объяснять! Прости, но мы и так опаздываем с доставкой! Просто двигай сразу в таверну! Если возникнут трудности, скажи, что от меня!
— Хорошо, удачной дороги, — киваю я, и караван отправляется дальше по улице. Причём, весьма спешно, словно за ним ведётся погоня, или они спасаются от чего-то.
К чему бы это? Да ещё и это предупреждение о том, чтобы я сразу направился в таверну. Может, в Гамбурге действует комендантский час? Или есть какие-то другие правила?
Практически до полного исчезновения каравана из виду я не свожу взгляда с запряжённых страусов.
Интересный выбор ездовых животных, ничего не скажешь… По словам Бочкарёва, Пятиморью не особо повезло с фауной. Привычных нам вьючных животных обнаружено не было, поэтому местным пришлось адаптироваться.
И их выбор пал на страусов — выносливых и мощных птиц. Со средним уровнем в пределах двадцати-двадцати пяти они стали отличным подспорьем для экономики островов.
Правда, морские путешествия эти пернатые переносили из рук вон плохо, поэтому полноценной кавалерии в Пятиморье почти не существовало. Попросту нет смысла её использовать.
Впрочем, сейчас не об этом. Бочкарёв подсказал мне таверну, где я, возможно, смогу найти судно до Мадрида. Не понимаю, чем вызвана его спешка, но игнорировать совет старика не собираюсь. За время нашей поездки он проявил себя как весьма доброжелательный человек.
Шагая по узкой улочке, я с интересом рассматриваю Гамбург и его повседневную жизнь. Отличается ли она от быта спартанцев? Пожалуй, не сказать что кардинально. Такие же торговые ряды, такие же зазывалы-торговцы, такое же скопление игроков, разве что местные развлечения имеют свою специфику.
Двух- и трёхэтажные домики всевозможных расцветок выходят фасадами на улицу, между ними натянуты верёвки, на которых сушится бельё или покачиваются разнообразные вывески. В целом, всё напоминает типичное европейское поселение эпохи Ренессанса.
— Дамы и господа, скоро начнётся новый раунд городских гонок! Делайте ваши ставки! Кто сегодня станет чемпионом переулков⁈ «Синий рокот» или «Алый болид»⁈ — орёт организатор тотализатора, вокруг которого вьются азартные игроки.
— А что за гонки? — спрашиваю у ближайшего прохожего. Тот с недоумением смотрит на меня.
— Не местный, что ли?
— Ага.
— Оно и видно, — кивает мужчина. — Что до гонок… Сейчас сам всё увидишь. Только смотри, не попадись никому под ноги.
Не говоря больше ни слова, он устремляется к букмекерам, чтобы сделать новую ставку, а мне остаётся лишь озадаченно покачать головой. Гонки? В черте города? В мире Системы? Местные, однако, те ещё выдумщики!
На чём они собираются тут разъезжать? На каретах? Или колесницах? По таким узким улочкам? Весьма сомнительно!
Однако единственный крик мгновенно заставляет местных сорваться с места.
— Гонка началась! — раздаётся откуда-то сверху, и торговая улица словно по щелчку пальцев оживает. Торговцы хватают скатерти с разложенным товаром, закидывают их на плечи и устремляются в переулки. Точно так же поступают и покупатели. Многочисленные ставни и балкончики домов распахиваются, из них высовываются любопытные головы.
За несколько секунд улица практически опустела. Даже я, не понимая происходящего, следую за толпой.
И вскоре я узнаю причину этого массового бегства. С оглушительным улюлюканьем, свистом и подбадривающими криками всадников на улочку вылетают… разукрашенные в ярко-красный цвет страусы!
Всем известно, что страус в среднем может разгоняться до 40–50 километров в час, верно? А теперь представьте прокачанных страусов мира Системы! Даже 100 км/ч не кажутся чем-то невозможным! Именно на такой скорости эти птицы проносятся мимо нас под бурные овации толпы.
Первый гонщик, второй, третий… и так до десятого.
Лишь когда они скрываются из виду, жители Гамбурга вновь выходят на улицу.
— Теперь понятно, почему местных так тянет в море, — усмехаюсь я. — С такими развлечениями прямо в городе я бы тоже чувствовал себя в безопасности только на палубе корабля!
* * *
Побродив по полису ещё некоторое время, я, наконец, добираюсь до указанной таверны, где и навожу справки о судах в порту.
— Корабль до Мадрида? — переспрашивает владелец заведения. — Сомневаюсь, что ближайший прибудет в течение месяца.
— Что за странное расписание у вас тут, — вздыхаю я.
— Какое есть, — пожимает плечами мужчина. — Слышал, в столице сейчас творится что-то неладное. Вот Агентство и изменило график. Явно пытаются на Совет давление оказать или ещё что-то в этом роде. Так или иначе, мы ничего с этим поделать не можем. Всё же мы — птицы невысокого полёта.
— И что, нет никакого другого способа добраться до столицы? — тут я вспоминаю слова старика и добавляю: — Бочкарёв рекомендовал мне именно к вам обратиться с этим вопросом.
Глаза владельца настороженно сужаются. Он воровато оглядывается по сторонам, но, никого не обнаружив, жестом подзывает меня поближе.
— Вообще-то, если тебе действительно очень нужно на главный остров, вчера в порт зашёл корабль контрабандистов.
— И что? Они возьмут меня на борт?
— Маловероятно, — вздыхает хозяин таверны. — Однако какой-никакой шанс есть. У них довольно высокая текучка кадров, и они нередко берут людей на временной основе. Раз ты от Бочкарёва, могу замолвить за тебя словечко.
Конечно, это не то, на что я рассчитывал, но всё же лучше, чем ничего. Неспроста я встретился с Бочкарёвым и его отрядом. У старика явно имеются определённые связи.
— Когда я смогу получить ответ?
— Завтра утром.
— В таком случае, сниму комнату на ночь, — решаю я остановиться здесь. Горстка монет в виде Е-баллов оказывается на столешнице, и мужчина довольно их сгребает.
— Без проблем, как раз последняя осталась, — с улыбкой протягивает мне дощечку с ключом. Я уже направляюсь на второй этаж по скрипучей лестнице, чтобы отдохнуть с дороги, как вдруг двери заведения с грохотом распахиваются, и внутрь вваливается тройка подвыпивших матросов.
— Эй, хозяин, нам бы комнату на ночку-другую! — заявляет явный лидер этой компании, жадно присасываясь к горлышку бутылки с чем-то явно алкогольным.
— Комнат больше нет. Молодой человек только что занял последнюю, — указывает на меня мужчина.
Ушлый тип. Сразу переложил все проблемы на мои плечи.
— Эй, мужик, давай-ка ты освободишь мне комнатушку, а я так уж и быть не стану чистить тебе рожу! — тычет в меня пальцем матрос, на что я никак не реагирую.
— Отказываюсь.
— Чё ты там вякнул⁈ — не на шутку распаляется пьяница, направляясь к лестнице, на которой я стою. — Ты хоть знаешь, кто я⁈
— Неа.
—
