Почему от двух жёнушек? Да по той же самой причине, говорящей о том, что моё мнение никого не колышет, как сейчас получается, исходя из жизненной практики.
– К-хм, – я предсказуемо поперхнулся. – Конечно нет, какие у нас с невестами тут секреты? – я пожал плечами. – Может крепчайшего, а? – я с мольбой глянул на шайку пьяненьких, полуголых, и единично одетых, дамочек.
– Хорошая мысль, – Ксения согласно кивнула, выразив единым ответом общий настрой всех девчат. – Дорогуши, а пойдёмте-ка все за стол!
Первая из невест моментально затеяла руководство процессом, на правах будущей старшей жены, как мне кажется, и исходя из очерёдности присвоений официального статуса. Она же первая из невест, как не крути.
Девушки вылезли из огромной кровати, не утруждая себя стеснительными жеманствами, сами нашли ещё пару кресел и элегантно расселись вокруг столика. Началась суета с наполнением тары крепчайшем и быстро закончилась.
В результате передислокации дамочек, у нас получилась чинное застолье. Достаточно сдобренное уютом, как и эстетически прекрасными видами на… М-да…
Ну никак я не могу игнорировать ладные девичьи фигурки, так соблазнительно выглядящие в тёплом свете мерцания магических свечей. Да и никто не сможет из нормальных парней.
Поэтому, я беспардонно ими любуюсь, наслаждаясь в душе мимолётными проблесками самых тонких, интимных деталей их тел.
– Тост! – громогласно произнесла вводную Ксения и подняла высоко вверх свой фужер.
– Давно пора, – ей вторила Скарлет.
– Как хорошо посиделки затеялись, ура-у-ра-а, – Княгиня среагировала на доброе начало застолья негромким кличем победы.
– За Элеонору, и за её вопросы к нашему Феликсу! – Пожарская завершила вступление упомянутым тостом.
Мы ударились фужерами, поднятыми над столом, и залпом, до дна осушили все свои ёмкости.
Но тут до меня постепенно дошла странная нота в поведении девушек. Дамочки, как-бы, не сильно-то и удивлены появлению бойкой Княгини в моих апартаментах в разгаре ночи.
А вот качественно домыслить сей казус я не успел, по вполне объективной причине неумолимого продолжения хода застольного разговора.
Ну, а мои дорогие невесты и гостья, напротив, все враз оживились. Ксения и Скарлет одарили Элеонору знаками неприкрытой поддержки в каком-то там смелом начинании.
Я приготовился к любому продолжению, и даже к худшему варианту из возможных развитий ночного застолья, предварительно опрокинув в себя очередной объёмный фужер.
– Итак, Элеонора, я тебя внимательно слушаю, – я, как и внешне, так и характерной мимикой, подчеркнул решимость с готовностью к очередным сногсшибательным казусам. – Говори, будь столь любезна…
Глава 3. Неожиданная развязка. А развязка ли?
Пока Элеонора Врангель готовится к речи, активно употребляя крепкое с моими невестами, я враз осознал всю тяжесть своего поспешного решения. А решение это, напрямую связано с гостиницей господина Марка. Точнее, с её выбором в качестве остановки в городе.
Мне до зубовного скрежета стала ясна вся хреновость одной единственной идеи, как и роковая ошибка её воплощения. И заключается вся эта хрень, в глупом решении поселиться в той самой гостинице, и в том самом номере, известными всем заинтересованным господам, в качестве моих персональных апартаментов, при пребывании в Верхнем Ляпине.
Ведь измени я адрес постоя, то ничего этого не случилось бы. Я имею ввиду свою радикальную реакцию на ночные визиты кого бы то ни было. И логика всех моих действий абсолютно проста. Ведь получается как?
А получается следующий расклад по существу сего вопроса, глазами провидения или скрытых возможностей аналитического суждения мозга.
Что думает разум, всецело контролирующий рефлексы? А всё логично и просто!
Вселившись сюда, мой внутренний голос сработал на автомате, и пояснил сам себе то, что место моего положения известно вражинам. Ведь, по сути, злодеям, выморачивающим моё имущество, и не нужно знать, кто конкретно вселился в гостиничный номер, а важен лишь сам факт вселения. Почему?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Потому, что сей номер закреплен за мной на постоянной основе, как и всё крыло этажа. Раз кто-то вселился сюда, то это и есть Феликс Игоревич. И не важно, что он покинул сей мир. Вдруг какая-то реинкарнация с Рюриком приключилась, и он снова жив.
Супостаты, жадные до чужого добра, запросто нанимают убийц, и ставят им незамысловатую задачу по ликвидации всех и вся, находящихся в известных апартаментах гостиницы Марка.
Именно так и сработал мой мозг, дав команду всему организму защищать свою целостность, сопоставимой с названием жизнь, не особо ограничиваясь в выборе вариантов этой самой защиты.
Так и весь результат, получившийся в результате ночно…
– Феликс, а Феликс? – голос старшей невесты Ксении вероломно выхватил моё сознание из сеанса аналитических размышлений.
– А? Что? – я завертел головой, словно только-только очнулся, и не понимаю, где нахожусь, что отчасти является правдой, если так-то.
– Я говорю, э-ээ, то есть, сейчас я уже спрашиваю, ты нас слушаешь, или что? – Пожарская строго нахмурилась, и нервно забарабанила пальцами по столешнице.
– Ой, девчата, Феликс у нас такой интересный, – на выручку с объяснениями моего состояния подоспела Княгиня Врангель. – Когда куда-то уходит, то частенько забывает тело на месте, и имеет привычку никого не предупреждать о своём уходе! Хе-хе-х! – она тихонечко хохотнула, прикрыв рот кулачком.
– Феликс, а ты можешь оставаться с нами этой прекрасной ночью, и не покидать без уважительной причины? – Баронесса Скарлет наставительно озвучила правомерную просьбу трио девчат, а сама улыбнулась, по достоинству оценив шутливое высказывание Княгини, о моих спонтанных сеансах мыслительной медитации.
– Или никого не предупредив, – её тут же дополнила улыбающаяся Элеонора, а ещё отчего-то смущённая, судя по специфическому взгляду и проявившейся красноте на лице.
– Мы, кстати, все вместе здесь обсуждаем серьёзнейшие, и жизненно важные вопросы! – Ксения подхватила эстафету высказываний, и для пущей наглядности обвела взмахом руки пространство спальни и девушек. – Будь уж любезен, тоже поучаствуй. Или мы с девчатами просто возьмём, да и примем за тебя все решения. И что ты тогда станешь делать? Так и останешься сиднем сидеть в полном неведении о темах совместного обсуждения, и о принятых решениях. Останется только локти кусать! – Пожарская завершила свой укоряющий спич, и девушки дружно приняли по очередной порции крепенького.
– Ну-ну, будто меня и впрямь кто-то спрашивал, хоть разок, – беззлобно парировал я их совместную критику, прозвучавшую в мой адрес. – Девчат, а чего важного я нечаянно пропустил? И простите меня великодушно, даю слово – исправлюсь! – я посчитал мудрым сдаться на милость, и закруглить сеанс взаимного пререкания.
– Знаю-знаю, исправишься и обязательно, – Ксения подозрительно покладисто поддержала меня. – А тема у нас о… Элеонора, давай-ка сама, не таись, – моя старшая из невест хитро улыбнулась и подмигнула Княгине.
– А чего тут таиться-то? – встрепенулась ответчица и враз изменилась, преобразив расслабленную осанку в аристократическую, как и положено Великим Княгиням. – Сейчас всё и скажу.
– Да ты что, дорогая моя, поди не на официальном приёме находишься, а в кругу добрых друзей, – к напрягшейся Элеоноре обратилась наша Сибирская Амазонка, и ласково приобняла за плечи свою напряжённую подругу. – Ну-ну, чего ты разнервничалась на ровном-то месте, а? Не стоит, право слово, не стоит, – Баронесса завершила свою короткую речь очень ласково и проникновенно.
Я счёл уместным её своевременное обращение, так как начал слегка нервничать от неожиданной перемены образа всегда жизнерадостной Княгини.
По существу, я откровенно поразился проявлению у Элеоноры невиданного официоза, и сугубо аристократических манер поведения.
И нет ничего удивительно в том, что я не на шутку забеспокоился за подругу, а в первую очередь, за очень хорошую девушку. Я даже в лице изменился, судя по своим ощущениям, и по реакции на меня остальных двоих девушек, исключая, итак, взбудораженную Элеонору.
