Впрочем, предположения и догадки стали возникать у меня несколько позднее. Во время перебежек, когда я метался между кочек, пытаясь укрыться от пуль.
А с самого начала я заметил, что мертвая Серегина голова облеплена сопливой слизью, а в тронутых распадом руках торчит «Ингрэм». И строчит по всему, что движется.
Такой войны свет еще не видел. В ней участвовало сразу четыре противоборствующие стороны. Причем моя сторона была самой нагруженной, и это лишало ее необходимой ловкости. Когда рожок моего «АК» истощился - в основном на подполковнике, несмотря на тяжеловесность снующем между стеблей, как муха, как жирная отожравшаяся муха - автомат я отбросил, и мне немножко полегчало.
Между делом, я видел, что Серегиному трупу изрядно достается, и преимущественно от Коли Макова, который то ли боялся его больше всех, то ли вымещал злобу на товарища старшего лейтенанта. Однако мертвец свою низкое боевое искусство возмещал малой уязвимостью. Из дырок-ран какое-то недолгое время ползла вездесущая слизь, и этим ущерб ограничивался.
А когда я достаточно замучился ратным трудом, мое восприятие стало меняться. Сквозь все завесы меня достали чужеродные пульсации, и я почувствовал, что монстр растерян, не знает как поступить, что он тянется на контакт со мной. Вернее его управляющий центр выходит на связь со мной. И опять мой психический «электрон» стал вращаться, как вокруг меня, так и возле контактера. Я начал смотреть на мир странными глазами набитого слизью трупака. Они плохо реагировали на неподвижные предметы, но недурно воспринимали все движущееся - как в тепловом, так и в оптическом диапазонах. Я стал слышать ушами мертвеца, и в спектре звуков было много лишнего шума -какие-то комариные писки, даже хруст челюстей некоего прожорливого насекомого.
При постижении получившегося из Сереги монстра выявилось три сути, три центра управления.
Одна сущность была родом из слизи, из клеточных колоний, живущих в тростнике, она подпитывала жмурика энергией и замедляла распад. И кажется не слишком понимала, что вообще происходит.
Старая серегина суть тоже просматривалась. Она очень хотела продлить свое житие-бытие, но была какой-то потрепанной, разваливающейся, стонущей, тянущей изо всего силы.
Находился в монстре и кто-то внимательный дружелюбный. Он мало что смыслил в современном военном деле, поэтому испрашивал совета.
Кстати, Серега и этот «дружелюбный» центр плохо уживались друг с другом. Подавив лейтенантскую сущность, я обратил внимание второго центра на Остапенко, Макова и Коновера, показал, как целиться из оружия и как укрываться от пуль. А затем мы вдвоем с монстром ринулись в атаку. Уррра!
Первым не выдержал такого напора и такого зрелища мистер Коновер, который, отстреливаясь, перебежками скрылся с поля боя. За ним последовал Баранка - мой почти-земляк, кажется, даже крестился на бегу.
Остапенко ретировался, лишь когда схлопотал пулю в руку. Подстрелил его мертвец, который находился ближе. Впрочем, я помогал ему поймать отлично воюющего подполковника на мушку.
А потом, оставшись победителями, мы встретились. Истекающий слизью жмурик и человек. Нечто и некто. Когда я подошел к товарищу франкенштейну на десять шагов, ствол «Ингрэма М10» стал медленно разворачиваться в мою сторону.
Это действовала вредная Серегина сущность, но другая, «дружелюбная» натура монстра хотела общаться со мной, поэтому ствол все-таки удалось опустить вниз.
Вблизи старлей Колесников смотрелся еще хуже. Какие-то полипы на физиономии, стебельки из глаз и ушей, там и сям наплывы слизи. Впрочем, покойный не слишком осунулся, похоже подпитки ему хватало.
Та вторая, любознательная сущность отдала мне пистолет-пулемет, когда я протянул руку. Ненадолго перед моими глазами повисла какая-то завеса, хмарь, сквозь нее проникли лучи, нарисовавшие известную мне краснорожую кляксу. Апсу. В этот раз, несмотря на долгую разлуку, он все время расплывался, и я с трудом улавливал слова. Кажется, Апсу заявил: «Я тот, который существует от вечности. Тот, кто спас тебя на болоте и в северном городе. Я пойду рядом с тобой, но отныне ты будешь главным в своей судьбе, а я - второстепенным. Скоро из Преддверья ты попадешь в жилища Отверженных. Избежать ты этого не сможешь, даже не старайся, потому что слишком велико притяжение.»
А потом хмарь вместе с кляксой рассеялись. Трупак, словно выполнив свою роль, бесхитростно осел и стал просто тухнущей кучей, на краю которой, как диковинный гадкий цветок, болталась Серегина голова.
Когда я уже выбирался из чащи, то подобрал гордое имя слизняку, живущему в тростниках, - hydra frolovis. То есть себя не забыл увековечить.
Энергетические мощности слизи были использована каким-то умельцем для зомбификации Сереги, например, для прямой электростимуляции мышц. Возможно, этот умелец является матричным организмом. А если у него есть имя, Апсу, и самосознание, то он тянет на демона или даже божество. Ура, я не сумасшедший, и краснорожая клякса не психический заскок!
Опять же встает вопрос, каково участие Апсу в эволюционном процессе и в моей непростой судьбе? Что там за счеты у этого демона с другими отверженными духами? Сильно ли он петрит в планах и задумках Отверженных, надежный ли он мне союзник, если его то и дело сдувает каким-то поганым ветром словно резиновый шарик?
С изрядным напрягом я остановил текущий сквозь мою голову ручей из шизоидных мыслишек. И начал размышлять сугубо атеистическим образом. Дескать, это все виновата самоорганизация материи, которая в данной точке мира приобрела особо своеобразные формы. Хотя с чего и почему она столь самобытно самоорганизовалась? Впрочем, такого каверзного вопроса наши преподаватели - ревностные атеисты и популяризаторы научного метода - рекомендуют не задавать.
Тростниковая чаща закончилась тем, что перешла в водоем. Убедившись, что решить проблему в лоб и переправится через озеро не получится, я отправился вдоль слабо различимой береговой линии в поисках брода.
Спустя час безполезного рысканья я неожиданно наткнулся на сходни для судов калибра лодки. Кто и зачем сюда приплывал?
Ну, во-первых, могли крестьяне - для рубки знатного высокого тростника. Во-вторых, раз приплывали, то это уже неплохо. Значит, есть поселения и есть селяне неподалеку, возможно, на другой стороне озерка.
Однако небольшая проверка привела к разоблачению. Они оказались не сходнями, а началом или же концом мостков, которые, очевидно, залило во время паводка. Ввиду недалекого расположения противоположного берега, - я и в самом деле его неплохо различаю, - предположительно мостки тянутся именно туда. По идее, можно переправится по ним и мне. Тем более, что заметны колышки, то есть верхушки свай, на которых держится незамысловатое сооружение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
