— Что с тобой, дорогая? Ты плачешь?
Она отвернулась.
— Ничего, — сдерживаясь, пробормотала Дебби.
Чарли нежно, но настойчиво повернул ее голову лицом к себе и посмотрел прямо в глаза.
Нет, что-то случилось, я же вижу, — возразил он. — Так почему же ты плачешь?
Ты будешь смеяться…
Он покачал головой, выражая готовность выслушать все.
— Нет, не буду. Поверь мне, никогда в жизни я не был так далек от смеха, как в эти минуты.
Не означает ли это, что происходящее не приносит Чарли удовольствия? Эта мысль почти заставила Дебби позабыть про свои нервы. Неужели он сейчас остановится?
Скажи мне, дорогая, — нежно настаивал Чарли. — Пожалуйста.
Это так глупо…
Позволь мне судить.
Ну просто у меня такое чувство, как будто все это происходит впервые, — беспомощно призналась она, злясь, что раскрывает свои самые тайные мысли и страхи. — Во всяком случае, для меня! — защищаясь, закончила Дебби.
— И для меня тоже, — ласково произнес он, не сводя с нее внимательного взгляда.
Она покачала головой, не веря ему.
Ты просто это говоришь, чтобы успокоить меня. У тебя было так много женщин, что наверняка ты не помнишь, как это было в первый раз со мной.
Помню, — нахмурившись, твердо ответил Чарлз. — Дорогая моя девочка, у тебя всегда было чересчур живое воображение, в особенности если это касалось моей сексуальной жизни.
Но ты не отрицаешь…
Что кроме тебя у меня были другие женщины? Разумеется, нет. Я никогда этого Не отрицал. Милая, мне же пятьдесят лет. Но реальность намного прозаичней, чем тебе кажется. Или ты полагаешь, что каждая женщина заставляет меня позабыть про все на свете, как это делаешь ты? Ну? Ты это хотела услышать?
Дебби жалобно всхлипнула. Прямота его ответа дала ей понять, что в постели она по крайней мере предпочтительней для него, нежели все прочие пассии.
Да, наверное, это.
И уж позволь заметить, что я не несу ответственности за бесконечный список моих побед, который возник у тебя в голове. Ты понимаешь это? — нежно поинтересовался он.
Тут Дебби ощутила, что не может говорить от переполняющих ее чувств, и слегка кивнула.
— Тогда… — Чарли поцеловал ее в кончик носа. — Мы сейчас переходим к нашим традиционным выяснениям отношений или занимаемся любовью?
Дебби моргнула, смахивая слезы с ресниц. Она не собиралась лишать себя удовольствия.
— Мы занимаемся любовью, — сказала она.
— Уф, слава богу!
Неужели его прищуренные темно-синие глаза радостно вспыхнули? В следующий момент Дебби отбросила все страхи. Она желала любви, как никогда ранее, ей требовалось заполнить сосущую пустоту внутри.
А потом?
Это неважно. Она справится с болью, если прежде отведает удовольствия.
— Чарли… — позвала она.
— Шшш. — Он снова обнял Дебору, но вместо того, чтобы полностью раздеть ее, как она ожидала, прижал ее голову к своей груди и начал поглаживать распущенные волосы в почти забытой ею ласковой манере.
Это действовало одновременно успокаивающе и возбуждающе.
— Тебе не кажется немного странным? — спросила она.
Что? Вновь заключить тебя в объятия?
Ты гладишь мои волосы…
Да, — прошептал Чарли. — Теперь я могу запеленать тебя ими. — Он перекинул ее волосы со спины. Они закрыли всю грудь. — Боже, как ты хороша!
Правда? — Дебби была благодарна за комплимент.
Ты должна ходить с распущенными волосами. — Чарли принялся перебирать пряди, потом закрутил их жгутом и начал ласково водить по груди.
Желание вспыхнуло в Дебби с новой силой, но он был верен себе — сознательно не торопился, распаляя ее все больше.
Чарли был хорош в постели, хотя Дебби не имела возможности сравнить его с кем-либо. И все же инстинкт говорил ей, что он идеальный любовник.
Дебби не знала, как долго они так лежали, но почувствовала в какой-то миг, что хочет от него более активных действий, чем поглаживание волос, — хоть последнее и доставляло немалое удовольствие. Она испытующе взглянула на него, но Чарли не откликнулся на ее приглашение. Дебби приподняла голову и начала целовать его шею и подбородок, не обращая внимания на пробившуюся жесткую щетину.
— Тебе следует побриться, — заметила она.
Я брился, перед тем как поехать сюда. И не капризничай. Тебе ведь нравится, когда я слегка небрит, не так ли? Твоя мягкая женственность так контрастирует с моей…
…Твердой мужественностью? — прервала она, указывая на вздыбившийся под брюками член.
— Дебби! — выдохнул он.
— Что?
Чарли решил, что достаточно сдерживался, поэтому он сел на кровать, снял водолазку и не глядя швырнул ее на пол, предоставив женщине любоваться его прекрасным мускулистым торсом.
Теперь пришел черед Дебби задохнуться от удивления. Тело бывшего любовника стало еще более мускулистым и… После полуторагодовой разлуки его тело выглядело, кажется, даже более молодым, чем ей помнилось. Дебби невольно задалась вопросом, почему она не боролась за него, почему рассталась с такой легкостью.
Чарли самодовольно улыбнулся, видя ее реакцию, затем взглянул на платье.
— Сними его, — попросил он.
Дебби нервно сглотнула. Она почти не могла координировать движения. Казалось, позабыла даже, как дышать. Неужели она сумеет самостоятельно снять платье? Она покачала головой.
— Нет!
— Нет? — переспросил Чарли. — Ты хочешь, чтобы это сделал я?
Ее глаза вспыхнули серо-голубым пламенем.
— Черт тебя побери, ты прекрасно понимаешь, что именно этого я и хочу!
Он рассмеялся и, сдернув с нее платье, небрежно бросил его на пол.
— Оно стоило кучу денег! — возмутилась Дебби.
Чарли пожал плечами.
— Ты просто напрасно соришь деньгами, дорогая. С такой фигурой, как у тебя, нужно носить как можно меньше одежды. Примерно столько, сколько на тебе сейчас. — Он прищурился, разглядывая ее обнаженное тело. — Боже мой, дорогая, — выдохнул он. Дебору поразила неуверенность в его голосе. — Что бы ты с собой ни сделала, мне это нравится. Очень правится.
Интересно, что бы ты сказал, подумала она, закрывая глаза, чтобы тщательней скрыть свою тайну, заяви я, что родила от тебя? Что причина изменения моей фигуры — ребенок? Твой ребенок.
Правда? — пробормотала она.
У-гм…
Дебби различила странные, незнакомые потки в голосе Чарли и открыла глаза, уставившись на него.
— Что случилось, дорогая? — нежно поинтересовался он, точно так же, как обращался к ней в первые дни их романа. Тогда Дебби была уверена, что он любит ее, и не представляла, что сплетни и ревность могут разрушить их отношения. — Скажи мне, — настаивал он.
