за партой рядом с Клариссой было не занято, Марсель попросил разрешения сесть с ней.
На перемене они стояли возле окна.
– Ты приехал из Франции? – спросила девушка. – У тебя совсем нет акцента!
– Я родился в России, моя мать русская, а отец француз. Он каскадёр, работает во Франции, к нам прилетает пару раз в месяц или между перерывами в съёмках. – Марсель повёл плечом. – Раньше мы жили под Москвой. Но пришлось переехать, брат матери травмировал ногу при строительстве сарая, а у него малолетние дочери-близняшки. За ним и девочками нужен уход. А у него ещё огромное хозяйство, хутор, домашний скот!
Кларисса кивнула.
– Так вот откуда лошадь.
– Кобылку зовут Стрела. Дядя Ильдар научил меня держаться в седле, теперь я и дня не могу прожить без прогулок верхом. – Он широко улыбнулся. – Я всё болтаю, а ты о себе совсем ничего не рассказала!
Девушка улыбнулась в ответ.
– Мои родители геологи, дома их почти не бывает, я живу с бабушкой и её сестрой. – Она смущённо потупилась. – А больше мне и рассказать нечего.
– Не может быть! А ты здесь родилась и всегда жила, ходила в эту школу?
– Да, я тут родилась, но последние четыре года жила в Мурманске, где родители работали в геологическом бюро. А потом они уехали в арктическую морскую экспедицию, а я вернулась в родной город.
Прозвенел звонок, но весь урок Кларисса ловила на себе заворожённый взгляд Марселя, и у неё приятно ныло сердце, а к щекам приливал жар.
После уроков она потеряла из вида своего нового соседа по парте и уже было хотела идти домой, как увидела из окна потасовку на школьном дворе.
Марселя окружили парни из параллельного класса и толкали новенького друг к другу. В одном из обидчиков Кларисса безошибочно угадала своего нерадивого ученика. Хоть он и стоял спиной, но эту горделивую осанку она бы узнала даже с самого дальнего расстояния.
Девушка поспешно накинула пальто и выбежала из школы.
– Оставьте его! – крикнула Кларисса.
Оскар обернулся и, заметив её, насмешливо бросил:
– Шагайте мимо, леди, а то как бы не задело!
– Отпусти его, ты… ты хулиган!
– Хулиган? – повторил Оскар, точно пробуя на вкус это слово, и посмотрел на друзей: – Слыхали?
Все трое засмеялись.
– Не беспокойся, Кларисса, они ничего мне не сделают, – спокойно сказал Марсель.
Оскар передразнил:
– Не беспокойся, Кларисса… ути-пути… действительно, – обжёг он её взглядом голубых глаз, – не беспокойся, мы вернём его тебе, немного помятым, но живым, обещаю.
О, как злил её этот самонадеянный мальчишка!
Оскар шагнул к Марселю и дал ему лёгкую пощёчину.
– У нас с тобой есть незаконченное дело, урод!
Марсель встал в стойку, подняв кулаки на уровне лица. Оскар лишь рассмеялся, сделал незаметный знак одному из своих высоченных друзей. Тот подошёл к Марселю сзади и ударил под колени ногой. От неожиданности Марсель упал, в этот момент Оскар схватил его за волосы и ударил лицом о своё колено.
– Упс, аккуратнее, дружище, смотри, куда падаешь. Так же можно покалечиться, – ухмыльнулся он.
Кларисса вскрикнула:
– Трус! Вы трусы, втроём на одного! – и ринулась вперёд, но светловолосый, коротко стриженный парень ухватил её за пояс и удержал.
– Куда лезешь, дурочка? Ос девочек не бьёт.
А его высоченный приятель подхватил:
– Но для тебя может сделать исключение!
– Вы жалкие трусы! – повторила она.
Продолжая удерживать Марселя за волосы, Оскар поглядел на Клариссу:
– Очнись, рыцари давно перевелись. И дуэли нынче не в моде.
Он ещё раз треснул Марселя об своё колено и, отшвырнув, сказал:
– Я с ним закончил.
Когда они ушли, вернее укатили на своей развалюхе, Кларисса подбежала к Марселю, помогла ему отряхнуться и дала платок, чтобы промокнуть кровь на губе.
– Может, в медпункт?
Он покачал головой. Они молча двинулись со школьного двора. Девушке было так обидно за него.
– А почему ты не сопротивлялся? – осторожно спросила Кларисса, понимая, что может оскорбить его. Но никак у неё не укладывалось в голове, что он так легко позволил себя поколотить. Ведь летом, когда отбил её от собаки, Марсель показался ей рыцарем без страха и упрёка.
Он покосился на неё и негромко сказал:
– Моей маме сейчас нелегко, столько на неё навалилось, ей некогда ходить в школу улаживать мои проблемы. Если в мой первый день в школе ей позвонят и скажут, что я подрался, она очень расстроится. Я знал, что Оскар мелко отомстит и они быстро отвяжутся, так и случилось.
Кларисса коснулась его локтя.
– Ты достойно держался. А они – бессовестные люди!
Марсель вздохнул.
– Мне жаль, что ты стала свидетельницей этой неприятной сцены. – Он помолчал, а затем спросил: – Можно пригласить тебя куда-нибудь?
– А куда? – бесхитростно уточнила она.
Он пожал плечами.
– Давай придумаем? – Марсель отнял от губы платок и замешкался, отдать его или оставить.
Кларисса поспешно сказала:
– Оставь. Потом вернёшь.
Он прижал платок к губам и тихо признался:
– Мне хотелось бы оставить его на память.
Девушка не сумела сдержать улыбку.
– Он твой.
Кажется, пророчество тёти Леониды сбывалось…
Глава 3. Заячьи проблемы
В вечернем небе мерцали разноцветные огоньки – это светились лампочки на детской карусели. Сладко пахло попкорном и сахарной ватой. Из колонок лились весёлые песни из детских кинофильмов.
Марсель с Клариссой гуляли по аллейкам парка аттракционов. Беседа плавно перетекала с одной темы на другую: без напряжённых пауз, неловких смешков и стеснения, присущего первым свиданиям. Его спутница с лёгкостью поддерживала разговор. Она знала о лошадях, о постмодернизме и гонках «Формулы-1», о Моцарте с Бахом, вулканах Камчатки, о моде, о том, с каким счётом сыграли вчера «Спартак» и «Манчестер Сити», и ещё о многом другом.
На девушке было тонкое кремовое пальто до колен, из-под которого виднелась кружевная юбка фисташкового цвета. На ногах в тон пальто сапожки на каблуке. На шее зелёный шарфик, волосы заплетены в аккуратную косу, а на голове белый вязаный берет. Кларисса выглядела необыкновенно женственно и привлекательно.
Молодой человек подвёл её к палатке тира и спросил:
– Сыграем?
– Я не умею стрелять, – призналась она. И так смутилась, словно была обязана уметь.
– Тебе это и не нужно, – улыбнулся Марсель. Ему сразу стало уютно рядом с ней. Ещё увидев её в первый раз летом, смиренно стоящую возле напавшей на неё собаки, он понял: эта девушка особенная. И не ошибся. Кларисса Маршал являла собой тот тип девушек, которые давно перевелись. Она напоминала прелестную барышню прошлых веков. Её скромность, острый ум, спокойствие, грация и рассудительность возвышали её над сверстницами
