class="p1">Не смотря на то, что благодаря зашморганной шторке, она находилась в вагоне плацкарта почти все время в своем индивидуальном пространстве, журналистка промучилась всю дорогу. Мало того, что ей досталось верхняя боковушка в проходе возле туалета, так в придачу еще и не совсем опрятный, и вовсе не приятный в общении сосед с нижнего места.
– Спать буду, – безапелляционно заявил пучеглазый невысокий мужчинка с обвисшим животом, как только узнал от сидевшей на нижнем месте Вари, что у нее верхняя полка. – Освободите мое место. Я деньги за него заплатил.
Однако спать мужчинка лег не сразу.
Поначалу он долго шелестел пакетами, потом звучно и со вкусом чавкал на весь вагон подгулявшими чебуреками, затем на полчаса засел в туалете, изредка подавая оттуда признаки жизни в виде мощных утробных звуков, свидетельствовавших о проблемах с пищеварением, и только после того, как он посчитал необходимым сообщить остальным пассажирам, что ему полегчало, улегся спать.
Варвара долго ворочалась с боку на бок, пытаясь придать своему телу комфортное положение, потом слушала музыку, затем прочитала все возможные новости и только уже под утро умудрилась задремать нервозным сном, просыпаясь при каждой остановке поезда.
Издаваемый мужчинкой гнусный храп и испускаемый его давно немытым телом аромат, судя, по носившимся изредка по вагону матерным словосочетаниям, мешал спать не только ей.
Окончательно она проснулась от того, что мужчинка громко высказывал свое недовольство по поводу обнаруженных им на своей постели нескольких бесхозных тапок, одной женской туфли, казенной подушки, подстаканника, дырявого носка и плюшевого медвежонка, прилетевших в его тело ночью, видимо, с определенной миссией – заткнуть.
После нескольких озвученных мужчинкой нецензурных слов в адрес владельцев вещей с требованиями отозваться, нашлась хозяйка только у медвежонка и металлического подстаканника…
Сердитая девочка лет пяти из соседнего отсека, молча, забрала свои вещи и, бросив полный презрения взгляд на мужчинку, показала ему язык.
– Хамы, – недовольно высказал свое мнение вслух Варин сосед, принявшись шелестеть пакетами с едой.
Благо до пункта назначения оставалось всего лишь полчаса пути, которые Варвара, провела в вагоне-ресторане, перекусив, разогретыми в микроволновке блинчиками, запивая их отвратным кофе.
Белорусские Житковичи встретил ее приятным ласковым утром.
В Москве еще была весна, а тут в свои права, не смотря на то, что на дворе стоял конец мая, уже вступило лето. Приятный запаховый купаж из цветущей черемухи и рельсового мазута с едва ощутимым оттенком выхлопных газов, моментально вскружил Варваре голову, как только она вышла из опостылевшего ей вагона.
Открытые душевные лица, переминавшихся в ожидании электрички на перроне людей, приятно поразили Варю, которая думала, что как только выйдет из поезда, окажется в окружении замученных тяжелой работой угрюмых людей. Однако вместо того, чтобы угрюмиться, местные, размеренно перекидываясь между собой короткими фразами с характерным белорусским «гы-каньем», с интересом рассматривали высыпавшихся пассажиров из вагонов Московского поезда и приветливо улыбались. Видимо, она чем-то отличалась от остальных пассажиров, потому что при ее появлении, стоявшие чуть в стороне отдельной группкой разновозрастные мужчины, тут же сорвалась с места и, взяв ее в плотное кольцо, наперебой принялись предлагать свои услуги.
– Дешевое такси…
– Вам куда?
– Давайте ваши вещи…
– Скидка пятьдесят процентов с каждого километра…
– Каждый пятый километр бесплатно…
– Поездка с бесплатной экскурсией, – перекрикивая друг друга, затараторили нелегальные перевозчики.
– Мне на Туровскую маршрутку надо, – застенчиво отрезала девушка.
После этой фразы бомбилы вмиг утратили к ней интерес, и быстро распределись по перрону, пытаясь заманить к себе хоть кого-нибудь.
– Осталось три минуты до рейса на Туров, – неожиданно раздался у нее из-за спины густой мужской бас.
Обернувшись, журналистка уткнулась взглядом в сурового усатого мужчину в форменном обмундировании белорусской железной дороги.
– Если сейчас не успеешь, то придется ждать потом три часа. Маршрутки вон там. За углом, – улыбаясь глазами, показал жезлом на проход в резном ограждении перрона дежурный по вокзалу, отчего слегка опешившей после атаки бомбил Варваре, опять стало комфортно и спокойно.
– «Житковичи-Туров», – забежав за угол, прочитала на одном из белых массивных микроавтобусах Варя и робко заглянула в открытую дверь наполовину заполненного людьми салона.
Через несколько минут, рассчитавшись по терминалу за билет, и, пристроив с помощью водителя – молодого добродушного паренька с торчащими во все стороны на голове вихрами, свой массивный чемодан в специальном багажном отсеке, Варвара отправила сообщение местному оператору по имени Василий о времени своего прибытия в Туров.
Как только маршрутка тронулась, Варя отодвинула в сторону шторку, принявшись рассматривать местные пейзажи, однако, пока она настраивала свой телефон на режим динамической съемки, микроавтобус, проскочив несколько перекрестков по прямому потоку, выскочил за пределы города.
Рассматривая в окно во все глаза ярко-зеленые леса и опрятные, ухоженные поля, сменявшие друг друга с определенным интервалом, журналистка незаметно для себя задремала. Обдуваемая приятным сквознячком, сквозь сон она чувствовала, как несший ее автомобиль останавливался, чтобы высадить или подобрать по пути пассажиров, слышала щелканье закрывающейся двери и размеренную болтовню пассажиров, но ей был так хорошо, что желания открывать глаза не было вообще никакого…
Проснулась она от того, что маршрутка неприятно взвизгнув тормозами, неожиданно резко остановилась. Испуганно спохватившись, Варвара обнаружила, что кроме нее, водителя и благодушного дедулечки, в видавшем виды костюме, никого в салоне нет.
– Николаевна, ты нормальная? – покрутил у виска водитель, когда в открывшуюся дверь ввалилась, искусственно улыбающаяся полная женщина в синем спортивном костюме. – Еще бы немного и я бы тебя переехал. Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не выскакивала из леса, как угорелая, а ждала меня на остановке? – продолжал возмущаться парень.
– Ай, Мишка, перестань, – отмахнулась от него женщина, ощупав завидущими глазами сначала багаж, а затем и саму Варвару: – я же не специально. Заблудилась я. Только на трассу вышла, а тут ты как раз, – притворно-виноватым тоном затараторила женщина, пристраивая на передние сиденья возле себя два огромных баула.
Только дверь маршрутки закрылась, как салон заполнился чесночным ароматом. Поначалу Варя подумала, что эта тетка наелась чеснока, но запах был странным – он был не резким, как обычно, а приторно ароматным.
– Ленка, опять браконьерствуешь? – не зло обратился к женщине дедулечка.
– А тебе какое дело? – огрызнулась женщина.
– Как тебе не стыдно? – негодующе закивал плешивой головой дедок. – Из-за тебя скоро в лесах вообще черемши не останется. Когда же ты уже нахапаешься?
– Тьфу на тебя, – плюнула через плечо в ответ на старика женщина, переключив свое внимание на Варвару.
– Москвичка? – пересев поближе к Варе, растянулась в неожиданно белоснежной улыбке с идеально ровными зубами Николаевна.
– Да… А откуда вы знаете? – слегка опешила журналистка.
– Баба Лена знает все, –
