рану я смогу, а вот приживить руку обратно — вряд ли. Тут нужен настоящий мастер. И, кстати, — добавил маг, — та мазь, которой ты воспользовался, помогает быстрее нарастить кожу, так что не пренебрегай ей.
Я поблагодарил лекаря и отправился за завтраком. Странно, а ведь Мастер упоминал в разговоре, что при наличии запаса Ки смог бы приживить руку Хион У. Значит, он не боевой маг, а маг-врачеватель? Но если он такой гений, то почему он довольствуется столь незначительной жизнью? У караванного лекаря талант в пятьдесят четыре единицы, и он не может справиться с такой задачей, тогда каков же талант Мастера? Семьдесят? Больше? А ведь помимо этого Мастер умеет выстраивать сложные массивы, сражаться с магическими зверями, организовывать людей, такой человек мог бы занять высокое положение даже в столице, если только… если только он не скрывается от кого-то.
Добряк, как и вчера, неторопливо прошелся по лагерю, раздавая каждому персональные задания, остановился около меня:
— Зеленый, сегодня едешь впереди, в напарниках Летящий и Змей посменно, — меня сбивали с толку его глаза: словно за него говорил какой-то другой человек, настолько не вязался холодный тон с добродушным выражением лица. — Если тебе не хватает Ки, то мы можем выделить тебе небольшой объем. Надо?
Я все пытался склеить воедино его образ и, сглупив, покачал головой. Он лишь хмыкнул и пошел дальше.
На дальнем конце поляны я отыскал свою Пинь, погладил ее чешуйчатую кожу и принялся пристегивать сиденье, заранее содрогаясь от грядущей боли.
— Дай помогу, — пробасил незаметно подошедший Шрам, в несколько движений пристегнул седло и взнуздал лупоглаза, затем медленно, словно сомневаясь в своих словах, сказал. — Ты, малыш, будь осторожнее. Добряк, он не просто так…
— О, а вот и мой сегодняшний напарник, — раздался веселый голос Летящего. — Снова сплетешь ту забавную шляпу?
От его легкой искренней улыбки по спине прошел озноб, я бы многое отдал за возможность побыть в паре со Шрамом вместо него. Но я стиснул зубы, рывком поднялся в седло и слегка ударил пятками в бока Пинь. Лупоглаз радостно рыкнул и пружинящим шагом направился к лесной тропе.
Снова резкий запах пихтовинки, снова конусообразная шляпа из подручных средств, снова жесткие края седла, прикрытые свернутым одеялом, которое так и норовило сползти, защитный массив из четырех печатей и длинные ножи на поясе.
И снова лес.
Сначала я хотел постоянно просматривать территорию при помощи амулета, но спустя несколько минут отказался от этой идеи, так как заболела голова. Видимо, к новому чувству ощущения магии нужно привыкнуть.
Привычные кровавые бабочки, несколько змей, бессильно ударившихся о массив… Я задремал, убаюканный покачиванием лупоглаза под собой.
— Берегись! Собаки! — крикнул Летящий и спрыгнул со своего животного.
Я вздрогнул, схватился за ножи и увидел справа первую мелкую тварь, бросившуюся в ноги к Пинь. Я слетел с седла и загородил лупоглаза. Странно выглядящее бурое животное с размаху врезалось в массив, я едва успел взмахнуть ножом и распороть ему горло. Из лесу донесся тонкий, на грани слышимости вой, от которого у меня свело живот, и тут же из-за деревьев вылетело еще несколько таких же собак.
Краем глаза я заметил, как Летящий несется в мою сторону, вращая мечи так, что они слились в сероватые полупрозрачные круги. Я отшагнул назад, закрывая спину лупоглазом, и принял низкую стойку: эти животные в холке были не более полуметра, а как говорил Хион У: «Если зверь ниже пояса, значит, у него защищены голова и спина, бей в горло. Если зверь выше пояса, у него защищены грудь и горло, бей в живот. Если тебе некогда измерять его рост, бей в глаза и уши».
Первая налетела слева, я едва успел повернуться, чтобы массив отразил ее атаку, резко взмахнул ножом и срезал лишь кусочек носа, но собака взвизгнула и отшатнулась. Пока этого было достаточно. Вторая — прямо, глухой удар о массив, вспорота шерсть на шее, крови нет, я сделал шаг вперед и воткнул нож в горло. Третья — снова слева, я почувствовал колебания энергетических нитей в массиве, отшагнул в сторону и резанул вдоль ребер, но кровь не брызнула. Что у нее там, броня? Я перепрыгнул псину и насадил следующую на нож.
— Вниз! — крикнул Летящий, о котором я уже успел забыть. Я резко присел, и над моей головой пронесся один из его мечей, распоровший прыгнувшую на меня собаку. — Держи массив.
Магические печати сдерживали основной напор, я снизу подрезал лапы, а сверху, как серебряные крылья колибри, мелькали мечи Летящего, отбрасывая и раня подбиравшихся с боков тварей.
И вдруг все закончилось. Подраненные животные убежали в лес, часть нападавших осталась лежать на дороге, я, судорожно дыша, огляделся вокруг.
— Что это за звери? — спросил я, приподняв одно из животных за ногу. Приземистое, с узкой вытянутой мордой, похоже на собаку грязно-бурого цвета, вот только на спине и боках вместо шерсти на нем были костяные пластины, а хвост усеивали мелкие колючки.
— Костяные собаки. Поодиночке не особо опасны, но охотятся, как правило, группами. Эта, кстати, была небольшая стайка, всего-то тринадцать голов, — Летящий брезгливо поднял одну собаку за хвост и расхохотался. — Знаешь, у караванщиков есть одна традиция: новичок обтягивает седло шкурой первого убитого в дороге животного. Думаю, у меня плохие новости для твоей задницы.
Я потыкал пальцем в твердую пластину и тоже рассмеялся, больше от облегчения.
Сзади послышался топот, к нам подъехали два охранника, один их которых был сам Добряк.
— Ну что тут? — холодно спросил он, умилительно сощурив глаза.
— Стая костяных собак, но мы справились, Хозяин, — рапортовал Летящий. — У новенького теперь есть покрытие на седло.
Добряк взглянул на меня, наверное, это должен был быть презрительный или гневный взгляд, но его глаза, как и прежде, лучились добротой.
— Хорошо. Ки нужна?
Теперь я не сплоховал и кивнул, и Добряк перекинул мне маленький светящийся кристаллик емкостью не больше пятнадцати единиц.
— Кристалл потом вернешь, — после этого он развернулся и уехал, второй охранник подхватил ту собаку, на которую указал Летящий, и последовал за главой охраны.
— Ну вот, — с улыбкой сказал мне напарник, — сегодня вечером ждет тебя обновка. Есть у нас умелец, который из любой твари смастерит отличную накидку на седло. Хотя, что он сделает с пластинами?
Мы бросили трупы, как есть, Летящий сказал, что другие о них позаботятся, а нам нужно продолжать путь и выдерживать дистанцию.
— А как Добряк узнал о том, что на нас напали?
— Ну, тут все просто. У охранников, следующих поодаль впереди и позади
