стоил около 8 рублей, то в 2019 году его стоимость поднялась до 16 рублей и продолжала расти. Для иранцев разница оказалась столь значительной, что цены на бензин не раз провоцировали серьезные беспорядки. В планах иранского правительства – построить не менее пяти крупных нефтеперерабатывающих заводов, вдвое увеличив количество перерабатываемой нефти, а также модернизировать существующие.
Ситуация с газом в Исламской Республике даже интереснее ситуации с нефтью. На сегодня Иран по запасам газа (17,3 % общемировых) уступает только России (24,3 % общемировых). Их объем оценивается в 33 988 млрд кубометров (на 2021 год, по данным ОПЕК), и даже при пиковых темпах добычи (а Ирану пока до них очень далеко) этого газа хватит минимум на 240 лет. Причем до 1985 года в стране в основном добывался так называемый «попутный газ» – побочный продукт нефтедобычи, из которого использовалось не более 35 %. Только потом началась активная разработка залежей и месторождений природного газа. Иран далеко не полностью освоил свое богатство. Но за последнее десятилетие на газ стали переводить ТЭЦ, легковой и грузовой транспорт и промышленность. Благодаря внутреннему спросу (90 % газа потребляется внутри страны) иранская газовая промышленность развивается, несмотря на санкции, наложенные на нефтегазовый сектор. Природный газ также является основным топливом для выработки электроэнергии.
Конечно, Иран продает газ – небольшими объемами, по трубопроводам внутри своего региона. С 2017 года Иран начал экспорт в Ирак, что способствовало дальнейшему развитию сектора. В 2019 году Иран экспортировал природный газ в Турцию, Армению, Азербайджан и Ирак. Санкции не затронули напрямую иранский газовый сектор, и даже после расторжения «ядерной сделки» ключевые контракты были сохранены. В частности, с Турцией страны договорились о расчете за газ в национальных валютах, что позволило снизить санкционное давление.
Однако пострадала разработка очередной фазы крупного газового месторождения Южный Парс, куда в 2017 году инвестировала французская компания Total. Компании пришлось уйти из Ирана, и восстановить этот проект стране будет непросто. А ведь именно оттуда планировалось вести новый газопровод в Турцию, и далее – в Европу.
Ранее из-за санкций пришлось свернуть и некоторые проекты по производству сжиженного природного газа. Иран вернулся к ним самостоятельно, привлекая других азиатских инвесторов, пока в небольших масштабах.
В 2016 году экспорт сжиженного газа также столкнулся с проблемами: из-за санкций сложно было страховать суда, направлявшиеся в Европу. Иран быстро нашел решение: фрахтовать у иностранцев (изначально речь шла о Норвегии) специальные суда, способные сжижать газ собственными установками (FLNG) и таким способом доставлять покупателю. Разумеется, Иран планирует и строительство крупных плавучих или прибрежных заводов для сжижения газа, но на это требуются годы, и стоимость высока. Так что использование зарубежных судов FLNG пока остается единственным способом вывести иранский сжиженный газ на международные рынки.
В момент кратковременного снятия санкций с Ирана некоторые эксперты опасались, что он сможет составить России серьезную конкуренцию на газовом рынке. Но теперь ясно, что, хотя у газа из Ирана большое будущее, там пока нет ни адекватной структуры, ни серьезных рыночных каналов сбыта, хотя иранскому газу санкции нанесли куда меньший урон, чем иранской нефти.
Плюс к газу и нефти Иран обладает крупными запасами других ресурсов. Страна занимает 2-е место в мире по запасам цинка и 7-е – по запасам меди. В целом на Иран приходится 2 % (12-е место) от общего мирового объема полезных ископаемых: залежи 12 металлических и 36 неметаллических руд. Здесь добывают уголь, бокситы, железную руду, хром и марганец, свинец, золото, серебро, титан и молибден. Как нам часто напоминают мировые СМИ, Иран также обладает собственными (пусть и очень скромными) месторождениями урановых руд.
Иранская металлургическая отрасль входит в десятку крупнейших в мире. Хотя диверсификацию промышленности и создание собственной черной и цветной металлургии начали еще в шахском Иране (1970-е годы), по-настоящему она стала развиваться во второй половине 1990-х. Активно привлекался иностранный капитал, оборудование, технологии и кадры. Доля горнодобывающей промышленности в ВВП Ирана сегодня составляет 4–5 %, то есть на уровне промышленно развитых стран. И данный сектор промышленности заметно помогал иранской экономике на протяжении долгих лет санкций.
Но в 2018 году санкции «накрыли» и иранскую металлургию. Их ввели против крупнейших иранских производителей стали, алюминия, меди и железа. Так, Ирану пришлось перераспределить экспорт стали, шедший в Юго-Восточную Азию и на Ближний Восток. В основном сталь пошла в Китай. В целом торговые партии металла невелики, поэтому далеко не всегда представляется возможным их отследить, а значит, и тут «серые» схемы работают на ура. Однако проблемы в металлургическом секторе, несомненно, сказываются и на экономике в целом, мешая ее диверсификации.
Подведем итоги
Как санкции повлияли на основу экономики Ирана – добычу энергоносителей и в целом на добычу, переработку и экспорт полезных ископаемых?
1) Самый тяжелый удар по нефтедобыче и нефтепереработке. Наиболее серьезные санкции в этой отрасли пришлись на 2012 и 2018 годы, когда иранскую банковскую систему отключили от SWIFT и наложили ограничения на инвестиции в нефтедобывающий сектор Ирана. Вторичные санкции (налагаемые на неамериканские компании, работающие с Ираном) также заметно ослабили данное направление.
2) Несмотря на строгость санкций, иранцев выручали изобретаемые ими «серые» схемы экспорта нефти, а также готовность азиатских партнеров продолжать приобретать у Ирана нефть. Но стоит отметить, что активность этих партнеров нередко оказывалась меньше, чем рассчитывали.
3) Ущерб от санкций сказался на всей инфраструктуре нефте– и газодобычи. У Ирана не хватает технологических мощностей для замены и ремонта постепенно изнашивающегося оборудования, которое западным странам запрещено туда импортировать. Нехватка инвестиций мешает разведке и разработке новых месторождений. У страны также недостаточно НПЗ для выработки собственного высококачественного бензина, что негативно сказывается на экологии и здоровье жителей городов.
4) Санкции не так сильно ударили по добыче и продаже газа – во многом потому, что его экспорт стал развиваться относительно недавно. На данный момент наибольший прогресс заметен именно в этой отрасли. Но нехватка зарубежных инвестиций вынудила страну заморозить несколько важных проектов.
5) Металлургия в Иране долгие годы уходила из-под пресса санкций, но в последнее время они все-таки затронули производство и продажу стали, алюминия, меди и железа, вынуждая Иран менять рынки сбыта.
Глава 2
Деньги и банки
Мое первое соприкосновение с финансовой системой Ирана произошло в одном из крупнейших банков города Исфахана. Конечно, приехала я со своими долларами. Но будущий муж и его семья сами меня везде водили, кормили, поили, за все платили. На попытки выяснить путь к ближайшему обменнику махали руками и велели о
