Кокочка?
— Дочка наших соседей Полуниных. Милая девушка, хотя немного и не в себе. И жениха ее я часто видела — Игорь Борисович Свирский — известный целитель. Воду заряжал одним взглядом. Нашли его три дня назад в собственной машине. Застрелен в голову. Поговаривают, что он как раз от Кокочки домой возвращался. Такая трагедия, что в сравнении с ней, помидоры на заднем дворе — просто ерунда.
— Ну да… — кивнула Марго, — Однако клумба перед крыльцом, как ни крути, а не пустяк. Ты позвони все-таки своему психоаналитику.
* * *
Петр Бочкин начал расследование прямо с утра следующего дня. Приняв душ и, сварив кофе, он позвонил своему приятелю с Петровки, 38. Следователь Кутепов, видимо, уже успел получить взбучку от начальства, а посему был не в духе.
— Портрет? — хмуро переспросил он, — Двусторонний?
Он замолчал, шурша листами уже пухлого дела. Наконец, помычал в трубку и ответил:
— Нет, секретарша убитого говорила только о рисунках Брюллова. Ни о каком двустороннем портрете дамы речи не было. Подожди! — он вдруг возбудился, словно его кто-то пнул под мягкое место, — Ты сейчас имеешь в виду портрет жуткой блондинки с собакой? Как бишь ее зовут… вроде по-королевски как-то…
— Марго, — напомнил Бочкин, — по паспорту Маргарита Вячеславовна Телегина.
— Ты с ней связался?! — Кутепов явно подскочил на стуле и тут же жарко заговорил в трубку, — Беги от нее! Беги, если тебе жизнь дорога!
— Да что такое? — не на шутку переполошился частный детектив.
— Она тебе мозг проест! Она из тех дамочек, которые проделывают такое виртуозно! Не успеешь оглянуться, как в черепушке вместо мыслей будет витать одна головная боль. Она уже приходила ко мне два раза! Я не знал, как от нее отвязаться. Достала со своим пропавшим портретом.
— Подожди, но ведь портрет действительно пропал!
— Да ну вас к чертям, — неожиданно обозлился Кутепов, — Хочешь погрязнуть в этом деле как я, флаг тебе в руки. Только никакого портрета в мастерской на момент убийства не было.
На том они и расстались. А Бочкин крепко задумался. История с пропажей портрета действительно была странной. По всему выходило, что Бурхасон до своей смерти успел его либо кому-то продать, либо благополучно закончить, наплевав на последний визит Марго, и по скорому отправить в галерею Браззавиля. А, учитывая разрушительное влияние, которое оказывает Марго на окружающих, Бочкин был склонен принять последнюю версию. Ведь вполне могло статься, что покойный художник попросту озверел от сеансов модели и, наплевав на искусство, закончил портрет досрочно. Но в таком случае, секретарша Бурхасона обязана знать об этом. Уж что-что, а отправка полотна в заграничную галерею — это ее прямая обязанность. Детектив понял, что как ни крути, а ему предстоит встретиться с этой самой секретаршей. Он достал свою разбухшую записную книжку, и, полистав, открыл на страничке с буквой «Б». Была у него замечательная привычка, не раз помогавшая ему в его расследованиях. Он записывал всех и вся, кто попадался ему на пути его очередного дела. Таким образом, он скопил немалую картотеку, в основном состоявшую из адресов, телефонов и кратких описаний личностей, входивших в круг его клиентов. Получилось, что, спустя несколько лет своей детективной деятельности, он владел информацией относительно большей половины жителей богатых Московских кварталов. В том числе и Рублевского района. На странице «Б», Петр, как и ожидал, нашел информацию о Бурхасоне. А также и о его секретарше Екатерине Пискуновой. Впрочем, информацией это нельзя было назвать, поскольку имелся только номер ее мобильного телефона. Бочкин попялился на скупую строчку и набрал номер.
— Алло, — ответили на другом конце.
— Екатерина Пискунова? — уточнил детектив.
— Да, слушаю, — голос принадлежал явно молодой, и явно измотанной девушке.
— Меня зовут Петр Бочкин. Я частный детектив. И мне необходимо увидеться с вами, так как я веду расследование о пропаже картины из мастерской художника.
— Послушайте, — Екатерина вздохнула, — а с этим никак нельзя подождать? Вы ведь в курсе, что Пабло… — она, по всей видимости, сглотнула сухой ком в горле, который неизменно возникал в последнее время, едва она произносила имя покойного босса.
— Да-да, конечно, — пришел ей на помощь Бочкин, — Именно поэтому я и должен встретиться с вами как можно скорее.
— Господи! — она вздохнула, — вы не представляете, как я сейчас занята. Наследники и представители различных фондов толпятся у дверей, необходимо провести опись имущества, а дом и мастерская до сих пор опечатаны. Я все свое время провожу в консультациях, перезвонах сборах подписей.
— Так ведь опись имущества — это как раз по моей части. Давайте пересечемся, а то больше времени потратим на телефонные переговоры.
— Ну, хорошо, — помявшись, согласилась она, — Сегодня в три устроит?
* * *
Екатерина Пискунова оказалась очень привлекательной девицей. Во всяком случае, по мнению Петра Бочкина. Он даже пожалел, что его лицо в данный момент напоминает плохо прожаренную котлету, поскольку ссадины подсохли, а синяки все еще остались. Если бы не его вопиюще непривлекательная внешность, он бы не преминул перейти на задушевный тон в разговоре и построить ей глазки. Секретарша покойного художника могла быть и его музой по совместительству, поскольку являла собой образец современной красоты: короткие темные, слегка вьющиеся волосы, большие черные глаза с длинными ресницами, скромный смуглый румянец, пухлые губки — все, что нужно девушке, чтобы завоевать мир. Плюс, тонкая талия, маленькая, манящая грудь и длинные ноги. Бочкин, как они и договорились, ожидал ее за столиком на летней веранде в кафе сада Эрмитаж. Она быстро подошла, села и, достав из сумочки сигареты, жадно закурила.
— Извините, я полдня провела на Петровке, а там все указы президента исполняются неукоснительно. Даже такие странные, как отмена курения в общественных местах, — с ожесточением проговорила она, и, подозвав официанта, заказала чашку кофе. Только после этого глянула на Бочкина, — так о чем вы хотели со мной поговорить?
— Вы даже не поинтересовались, кто я, — не без обиды пробормотал он. Ему бы польстило, если она хотя бы обратила внимание на его ссадины. В конце концов, такой девушке, не часто приходится вот так запросто сидеть в кафе с мужчиной, у которого лицо, мягко говоря, не соответствует этикету.
— Насколько я помню, вы уже представились частным детективом. Вы разыскиваете какую-то картину Бурхасона. У него больше двух сотен полотен. Какая именно вас интересует? И чем я могу помочь?
Петр отметил для себя, что Екатерина привыкла брать быка за рога. Видимо, жизнь ее была слишком насыщена деловыми переговорами. А потому тянуть резину смысла не имело, иначе она поднимется и уйдет прежде, чем он
