– Если Бог даровал людям свободу воли, а он ее даровал, то он подарил им и возможность выбирать Путь к нему. Тот Путь, который ближе каждому человеку. Если Вы верите, отец Александр, что только православные христиане достойны внимания Бога, Ваше вероучение – ложь. Мне не требуется Ваше благословение.
С этими словами Алекс повернулся и пошел к выходу, мимо проснувшейся за прилавком тетки. Священник поднял брошенный Алексом крест и сказал ему в спину.
– Я сохраню твой крест И буду ждать тебя с покаянием.
– Скорее Вы дождетесь конца света, – бросил ему через левое плечо Алекс.
Он вышел в прохладный майский воздух, увидел оживленное движение по улице, вдохнул глубоко. Он вспомнил слова Фриды о том, что он плохо себя контролирует, и рассмеялся. Контролировал он себя хорошо. Просто мир, в котором на грани смерти танцевал его сын, очевидно, имел ущербность. Молитвой и смирением этого было не исправить. Алекс чувствовал, что нет.
– Моя задача, – сказал Алекс вслух вечернему воздуху, – состоит в том, чтобы превратить этот мир в место, в котором мой сын не умрет! И если молитва не помогает, нужно принять это и искать другое решение, а не демонстрировать овечью покорность перед обстоятельствами.
Теперь Алекс очень хорошо понимал Макса, который ходил после той трагической аварии сам не свой и всем задавал вопросы о смысле бытия. Да, мир, в котором гибнут дети, лишен всякого смысла. И совершенно точно лишен божественной благодати, что бы там ни бормотали священники.
Его карман завибрировал. Алекс поднял трубку.
– Эммануил?.. Рад слышать. Конечно. С удовольствием увижусь с тобой.
* * *
Фрида приехала на встречу с Виктором Холливудом раньше назначенного времени. Он выбрал в качестве места встречи ресторан на улице Бунина, куда приглашал ее в первый день их знакомства. Фрида вспомнила, как в тот день в ее груди горела и разгоралась ярким пламенем надежда на счастье. Еще бы! Она встретила своего потерянного любимого мужа. Она получила второй шанс… Так она думала. И ее голова кружилась от этих мыслей. Фрида села за тот самый столик. Это было всего полгода назад. А потом наступило разочарование, пожалуй, самое сильное в ее жизни…
– Фрида, здравствуй! – он подошел к ней и поцеловал ее руку.
Его зрачки с нечеткими границами и глубокий красивый голос все еще оказывали на нее гипнотическое воздействие. Фрида глубоко вздохнула.
– Здравствуй, Виктор, – сказала она.
– Что-то случилось? – спросил он, присаживаясь напротив. – Или ты решила, что мы все-таки можем быть вместе?
– Я захотела тебя увидеть. Просто так. Неужели это настолько невероятно?
– Это вряд ли. Но я с удовольствием приму от тебя в подарок эти несколько часов. Или, если захочешь, намного более долгий промежуток времени. Как тебе нравится мысль провести со мной вечность, например?
– Ты серьезно говоришь о вечности? – Фрида заинтересованно улыбнулась.
Подошедший официант ненадолго прервал их разговор. Сделав заказ, они продолжили.
– Да. Я говорю серьезно. За последние три месяца я кое-что сделал. Но не говорил тебе об этом.
– А теперь расскажешь? – спросила Фрида с улыбкой, поощряющей его хвастаться своими достижениями.
– Вечер длинный. Если ты никуда не спешишь, конечно… Но скажи сначала, как поживает твое новое увлечение по имени Алекс?
– Ты преувеличиваешь мою увлеченность, – улыбнулась Фрида. – Пожалуй, я просто хотела секса.
Глаза Виктора ревниво блеснули.
– И что, он хороший любовник?
– Хороший.
– Когда три месяца назад ты сказала, что нам лучше расстаться, я принял это. И возможность того, что у тебя будут любовники, я тоже обдумывал. Но это нелегко.
Виктор тяжело вздохнул.
– Виктор, ты рассчитывал быть для меня тем человеком, который ушел из жизни. Я очень его любила. А ты просто пользовался тем, что очень похож на него, – сказала Фрида. – Но вернуть прошлое невозможно, понимаешь? Сейчас, когда я узнала тебя лучше, я понимаю, что вы – разные люди. Поначалу я была очарована тобой, ты казался мне моим погибшим мужем.
– Мои наблюдатели говорят, что ты серьезно влюбилась в Алекса.
– С моей стороны это легкий флирт, не более, – утешила его Фрида.
– Ты даешь мне надежду. Или дразнишь. Но это в любом случае приятно.
Голос Виктора звучал для Фриды сладкой музыкой. Ведь это был голос ее любимого мужа. Те же интонации. Те же переливы обертонов. Она слушала этот голос, и начинала чувствовать себя так же, как в прошлом, когда любила и была любимой, когда весь мир казался ей полным надежд.
– Я должен кое в чем тебе признаться, – сказал Виктор.
– В чем же?
– Ты, конечно, можешь мне не верить. Но я скажу как есть. А ты решай сама, как отнестись к этому. Договорились?
– Да, – она кивнула и закусила нижнюю губу.
Виктор улыбнулся. Он знал, что это означает. Фриде очень любопытно, но она не хочет показывать этого.
– Я заранее прошу прощения, мое объяснение может показаться путаным. Я не мог сказать тебе этого тогда, полгода назад. Не мог не потому, что не хотел. Просто не мог. Может быть, я зря вообще тогда с тобой заговорил. Зря привел в этот ресторан. Я мог бы просто смотреть на тебя со стороны, любоваться тобой… И появиться в твоей жизни только сегодня. Я именно так и планировал. Но полгода назад я не удержался от соблазна.
– Виктор, расскажи мне все, – сказала Фрида, и ее голос дрогнул.
– Ладно. Представь себе две почти одинаковые реальности, – начал Виктор.
Он положил на стол две одинаковые салфетки.
– Но есть несколько не очень значительных отличий.
Виктор взял перечницу и для наглядности внес разнообразие: высыпал немного перца на одну из них, а потом одну из салфеток слегка надорвал.
– В одной реальности ты теряешь мужа, в другой твой муж теряет тебя. Причина одна и та же. Просто так сложилось. В обеих реальностях до самоубийства их довел психолог, в обеих реальностях его имя Альберт Абрамович Карапетян. Есть еще множество отличий между этими реальностями, но для нас они не так важны. И вот, в результате смелого эксперимента, преодолев множество препятствий и смертельных опасностей, твой муж, потерявший тебя, оказывается в той реальности, где ты потеряла его. У вас общая боль. И множество общих воспоминаний. Отличия между твоей историей семьи и его историей семьи есть. Но, скажем так, они видны в нюансах. Характеры у твоего мужа в этой реальности и в той тоже различны, потому что была все-таки разная среда воспитания, и образование другое, и уровень технологического развития в этих реальностях разный… Но что это я все не могу сказать главного!.. Наверное, смущаюсь. Ладно. Буду говорить от первого лица. Наверное, так будет проще.
