моей бабушки. Она давно умерла, но дом должен был остаться.
Я искренне на это надеюсь, но Киту не говорю. Не представляю, куда идти дальше, если наш дом окажется разрушен.
Спустя ещё час мы наконец выходим к просеке. Ещё немного, и мы будем дома. Я уже вижу крыши деревенских домов. Но нам не туда, не в саму деревню. Бабушкин дом стоит чуть левее, на опушке леса. Нам нужно только пройти метров триста и обогнуть лес.
— Стоит, — шепчу я, глядя на дом.
Удивительно, но он абсолютно целый. Единственное, двор зарос травой. Но ведь это не проблема!
У деревенской травницы в принципе мало проблем. Люди болеют, попадают в несчастные случаи, рождаются, умирают. Им часто приходится обращаться за помощью к травницам, учитывая, что лекари — редкие гости в деревне, а лечить больше некому. Травницы же пользовались этим как могли. Брали оплату не только деньгами, но и разными услугами, а бывало и продуктами.
Бабушка Астры тоже часто прибегала к такому методу. Нарубить дрова, покосить, вспахать небольшой огород, залатать крышу — во всём этом деревенские помогали с удовольствием, зная, что и бабуля их в беде не оставит.
— Мы пришли? — Кит с любопытством поглядывал на дом.
— Да, милый, — с улыбкой отзываюсь я. — Теперь всё будет хорошо. Идём скорее, не терпится уже зайти внутрь.
Но несмотря на нетерпение, съедающее изнутри, мы не торопимся…
Забор покосился и, честно говоря, держался на одном честном слове, во дворе бурьян. А вот все хозяйственные постройки остались целыми. Даже крыши не прогнили, хотя должна была, за столько-то лет. Банька стоит, птичник, сарай под дровник. Бабуле больше и не надо было. Мясо она предпочитала покупать в деревне, а не выращивать коров или свиней самостоятельно.
Подойдя к двери, отодвинула дощечку в двери и достала ключ. А распахнув дверь, вдохнула, на удивление, свежий воздух.
Свежий? За пятнадцать-то лет? Я удивлённо оглядела сени. Ни пылинки… Словно бабуля вышла из дома час назад и вот-вот вернётся.
— А может и правы были деревенские? — тихо бормочу, неуверенно входя в дом. — Может, была у неё сила?
Глава 3
В доме всё так, как я помню.
Не я… Настоящая Астра. Но я постепенно забываю свою прошлую жизнь, а вот жизнь Астры становится моей. И её воспоминания — моими.
Мне страшно. Я не хочу забывать себя, но и отмахнуться от чужой жизни не могу.
Тряхнув головой, иду дальше, разглядывая дом.
По меркам деревни, у бабушки вполне неплохой дом. Добротный, с двумя спальнями, большой кухней и кладовой. Ну и прихожая, естественно.
На кухне есть погреб. Достаточно холодный, чтобы хранить там припасы. А кладовую бабуля забивала травами. Она буквально весь сезон ходила по лесу и собирала травы, корешки, ягодки — всё, что могло пойти на лекарства. Те лекарства, что долго хранятся, она готовила сразу и разливала порционно по пузырькам. Остальные травы сушила, подвешивая к потолку.
— Мама, тут так замечательно! — восторгается Кит, нежно поглаживая белоснежную печь и скатёрку на столе. — Красиво!
— Красиво, — улыбаюсь я. — Идём, покажу твою комнату.
— Мою? — мальчишка хмурится.
— Да, — киваю я, понимая, почему он так реагирует. — Представь, там ты сможешь отдыхать, читать, играть, приглашать друзей.
— Мне нельзя теперь спать с тобой? Я думал… — Кит запинается и опускает взгляд. — Раз папы нет, то теперь никто не выгонит меня.
— Так тебя никто и не выгоняет, — я качаю головой, едва сдерживая улыбку. — Ты можешь приходить ко мне, или я к тебе. Будем читать книжки друг другу и обниматься, а потом каждый разойдётся по своим комнатам.
— Но… — мальчишка смешно хмурит брови.
Я понимаю, что им руководит страх и… эгоистичное желание быть всегда рядом с мамой.
Но я не поддаюсь.
Во-первых, мне хочется личного пространства. Спать, раскинув ноги и руки в стороны, а здесь кровати далеко не плюс сайз.
Во-вторых, со своими демонами нужно бороться. Кит не может вечно держаться за меня. Конечно, я не брошу его сейчас. Не пну в сторону, сетуя что он мне мешает. Да и неправда это…
Я буду отстранять его потихоньку. Заменяя обнимашки заботой.
Именно поэтому я подвожу его к двери, за которой когда-то находилась спальня Астры, и толкаю дверное полотно.
— Ну как тебе? — спрашиваю я, рассматривая комнату, которая за столько лет ни капли не изменилась.
— Нормально, — грустно бурчит Кит, а я усмехаюсь.
Нравится, по любопытному взгляду вижу. Да вот только не хочется тебе в ней быть именно на этих условиях. Но я непреклонна…
Нам надо жить дальше. Как бы жестоко это не звучало, но надо просто жить, а не лелеять боль. Сейчас, пока рана в душе Кита так глубока, ему больно и страшно, но со временем всё пройдёт.
И я сделаю всё, чтобы так и было.
— Идём, я покажу тебе свою комнату, — обнимаю за плечи и увожу, но дверь не закрываю.
В комнате полно игрушек, которые мастерила бабушка и приносил в подарок плотник. А ещё там есть книги… Кит умеет читать, Астра научила его. Но в моих книгах есть одна тайна — они с картинками.
Ничего, малыш заинтересуется, когда поймёт, что рядом со мной сидеть не так уж и весело.
Я распахиваю вторую дверь и словно окунаюсь в воспоминания. Запах будоражит их. Вон там, возле окна, бабушка любила вязать. А я сидела рядом и читала ей книгу вслух. Вон, даже книжка лежит, и вязание рядом. Это должен был быть шарф мне на зиму, но бабушка так и не довязала, не успела.
Возможно, я сделаю это сама, позже.
И подарю Киту.
— Знаешь что, — заявляю я. — Предлагаю привести себя в порядок и сходить в деревню, купить кое-что из еды. Как думаешь?
Кит кивает, но весь съеживается. Ему страшно идти к людям, боится разоблачения, но… Один он не останется, а кушать хочется всё сильней.
Я заглядываю в кладовую и коротко вздыхаю. Бабуля как-то защитила дом от пыли, но не смогла защитить травы. Ничего полезного в них уже давно нет, только выкидывать. Продать не получится…
Ничего, лето в самом разгаре, я ещё наберу и наготовлю.
Мы спешно умываемся и переодеваемся, чтобы не выглядеть совсем оборванцами. Взяв несколько монет, закрываем дверь и идём
