– Продолжай, – попросила Фрида, и взяла его за руку.
– В общем, я прошел дверь между двумя реальностями первым. Оборудование еще не было настроено как следует. Отсюда нечеткий контур зрачков и те нюансы в сексе, которые все испортили между нами.
Фрида сжала руку Виктора Холливуда.
– Говори, Виктор, – подбодрила его она. – Мне нравится как звучит твой голос.
– Сейчас происходит следующее.
Виктор осторожно освободил свою руку, развернул две салфетки, соединил их друг с другом, и снова сложил их вчетверо, уже обе.
– Я соединяю реальности. Не только эти две. Сейчас сближаются четыре, но, возможно, я добавлю еще несколько. Соединение произойдет через некоторое время. Но сейчас этот процесс уже начат. Когда я завершу его, на это уйдет, возможно, месяц, может, чуть больше времени, я стану тем человеком, которого ты потеряла. Мои зрачки станут человеческими. И все остальное… тоже.
Виктор откинулся на спинку стула и глубоко выдохнул.
– Ты меня удивил, – сказала Фрида.
– Чем же?
– Когда мы встречались, ты ни разу не сказал больше одного предложения. А тут такая речь!
Виктор Холливуд улыбнулся.
– Я готовился, – признался он. – Правда, я хотел прийти к тебе, когда все уже случится, с цветами, во фраке и так далее. Ведь чтобы быть рядом с тобой, я сделал невозможное: преодолел установленные Создателем границы реальностей, поставил на карту все, что я имел, задействовал лучшие умы. Фактически, я совершил этот подвиг ради тебя, Фрида. Чтобы снова тебя видеть. Чтобы быть с тобой.
– Скажи, ты не фантазируешь насчет всех этих операций с салфетками? – осторожно спросила Фрида.
– Нет. На меня работает огромная команда ученых, живущих в четырех разных ветках реальности, нами проводятся многочисленные и совершенно невиданные ранее эксперименты…
– Но как соединение веток реальности повлияет на все вокруг? – спросила Фрида.
– Это будет роскошное изменение мира. Вот представь.
Виктор достал из кармана монетку.
– Я подбрасываю монету. В этой реальности она может упасть вверх либо одной стороной, либо другой. А когда реальности будут совмещены, реализуются оба варианта. Одновременно.
– Как это будет выглядеть? – спросила Фрида. – Я не понимаю, правда.
– Ты просто сможешь выбирать наилучший для тебя исход события. Возьмем другой пример. В одной реальности ты погибаешь в автокатастрофе, в другой – нет. И все вокруг видят тебя и погибшей, и живой. А у тебя появляется возможность выбора исхода случайного события, то есть ты не погибаешь, а остаешься жить. Конечно, если ты хочешь именно этого.
– Хм, – сказала Фрида. – Поправь меня, если я ошибаюсь. Я правильно понимаю, что вы решили провести слияние нескольких веток реальности, не зная точно, к каким последствиям это приведет?
Официант принес заказанные блюда. Они на какое-то время примолкли.
– Я знаю, каковы будут последствия, – сказал Виктор. – Есть несколько сценариев. Первый. Он должен будет вмешаться.
– Кто?
– Создатель Универсума.
– Если у этого Универсума есть Создатель, – сказала Фрида.
– Есть, – убежденно кивнул Виктор. – Наши ученые получили неопровержимые физико-математические доказательства его существования и активной деятельности.
– Ладно, – сказала Фрида. – И что ты будешь делать, когда Он вмешается?
– У меня есть перечень из шестисот тринадцати вопросов к Создателю, на которые я хочу получить ответы. А потом мы будем договариваться с Ним о разделе власти и влияния.
– Ты сумасшедший, – сказала Фрида.
– Да, видимо я сумасшедший. Но не забывай, что я начал делать это только потому, что потерял тебя. И я всего лишь хотел тебя вернуть! Правда, три месяца назад я снова тебя потерял. Но именно ради тебя я шагнул в ту дверь между ветками реальности!
– Неужели любовь требует от тебя поставить под угрозу существование всего Универсума? – спросила Фрида.
– Я хочу быть человеком рядом с тобой. Таким же, как раньше. И соединение реальностей – единственный путь для меня. Но переговоры с Богом – это еще не весь мой план. Есть и второй, и третий сценарии. Рассказать?
– Расскажи, – согласилась Фрида.
– Второй сценарий состоит в том, что слепленные реальности потом можно будет разъединить. И каждый человек сможет выбрать, в какой из реальностей ему быть. А третий сценарий – мой самый любимый. Он состоит в том, что можно будет создать идеальный мир, сформировав новую реальность, в которой соединяются наилучшие исходы случайных событий, которые произошли в нескольких разных реальностях. Этот сценарий тоже рассчитан нашими учеными. Поэтому я и говорю о вечности. Благодаря уже разработанным технологиям, мы с тобой сможем прожить целую вечность в счастье и могуществе в этом идеальном мире, где происходит только самое лучшее, что может произойти. Для нас самое лучшее.
– Я понимаю твои слова, но с трудом верю в то, что это возможно. Покажи мне, – сказала Фрида.
– Что?
– Покажи мне то, что ты делаешь. Я должна быть уверена, что это не просто слова моего хорошего друга, сказанные вечером в ресторане.
– Сразу после ужина я отвезу тебя на то место, где готовится слияние нескольких веток реальности, – пообещал Виктор.
* * *
В одном из ресторанов на улице Греческой в это же время беседовали Эммануил Кошечкин и Алекс. Эммануил выбрал это заведение по той причине, что персонал не возражал, когда Эммануил приходил сюда вместе со своим котищем. Котище сидел на стуле рядом с Эммануилом и ел из тарелки, стоящей на столе, говяжью печень, которую Эммануил для него заказал.
– Алекс, – сказал Эммануил. – Я позвонил тебе, чтобы рассказать о своей новой работе. Мне просто надо с кем-то поделиться.
– Я готов послушать, – кивнул Алекс.
Глаза Алекса блестели в полумраке ресторанного интерьера все тем же безжалостным блеском, как будто были покрыты отражающей свет пленкой. Его эмоции были сдержаны, а в движениях читались сосредоточенность и целеустремленность.
– Там превосходное оборудование, я никогда раньше такого не видел. Я теперь могу не просто отделять один радиоактивный атом, я могу определять, сколько времени осталось до полураспада. Ты можешь себе такое представить?
– Насколько я помню физику, это очень высокий уровень технологии.
– В том-то и дело! – сказал Эммануил. – На Виктора работает группа гениальных ученых. Вообще в их ветке реальности научный прогресс ушел далеко вперед. Я очень многому научился у них буквально за несколько дней.
– А котище у тебя ничего, освоился, – сказал Алекс.
