— обратился Борис Валентинович. — Мне отойти надо на пару минут. — Куда? — поинтересовался Сергей. — Много будешь знать, скоро состаришься, — холодным тоном ответил мужчина. — Это что, третий урок такой? — фыркнул парень. — Если уж мы напарники теперь, то и секретов у нас друг от друга быть не должно. Лично я так считаю. — Верно кумекаешь, не должно, — прищурил глаза Борис. — Схрон у меня тут рядом. В нем ствол и патроны, сейчас возьму его и вернусь. *** Выжившие вышли из леса на поле. — Когда-то здесь сажали пшеницу, — с сожалением в голосе сказал Борис. — Теперь видишь, растут березы и елки во всю, и им явно не три года. — Далеко еще до деревни? — спросил парень. — Значит так, Сережа, — Борис Валентинович развернулся к молодому человеку. — Бякино тут рядом, метров пятьсот осталось. Ты главное не бойся. В самой деревне действительно есть зомбаки, это местные жители, заразившиеся, бродят по своим огородам. Нам туда не надо. — А куда нам надо? — Сергей вытер нос рукавом ветровки. С утра показалось прохладно, и парень накинул ее поверх майки. — Четыре дома стоят отдельно от всех, на входе ближе к нам, — продолжил наставник. — В трех из них я уже побывал. Остался один, но он всех ближе к деревне. Делай всё как я, не поддавайся панике, и всё у нас получится. Помни, уж не знаю каким местом, но мертвяки хорошо всё слышат. Напарники двинулись дальше. Пройдя половину поля, Сережа остановился и обратился к Борису Валентиновичу: — Что мне делать, если нападут? Топором бить? — Просто не дай им себя укусить или поранить. Держись в стороне, я всё сам сделаю, — спокойным голосом ответил Борис и, немного подумав, добавил: — Голова у них — слабое место. Ты можешь отрубить руку или ногу, на зомби никак не отразится, кроме потери мобильности. Бей в голову, тогда уже не встанут. — Понял, — ответил парень. Сергей достал из целлофанового пакета топор, размотал тряпку на его лезвии, которую намотал, чтобы ничего не порвалось, и надежно сжал рукоять в правой руке. Борис обернулся и чуть было не рассмеялся от напуганного вида парня. — Решил дров нарубить? — спросил с насмешливой дрожью в голосе наставник. — Пакет придется тут оставить, ты своим шебуршанием гостей накличешь. Вон на тот сук повесь, обратно пойдем и заберем. Сергей привязал пакет за ручки и побежал догонять Бориса.
Пройдя вторую половину поля, напарники вышли на край деревни. Четыре дома и впрямь стояли как бы отдельно, немного в стороне.
— Теперь только шепотом, — прошептал Борис и махнул рукой парню. — Вон в том доме я не был.
Выжившие дошли до крайнего дома, обошли вдоль забора. Второй был напротив первого, и следом третий. Дойдя до четвертого, Борис остановился и притих. Мужчина шевелил ноздрями, будто нюхал воздух. Поворачивал голову то в одну сторону, то в другую.
— Идем.
Борис перекинул руку через низкую деревянную калитку и нашарил наощупь железный крючок. Дверца открылась почему-то даже без скрипа, и мужчины зашли в огород. Дом был небольшой, сруб сделан из полубревен и обит снаружи деревянной вагонкой. К задней стене пристроен сарай из досок, длинной примерно с дом. Чуть дальше старый погреб, выглядевший забавно, будто кто-то положил на землю маленькую крышу от такого же маленького дома.
Борис подошел к двери и дернул за ручку. Затем снял рюкзак и достал охотничий нож из кожаного чехла на поясе.
— Что там? — тихо спросил парень.
— Дверь закрыта изнутри, — прошептал Борис Валентинович. — Скорей всего, там кто-то есть. Поди глянь в окно, только не светись.
Сергей сходил на фасадную сторону дома и вернулся.
— Бабка, — почти в полный голос произнес Сережа, забыв о шуме. — Там толстая бабка сидит в кресле перед телевизором.
Глава 5
— Похоже мертвая, — Сережа снова перешел на шепот.
— Вот тебе еще один урок, — ответил Борис Валентинович. — Бабка толстая, значит не разложилась после смерти, скорей всего зомби. Вот только не понятно как вирус в нее попал. Возможно, после укуса она смогла добежать до своего дома и запереться.
— А еще она успела калитку на крючок запереть, — добавил Сергей.
— Верно подметил, — наставник тихо похлопал парня по плечу. — Заходим тихо на цыпочках. Смотрим что с бабкой.
— Дверь же заперта, — прошептал парень.
Борис дернул еще раз за ручку. Дверь болталась, и между ней и косяком был небольшой зазор. Мужчина оттягивал ее без резких рывков, но с силой, чтобы не было шума. Вставил топор Сережи вместо рычага и уперся в его рукоять коленом. После такого расшатывания щель увеличилась, и в ней можно было увидеть задвижку запора. Затем взял в руки свой охотничий нож и кончиком лезвия потихоньку, миллиметр за миллиметром, отодвинул железную пластину в сторону. Дверь открылась со скрипом. Бориса даже передернуло. Он быстро достал из бокового кармашка своего рюкзака медицинский шприц, наполненный каким-то грязным машинным маслом, завернутый в тряпку. Размотал и брызнул немного на ржавые дверные петли.
— Заходи и будь как дома, — улыбнулся Борис Валентинович, занес свой рюкзак и закрыл дверь, также на задвижку.
Дом был обычным, почти треть единственной комнаты занимала кирпичная русская печь с лежанкой сверху. В восточном углу висели иконы с пустыми подсвечниками, а в другом углу полка, на которой стоял небольшой «пузатый» телевизор. Круглый деревянный стол и два стула рядом. В третьем углу стоял старый советский холодильник «Бирюса», который, так же
