром. И если вас не примут в Академию и вы не откажетесь от монастыря, вы останетесь послушницами. Кроме того, у меня есть несколько старых друзей в рядах магов. Самое время встретиться с некоторыми из них — до того, как Предок сочтет нужным меня забрать.
ЯЗ И КУИНА ждали снаружи Башни Пути, пока сестра Сова собирала из своей потайной комнаты вещи, которые, по ее мнению, могли ей понадобиться. Яз предупредила старую монахиню, рассказав ей о встрече с Сеусом между одной и другой сторонами каменной кладки. Сова удивленно расширила глаза и сдвинула брови.
— Я противостояла ему на протяжении десятилетий, хотя только с твоим приходом я узнала его истинную природу. Если бы он мог протянуть руку и взять меня, то, я уверена, он бы уже это сделал. Боюсь, я ошиблась, послав тебя за звездой одну. Твой путь через стену, возможно, был менее безопасным, чем тот, по которому я обычно хожу. — И с этими словами она исчезла среди камней.
— Что ее задерживает? — снова пробормотала Яз. — Я должна вернуться наверх.
— И снова заблудиться в стенах? — Куина вгляделась в далекие колонны, отделявшие монастырь от остальной части плато. — Кстати, о Сеусе: мы должны поговорить о Сеусе.
— Должны? — Яз хмуро посмотрела на подругу.
— Ты когда-нибудь задумывалась о том, что он предлагает всем этим людям, которые на него работают? Я имею в виду, они же не идиоты, верно? Эулар и священницы. Эти маги?
— Эулару он предложил теплую гору, труды кланов и Сломанных. И пообещал зеленые земли. Эулар собирался захватить этот город с армией таких людей, как мы с тобой. Тех, кого он держал в своей власти в Черной Скале, было больше, чем Красных, Серых и Мистических Сестер в этом монастыре, и, вероятно, магов в Академии.
Куина огляделась вокруг:
— Это место не сможет существовать вечно. Сова говорит, что лед смыкается с обеих сторон. Коридор с каждым годом становится все уже. Госпожа Академия научила нас этому. Через два столетия ты, вероятно, сможешь крикнуть с северного льда и тебя услышат на южном. И только в том случае, если луна не упадет с неба. Говорят, что она медленно падает, и, если она действительно упадет, лед сомкнется над этой скалой еще при нашей жизни.
Яз нахмурилась еще сильнее:
— Что ты пытаешься сказать? Мы должны присоединиться к Сеусу? Он хочет заставить луну упасть! И он пытался убить нас с тех пор, как мы попали в Яму.
— И вместо этого мы рискуем всем, чтобы спасти Теуса, Пятно, который уже выдал наш самый большой секрет и который мучил и убивал Сломанных на протяжении поколений. Я не говорю, что один из них лучше другого. Я просто спрашиваю себя, так ли это очевидно, как мы говорим.
— Я пытаюсь помочь бо́льшему количеству людей, а не только нам, — сказала Яз. — Вот в чем разница. Вот почему я собираюсь спасти Теуса и почему я не на стороне Сеуса.
— И где это заканчивается? Твоими друзьями? Твоим кланом? Племенами севера? Этой нацией? Всем Коридором? Ты не можешь спасти весь этот мир…
— Да, — тихо сказала Яз. — Но, может быть, лучше попытаться и потерпеть неудачу, чем преуспеть в спасении только себя.
Куина просто посмотрела вдаль, ничего не отвечая. Яз задумчиво посмотрела на свои руки. Она предположила, что у Куины было гораздо больше времени, чтобы обдумать их варианты. У нее были все те недели, пока Яз лежала парализованная во времени. У Куины всегда был острый ум, она стремилась изучить все возможности.
Куина нарушила молчание:
— Я хочу понять, почему они выбрали Сеуса. Ты-то как думаешь?
— Потому что хотят власти. Потому что боятся оказаться на проигравшей стороне. Потому что, если луна все равно упадет, предпочли бы быть теми, кто ее обрушит, и иметь обещание жизни по ту сторону от нее. Хорошей жизни, — сказала Яз.
— И почему это так плохо? — спросила Куина. — Я изучала их историю, этих зеленоземельцев. Они проводят все свое время, пытаясь убить друг друга. Непрерывная война на обеих границах. Каждый народ — это клан, огромный клан, и когда лед забирает их земли с севера и юга, они пытаются заменить их, расширяя свои границы на восток и запад. Эти монахини — убийцы. Красные Сестры убили тысячи на поле боя, Серые — столько же в тылу. Ты можешь сражаться с холодом и голодом на льду или со всеми здесь и умереть в тепле. Я просто хочу понять, почему мы не должны быть на стороне победителей? Мы остановили Эулара, собиравшегося принести войну в зеленые земли, но мы не знали, что война уже здесь: война — образ жизни этих людей. По сравнению с ними Аксит — миротворцы.
Яз фыркнула. Все это было правдой. Все, кроме того, что они должны рассматривать Сеуса как возможного союзника.
