мрака, каждый зубец которой извивался, подобно змее или щупальцу гигантского осьминога.
— Похоже на дракона, — заметила Аяко.
Она дрожала. И неудивительно: было в возникшей вдалеке фигуре нечто настолько всепоглощающее и зловещее, что казалось, в нём сосредотачивался весь космический ужас, состоявший из бездонных глубин и бесконечных пространств, в которых человек ощущает себя крошечным и ничтожным червяком, затерявшимся в громаде мироздания!
— Меня всегда пугала мысль, что я могу оказаться одна во тьме, без всякой твёрдой опоры под ногами — в месте, где во все стороны простирается только холодная мёртвая бесконечность, — вдруг призналась Аяко.
Было странно слышать это от жутковатого вида рыси. Но под этим обликом скрывалась девушка. Какой бы сильной они ни была, человеку свойственно быть уязвимым.
Я взглянул вперёд. Росшая на горизонте фигура приковывала взгляд, и казалось, будто невидимые ледяные пальцы тянулись сквозь пространство, чтобы схватить душу, вырвать её из тела и раздавить, как хрупкое насекомое. Но поддаваться было нельзя! Поэтому я нёсся вперёд на полной скорости. На меня накатывали волны ужаса, которым я силой воли не позволял проникнуть внутрь сознания. Силуэт, нависший над рекой, становился всё чётче, но обрести окончательную форму не мог — сама его сущность заключалась в изменчивости и непостоянстве.
Только когда чёрная фигура закрыла небо над нашими головами, а до её основания оставалось ещё очень далеко, мы поняли, насколько она огромна. И чем дальше плыли, тем меньше оставалось просветов, пока всё небо не стало чёрным, и на нём не зажглись крупные яркие звёзды.
Тогда на Кава-Мидзу упала тишина: не было больше ни плеска волн, ни шелеста деревьев вдоль берегов, ни криков «чаек», паривших над скалами. Мы двигались, словно в немом кино.
Зловещего силуэта тоже больше не было — закрыв собой всё небо, он пропал. Стало ясно, что там, где всё заполонили мрак и тишина, начинаются владения Тэкеши-Они. Мы плыли молча, словно опасаясь нарушить тишину. Мы не знали, прозвучат ли наши голоса, но проверять это не хотелось — словно на некоторое время воцарилось хрупкое равновесие, которое могло рухнуть, стоило открыть рот и произнести хоть слово.
Вдруг впереди показалась белая полоса, протянувшаяся поперёк горизонта и, соответственно, Кава-Мидзу. Она быстро росла, становясь всё длиннее, и вскоре мы поняли, что видим ледник. Белые столовые горы поднимались из воды на несколько километров, гигантской стеной уходя в чёрное звёздное небо. Не было никаких расщелин, протоков и тому подобного — река просто упиралась в них и на этом заканчивалась.
Над ледником кружили зловещие крылатые силуэты стражей нуэ, а время от времени над горами взмывали похожие на дымовухи ёкаи. Но откуда они появлялись, снизу видно не было, и поэтому казалось, что демоны вырываются прямо изо льда.
Доплыв до подножия белых гор, я остановился. Было холодно, и волны, бившиеся об утёсы, замерзали прямо на лету, тут же падая обратно и растворяясь в водах Кава-Мидзу, чтобы через мгновение снова обратиться в лёд.
— Что теперь? — решилась нарушить тишину Аяко, и её голос, усиленный многократным эхом, разнёсся над волнами, взлетел и затерялся в глубинах бескрайнего космоса. — Ой! — испуганно прошептала девушка.
— Полезем наверх, — решительно заявил я, хватаясь первой парой рук за ответные скалы.
Лёд крошился под пальцами, но только поначалу. В конце концов, я научился находить прочную опору, и мы стали подниматься — чёрный гибкий силуэт на белом фоне, похожий на гигантскую многоножку, и прилепившаяся к нему рысь.
— Тебе не холодно? — спросил я.
— Нет, — ответила Аяко.
Созданная мной сфера защищала её от всего. Девушке даже не пришлось самой карабкаться — мой аватар нёс её в прозрачном кармане.
Мы поднимались всё выше и выше, но белая стена казалась бесконечной. Когда я взглянул вниз, у меня аж дух захватило: до воды было не меньше пяти километров! И оставалось лезть примерно столько же. К счастью, несмотря на долгий путь и скорость, я не уставал. Моё «астральное» тело идеально подходило и для плавания, и для управления энергетическими потоками, и для альпинизма. Я упорно карабкался, подобно сороконожке, вознамерившейся подняться на самую вершину дерева. Хотя аутентичнее звучало бы сравнение с улиткой, ползущей по склону Фудзи.
Наконец, мы перевалили через край и оказались на ровном, как гигантский стол, плато, покрытом снегом. Здесь свирепствовал буран, но только внизу, у самого подножия ледяных скал, уступами поднимавшихся метров на триста к гребню, на котором расположился поистине великолепный дворец. Поражала не изысканность архитектуры — разглядеть её с такого расстояния было нельзя — а размеры, потрясавшие воображение. Без всякого сомнения, люди не могли построить нечто подобное — для этого понадобились бы тысячелетия и тонны камня. Возможно, пришлось бы пустить на стройматериалы целый горный хребет.
Фасад дворца протянулся так далеко, что нельзя было увидеть, где он кончался. Зато лестница, которой могли бы позавидовать пирамиды в Гизе, располагалась прямо перед нами — словно Кава-Мидзу привела нас точно к подножию. Впрочем, скорее всего, так и было, потому что допустить при такой протяжённости дворца совпадение казалось смешно.
Ступени были широкими, и каждую покрывали незнакомые письмена, вырезанные в чёрном камне. По обе стороны возвышались скалы, на некоторых уступах восседали нуэ, рассматривавшие незваных гостей большими прищуренными глазами. Время от времени то один, то другой с лязгом расправлял железные крылья, но в этих действиях не чувствовалось агрессии.
— Ну что, — проговорил я, глядя вверх, — идём?
— А что нам остаётся? — ответила Аяко. — Не возвращаться же.
Она была права. Мой вопрос прозвучал всего лишь как замаскированная пауза перед последним броском.
Я опустил переднюю пару рук на первую ступень. Ладони ощутили прохладу камня и рельеф причудливых букв, от которых исходили волны силы. Всё это место было буквально пропитано энергией. Едва я переместился на вторую ступень, по обе стороны лестницы прямо из ниоткуда начали возникать демоны — чёрные клубящиеся чудовища, порождённые мраком!
Аяко тихо ойкнула, прижавшись к моему чешуйчатому боку.
— Всё нормально! — поспешно сказал я. — Они нас не тронут.
Ощущение такое было, но не уверенность. Так что я просто хотел успокоить девушку.
Но ёкаи действительно не пытались напасть. Они возникали всё выше и выше, образуя нечто вроде почётного караула. Вскоре два ряда этих созданий протянулись до самого верха лестницы. Я не сомневался, что стоит ослабить защиту, и они
