сплюнул и засмеялся:
– Ты быстр. Это хорошо. А вот с ловкостью не очень… – он еще раз взглянул на Пандору. – На сегодня, пожалуй, достаточно. Когда следующая встреча?
– Через два дня. Утром…
Силясь сохранить найденную улыбку, Пандора застыла возле стола, стараясь не вслушиваться в разговор. Она пыталась не подавать виду, но то, что она увидела здесь, наполнило ее сомнением и беспокойством. Алексиус никогда не казался ей особенно сильным или ловким. Но она только что видела другого Алексиуса. Собранного, решительного, готового к бою. Пандора вспомнила его драку со спартанцем. Почему она раньше не задумывалась об этом? Тот шпион явно был опытным воином, но Алексиус одолел его. Сможет ли она застать его врасплох? Македонянин вот не сумел… Сейчас не сумел…
– Доброе утро!
Пандора встрепенулась, отгоняя страхи. Улыбаться и не показывать виду.
– Благодарение богам!
– Хвала Зевсу.
Взгляд Алексиуса скользнул по шее девушки:
– Тебе не понравились украшения?
– Благодарю. Они прекрасны.
– Но ты их не примерила?
– Не в моем вкусе.
Алексиус замялся:
– А что в твоем вкусе? Может… выберешь сама? Я договорюсь с ювелиром.
– В моем вкусе – отсутствие украшений.
Алексиус вытер рукой лоб:
– Хорошо, – он взглянул на Лину, которая накрывала на стол, и кивнул. – Присядь. Я переоденусь, и будем завтракать.
Проводив Алексиуса взглядом, Пандора дождалась, когда за ним закроется дверь, и облегченно вздохнула. Наконец-то можно заняться главным. Девушка направилась к изящному мраморному алтарю возле дальней стены двора. Он был покрыт искусной резьбой. Казалось, что мраморная плита светится изнутри, купаясь в лучах утреннего солнца. Пандора шепнула благодарность Гестии и подошла к столу. Плеснула вина в килик, взяла горсть винограда и пшеничную лепешку. Эфимия, суетившаяся рядом, что-то недовольно буркнула. Пандора на мгновение задержала на ней взгляд, затем безразлично отвернулась и пошла к алтарю.
2
Алексей был растерян. Еще никогда он не видел Пандору такой: спокойной, непринужденной, с легкой обворожительной улыбкой. В глубине души он чувствовал какой-то подвох, но ему не хотелось думать об этом.
Леша давно собирался расспросить девушку об Афинах, обо всем, что с ней случилось. Но в этот день он боялся потерять легкость разговора и ее очаровательную улыбку. Кроме того, многое он уже знал – слухи и сплетни ползли по Македонии. Афинский морской союз начал войну с пелопонесцами, во главе которых стояли спартанцы. Союзники Спарты: Фивы, Коринф, Мегары и другие полисы центральной Греции – вторглись на территорию Аттики и осадили город. Афины за высокими стенами были в безопасности. Голод городу тоже не грозил – он был соединен со своим портом Пиреем Длинными стенами, а афинский флот в разы превышал силы пелопонесцев. Измором город было не взять, но окружающие Афины поля, оливковые и виноградные рощи, фруктовые сады, деревни и небольшие поселки – все было обречено на разорение.
Спартанские войска появились в начале лета. Зная, что вторжение неизбежно, жители Аттики со всеми вещами, которые могли унести, убегали в Афины, под защиту стен. Но не все были готовы бросить свои дома. Многие старики не хотели уезжать, несмотря на уговоры родных. Вскользь Пандора упоминала, что фиванцы ее схватили в Оропе. Алексей припоминал что-то про тетушку из Оропа, не чаявшую в Пандоре души. Видимо, желание уговорить несговорчивую старушку и привела Пандору с отцом так не вовремя в этот городок. Но он не хотел бередить душевные раны Пандоры.
– Как ты себя чувствуешь?
– Спасибо, гораздо лучше.
Леша никак не мог налюбоваться на Пандору. К его удивлению и радости, она не прятала глаз и не отводила, как обычно, взор. Она смотрела на него с улыбкой и задором, так что у него даже начала кружиться голова.
Десять дней назад, когда Пандора лежала с очередным приступом горячки, Алексей получил от Теодора письмо. Теодор нашел попутный корабль, и нужно было действовать быстро. Но тогда Пандора была настолько больна, что не могло быть и речи об ее отправке домой. Из-за войны и неоднозначной позиции Македонии было тяжело найти попутный корабль. Так что следующего судна можно было ждать довольно долго. Леша не хотел себе признаваться, но все-таки был этому рад.
3
Пандора с трудом находила в себе силы, чтобы не отводить взгляд и сохранять улыбку. В груди все клокотало от странной смеси отчаяния и злости. Но было в этом что-то сладостное: улыбаться в глаза врагу, видеть его замешательство и смущение, заставлять краснеть. Ее наполняли удивительная легкость и непринужденность. Необременительный разговор о пустяках длился бесконечно.
Неожиданный вопрос Алексиуса застал ее врасплох:
– Хочешь прокатиться на лошади?
– На лошади? – переспросила девушка, чтобы скрыть растерянность. – Куда?
Алексиус пожал плечами:
– Никуда… Просто прокатиться… По полю.
– На колеснице?
– На какой колеснице? – недоуменно поднял брови Алексиус. – Нет… Никакой колесницы. Верхом!
Пандора невольно вздрогнула, но заставила себя улыбнуться:
– Я никогда не ездила верхом…
– Я тебя научу! Это легко. Не бойся.
Она нахмурилась и постаралась изобразить возмущение:
– Я ничего не боюсь! Просто девушки не ездят на лошадях верхом…
Но в памяти всплыл давешний разговор с Алексиусом: раз Ипполита ездила верхом, значит, сможет и она. Пандора вспомнила, как они с Алексиусом кормили лошадей. Мягкие теплые губы, осторожно берущие лепешку с протянутой ладони, большие доверчивые глаза с длинными ресницами. Наверное, это удивительное ощущение – управлять таким огромным и сильным животным…
Алексиус выжидательно смотрел на девушку, и она кивнула:
– Хорошо.
– Отлично! – Алексиус улыбнулся. – Сейчас попрошу подготовить лошадей.
4
– Смотри, это уздечка. Чтобы управлять лошадью. Тянешь повод вправо – лошадь поворачивает вправо. Если одновременно потянешь за оба – лошадь остановится…
Пандора кивала, пропуская мимо ушей наставления Алексиуса. Она с трудом сдерживала охватившее ее волнение и страх. Для нее оседлали серую в яблоках кобылу с необычным именем Белла. Пандора пробовала на вкус это странное варварское слово, тихо нашептывая: «Белла… Белла», пока кобыла с доверчивой надеждой обнюхивала ее руки.
– Ну что? Ты готова?
Девушка неуверенно кивнула.
– Давай подсажу.
Пандора ухватилась за деревянную перекладину, выступающую из-под жесткой подушки на лошадиной спине, и неловко подняла ногу, пытаясь попасть в болтающееся на кожаном ремне железное полукольцо. Кажется, Алексиус называл его «стремя». Почувствовав опору, девушка оттолкнулась от земли и вскарабкалась на лошадь. Всунула вторую ногу в стремя и осторожно выпрямилась. Довольно удобно… Горячие бока лошади ритмично вздымались. Очень странные ощущения…
– Попробуй привстать на стременах. Хм… Длинноваты… Нужно подтянуть.
Она словно превратилась в сказочного гиганта, а Алексиус вдруг стал маленьким и смешным. Пока он возился со стременами, Пандора оглядывалась по сторонам. За
