Наверное, кошачьи обещали заплатить за мою бренную тушку. Через некоторое время она сама вывела меня на драку, чтобы показать, как я не соблюдаю этикет и правила академии, но и это не стало предлогом для моего отчисления. Урлах-Тор не выкинул меня и на второй, и на третий раз…
Амина пьет чай и рассказывает про то, что со временем ссоры и противостояние с Мымрой вошли в привычку. А потом она осталась в Академии преподавать и стала для Галки занозой номер один.
Не знаю, смогла ли бы я ежедневно смотреть в лицо дамочке, которая хотела меня посадить. Впрочем, я знаю, что у Амины не было выбора. Рассказывают, что она так и не смогла сделать документы и находится в Академии на полулегальных основаниях. И стоит ей вылететь отсюда, как она уже не сможет находиться на нейтральных землях и окажется в гуще разборок кланов оборотней. Это ведь у нас все цивилизованно, а у них, говорят, нечистокровных альф убивают. А Галка как раз угрожала вышвырнуть ее на расправу…
Вот тут бы спросить, правда это или нет, но я бездарно пропускаю удачный момент, потому, что на фоне истории с брошкой начинаю вспоминать, как сама села в тюрьму.
Меня же тоже тогда обвинили в краже — краже скелета из лаборатории. До собственного расследования я тогда не додумалась и очень быстро оказалась в тюрьме. Правда всплыла спустя много лет. Я все никак не могла собраться подать на реабилитацию… а потом электричка истинности привезла меня в Академию.
Амина заканчивает рассказ и ловит мою неуместную улыбку. И даже, кажется, немного смущается. Мне тут же становится неловко. А, впрочем, пусть думает что захочет. Гулять так гулять!
Иду ва-банк и засыпаю Амину вопросам про алиби. Ни одного вразумительного ответа. С шести до восьми утра была у себя, свидетелей нет. Мое ведро брала для того, чтобы смыть сидящего на стене паука (!). Галку не убивала. Из окна выглядывала потому, что заинтересовалась собравшейся под окном толпой.
В общем, без комментариев.
Вздыхаю и допиваю вторую порцию чая.
Не знаю.
Вроде бы у Амины и алиби нет, и мотив прослеживается, но мне хочется не верится, что это она. Прямолинейная, резкая девушка вполне могла продолжить ссору с Галгалеей у нее в комнате, и, не рассчитав силы, вытолкнуть из окна.
Но причем тогда тут слабительное и снотворное? А черная кошка? Вампирский укус?..
В общем, надо подумать.
— Спасибо за чай с бутербродами. Это намного сытнее печенек и вкуснее каши «Прозрение».
Амина со мной согласна. Еще бы! По вкусу и консистенции каша «Прозрение» похожа на вареные грязные носки. Не то чтобы я пробовала так готовить носки, но представить могу. Не понимаю, кто вообще ее ест.
Прощаюсь с девушкой и выскальзываю за дверь. Прохожу мимо какого-то лохматого студента. Что, интересно, он позабыл на преподавательском этаже? Может, к Амине? А то похоже, что это тоже оборотень. Я, если честно, не чувствую никакой животной притягательности и отличаю оборотней от остальных по рукам. У них обычно очень длинные, немного нечеловеческие пальцы — как будто их рисовали нейросетями. Вот и у Амины такие же.
Молодой человек, кажется, обращает внимание на ведро в моих руках. Но стоит мне задуматься, а не обратить ли его внимание на то, что нечего шляться по преподавательскому этажу — тем более в женском крыле! — как он разворачивается в сторону лестницы и исчезает из виду.
Проходя мимо окна, останавливаюсь и выглядываю посмотреть на закрывающий место преступления мерцающий купол. Сверху хорошо видно, что под ним лежит тело и копошатся местные следователи. Еще не разобралась, как их называть. Магические менты? Ментовские маги? Уверена, они прекрасно справятся и без «ценной помощи» подозрительной уборщицы с бестолковым фамильяром. Так что не буду лезть.
Хотя…
Конечно, буду! Кого я обманываю?
И все же остаток дня проходит спокойно. Я бегаю по поручениям Зурга Камнегрыза: принеси то, подай это, тут протри, там ходи осторожней, у нас тут улики! Стандартное мытье полов он пока перезакрепляет за другими уборщицами (их двое, но я ними почти не пересекаюсь), а на здоровое возмущение заявляет, что на них-то трупы не падали, так что нечего жаловаться. А вот когда…
— Что значит «когда», господин комендант⁈ У нас что, планируется несколько трупов? — возмущаюсь я, и тут же получаю новое задание: убрать кошачью лужу в комнате Галки.
Робко возражаю, что это, возможно, вещдок. Зависит от того, когда обнаружили. Зург Камнегрыз доброжелательно уточняет, что лужа свежая и только и ждет, когда я ее уберу. Можно вместе с тапками покойной Галки, которые «попали под раздачу».
Вообще, ситуация странная. У ректора аллергия на кошачью шерсть, животных в Академии не держат, если не считать фамильяров, и в спальне у Галки им взяться неоткуда. Но когда следственная группа взломала дверь, то обнаружила там очаровательную черную кошечку, полную необычных магических сил.
Нездешних. Иномирных.
Может, Галка хотела ставить на мурке опыты?
— Какой-то сегодня день стресса, — вздыхаю я. — У вас, у меня, у ректора, про Галгалею я молчу, теперь и кошечку напугали…
— Как же! Она не хотела лезть в клетку и напрудила в знак протеста!
Ну что ж поделать, иду вытирать. В комнате Галки натыкаюсь на ментовских магов, обсуждающих, есть ли смысл ставить магические печати на месте происшествия, если они, в принципе, уже завершили сбор улик. План побродить по комнате Мымры и осмотреть ее как следует срывается, и я сосредотачиваюсь на уборке.
После всех этих событий я добираюсь до своей комнаты на первом этаже чуть живая, и тут же падаю от усталости. Чудом не промахнувшись мимо кровати, ага.
Клубочек, фамильяр, выбирается из корзинки с пряжей, спрыгивает со стола и лезет под руку. Поглаживаю по оранжевой спинке. Или это пузо? Он ведь со всех сторон круглый.
— Давай сегодня без тренировок, Клубочек, — бормочу я, второй рукой нашаривая под подушкой недочитанный детективчик. — А то от второй бессонницы подряд твоя хозяйка может вырубиться прямо посреди рабочего дня и пропустить все интересные убийства.
Клубочек пищит и устраивается у меня под локтем. Поправляю подушку под головой, открываю книжку. Так. На чем я остановилась? Кажется, где-то в начале.
'— Я бы пообещал тебе вечный полет, Жанна, — странно усмехнулся возлюбленный. — Но тут есть одна проблема.
— Какая? — растерянно спросила девушка, не понимая, почему его нежные руки вдруг стали такими цепкими, и откуда холод в его бархатном голосе'.
А, точно, я это читала. Сейчас этот тип
