Когда Дебора вернулась в Штаты, происшедшее казалось ей скорее мечтой, чем реальностью. Она стала ждать, что предпримет Чарлз. Если он вообще не выкинул ее из головы.
Он прислал ей все свои книги. Не цветы, а книги, о которых Дебора должна была высказать свое мнение. Он был первым мужчиной, который оценил в ней ум, а не внешность. Это покорило девушку.
Она прочитала запоем все романы, и они произвели на нее огромное впечатление, о чем Дебора не преминула написать Честерфилду.
А в ответ пришло письмо, в которое был вложен билет на самолет с открытой датой. В письме Чарлз сообщал о том, что связан по рукам и ногам выходом нового романа, но будет счастлив принять у себя Дебору.
Дебби не могла сказать, кто из них удивился больше, когда в один прекрасный день она неожиданно объявилась в доме Чарлза во Флориде. Он распахнул входную дверь, одетый лишь в заляпанные чернилами белые шорты.
Последовала долгая пауза. Дебби почувствовала, что кто-то должен нарушить тягостное молчание.
— П-привет, — немного нервно произнесла она.
Теперь Чарлз знал о ней гораздо больше — он попросил своего приятеля, частного детектива, который изредка консультировал его, узнать все про Дебору Росс. К своему изумлению, Чарли оказался совершенно не готов принять, что эта суперманекенщица с вызывающим взглядом серо-голубых глаз и та скромная девушка, с которой он познакомился в Касабланке, — одно и то же лицо.
Привет, — протянул Чарлз. — Так все-таки, мисс Росс, почему ты не сказала, что являешься всемирно известной манекенщицей?
А кто скрыл, что является самым плодовитым писателем?
Чарлз задумчиво провел рукой по ежику волос. Дебби задумалась, собирается ли он пригласить ее войти в дом.
— Тогда в самом деле мы квиты! — произнес он.
Дебора тряхнула головой. Ее волосы были гладко уложены на прямой пробор, и ни одна прядка не выбивалась из прически.
— Согласна.
Ее губы дрогнули, щеки залила краска. Дебби поняла, что безумно соскучилась по Чарли.
— Ты не собираешься предложить мне войти? — спросила она с неожиданным спокойствием.
— Только в том случае, если ты отдаешь себеотчет: переступив порог этого дома, ты неизбежно рано или поздно окажешься в моей постели. И, возможно, это произойдет в течение часа — едва ли, у меня хватит сил сдерживаться дольше.
Если бы это сказал кто-либо другой, в следующий миг Деборы бы и след простыл, но когда это произнес Чарли… возможно, он просто облек в слова то, о чем она мечтала, на что втайне надеялась… Ей хотелось даже большего, чем одна ночь или один день с Честерфилдом. Инстинкт подсказывал, что залезть к нему в постель прямо сейчас будет не самым ее умным поступком. Она подняла томный и взгляд своих серых глаз и улыбнулась, впервые в жизни благодарная профессиональной неотразимости своей улыбки.
— Что ж, в таком случае, — промурлыкала Дебора, — тебе, пожалуй, лучше одеться. Когда оденешься, можешь отвезти меня на ленч. Я буду ждать в машине. — С этими словами она повернулась и направилась к автомобилю.
Чарлз смутился.
За ленчем он вел себя, точно студент на экзамене. Руки тряслись, нож все время соскакивал с мяса. Так сильно он хотел Дебору.
Чарлз привел ее в элитный ресторан, желая произвести впечатление, но сейчас проклинал себя за очередную глупость. У столика постоянно останавливались знакомые, чтобы поздороваться. Вместо этого он предпочел бы побыть с девушкой наедине.
Наконец они встали из-за стола, не обращая внимания на косые взгляды посетителей ресторана, открыто разглядывающих представительную пару.
— Я подвезу тебя, — пробормотал Чарлз, тщетно стараясь говорить бодро. — Где ты остановилась?
Дебора подняла на него изумленный взгляд. Она желала его так страстно, что весь перелет внутренне готовилась к встрече и не собиралась сразу же расставаться.
— Но мне казалось, что я остановлюсь у тебя. Во всяком случае, у меня сложилось впечатление, что я летела именно к тебе. Или я ошибаюсь?
Он улыбнулся божественной улыбкой, от которой душа Дебби возликовала.
— Тогда иди ко мне, — прошептал Чарлз и заключил ее в объятия…
Дебора вернулась к реальности и поняла, что разглядывает гостя нескрываемым интересом, склонив голову.
Чарлз, в свою очередь, решил, что длинные волосы делают девушку еще более хрупкой, а заострившиеся черты лица заставляют глаза казаться огромными, такими огромными, что и них можно запросто утонуть.
— Ты витала где-то за тысячи миль отсюда, — заметил он.
Ты тоже.
Да, — сказал Честерфилд тихо.
Вот как?
Я вспоминал, как мы познакомились…
— В Касабланке? — От волнения Дебора слегка заикалась.
Чарлз усмехнулся, в упор посмотрев на Дебби.
— Или мне изменяет память и мы познакомились в другом месте?
Дебора вскочила. Она терпеть не могла, когда Честерфилд начинал подтрунивать над ней, это заставляло ее чувствовать себя маленькой и несчастной. И надо же, он заговорил, и именно сейчас, когда она собиралась рассказать ему про Питера!
Она уставилась на циферблат часов, точно на таймер адской машины, но, к счастью, Чарлз в этот момент не видел ее лица. Спустя несколько секунд, она набралась храбрости, чтобы выяснить, почему все-таки Честерфилд принял ее приглашение.
— Почему ты согласился приехать сегодня, — спросила Дебора.
3
— Мне кажется, я уже сказал почему, дорогая, — мягко заметил Чарлз. — Я был заинтригован
Дебора нетерпеливо вздохнула.
Тогда позволь, я спрошу по-другому, что, по твоему мнению, должно было произойти после твоего приезда сюда? Еще одна ночь «сногсшибательной любви», как ты изволил выразиться?
Во всяком случае, ты тогда не осталась в претензии.
Не пытайся передергивать мои слова…
Я и не пытаюсь, — взорвался Чарлз, — но я солгу, если буду утверждать, что по сей день не хочу тебя, Дебби…
Она закрыла глаза, в отчаянии еще раз осознав, что, несмотря на то, что между ними произошло, она отчаянно хочет этого мужчину.
Чарлз со вздохом поднялся и подошел к ней так близко, что Дебора могла слышать его дыхание. Он долго смотрел на нее, затем внезапно протянул руку, нащупал заколку, скрепляющую ее прическу, и медленно расстегнул ее. Пепельные пряди волос обрушились водопадом, как у красавиц с полотен Тициана. Дебора услышала восхищенный вздох и заметила, как глаза Чарлза потемнели от охватившего его желания.
— Ты такая соблазнительная, Дебби, — с придыханием сказал он. — С длинными волосами, словно Даная.
Дебби прекрасно знала этот тон, знала, что он означает. Чарли хотел ее, в его голосе открыто звучала страсть. Но она знала также и то, что он за считанные секунды мог перейти от безразличия к вожделению и наоборот.
