для того, чтобы переться на футбольный матч?
– Просто подумай об этом, – настаивает Алекс. – Тебе не нужно ничего решать именно сегодня. Посмотрим, как ты себя будешь чувствовать в пятницу вечером.
Мне до спазмов в животе невыносимо смотреть, насколько терпелив Алекс к выкрутасам Рива. На его месте я бы давно послала Рива к черту.
С сожалением покачивая головой, Дерек говорит:
– Черт, приятель, не могу поверить, что такое с тобой случилось. Я-то надеялся, что следующей осенью буду смотреть по ESPN[1], как ты зарабатываешь тачдаун.
Рив сует в рот полную вилку салата и, с трудом пережевывая, отвечает:
– Еще увидишь. Не надо сбрасывать меня со счетов.
– Да, Дерек, – говорит Ренни, сверля его глазами, – отныне здесь не место для негативных эмоций. Только позитивное мышление!
Рив отодвигается от стола и поднимается на костыли.
– Ты куда? – спрашивает его Ренни.
– В туалет.
Он ковыляет прочь, а Ренни смотрит ему вслед ястребиным взглядом, готовая при малейшей необходимости броситься к нему на помощь. После того как Рив скрывается из виду, она оглядывается по сторонам, убеждается, что ее никто не подслушивает, и говорит Эш:
– Он так мужественно себя вел! Чуть ли не плакал в моих объятиях, когда узнал, что колледж в Алабаме от него отказался. Он так на него надеялся, умолял тренеров разрешить ему посидеть на скамье запасных в первый сезон! – Она прикрывает глаза и касается щек. – Они считают, что он не сможет вернуться в былую форму. Не могу дождаться, когда он докажет этим идиотам, как они ошибались! – Ренни делает глоток содовой. – Конечно, после всего, что случилось, он может и не попасть в школу первого дивизиона, но любой из колледжей второго и третьего будет счастлив видеть его в своей команде.
– Ты снова ночевала у него дома? – шепчет Эш.
Снова? Неужели она проводит ночи у него дома? Я охотно допускаю, что Пейдж разрешила бы ей остаться в доме у мальчика, но родители Рива всегда казались мне очень консервативными. Они каждое воскресенье ходят в церковь, а Рив даже называет своего отца «сэр».
– Я единственная, кто помогает ему держаться в такой момент, – пригладив волосы, отвечает Ренни.
– Так вы наконец ОП? – спрашивает у нее Эш.
– А что означает это ОП? – вслух интересуюсь я.
– Официальная пара, – отвечает Ренни, закатывая глаза, как будто я круглая идиотка. При этом она на меня даже не смотрит. – Нет. Пока мы этого не сделали, ему не до того. Я просто хочу быть рядом. Это все, что ему нужно в настоящий момент. – Ренни встает и начинает собирать вещи. – Я буду ухаживать за ним. – Она наклоняется и чмокает Эш в щеку. – Пока, Эш, пока, Пи-Джей, пока, Дерек.
Даже не взглянув на меня, она удаляется. Похоже, никто так и не заметил, что она попрощалась со всеми, кроме меня.
Это началось сразу после осеннего бала, и с каждым днем становилось все хуже. Я уверена, что Ренни на меня злится. Да что там злится, просто ненавидит.
Как только дверь за ней закрылась, я задаю Эш вопрос:
– Ренни что-нибудь говорила обо мне?
Эшлин ерзает на стуле, старательно избегая моего взгляда.
– Что ты имеешь в виду?
– После осеннего бала она ведет себя как самая настоящая стерва. Это из-за того, что меня выбрали королевой бала, а не ее? – Прикусываю нижнюю губу. – Да отдам я ей эту дурацкую корону, если она ей так нужна.
Эш в конце концов поднимает на меня взгляд.
– Лил, дело не в этом. Ты поцеловала Рива прямо на сцене.
У меня отвалилась челюсть.
– Эш, я была против! Он меня просто принудил. Сама знаешь, он мне даже не нравится! И кстати, с чего это она злится на меня, а не на Рива?
Эш сочувственно пожимает плечами.
– Он ее первая любовь. Он ее Риви. Она готова простить ему все что угодно.
– Но это несправедливо, – шепчу я.
– Попроси у нее прощения, – советует мне Эшлин. – Скажи, что Рив тебя никогда не интересовал.
Я хмурюсь и плюхаюсь на стул.
– Может, стоит попробовать, хотя сомневаюсь, что это поможет.
– Это мысль, – говорю я, – попытаюсь.
Глава третья. Мэри
В пятницу я выхожу из школы и вдруг слышу, как на парковке кричит Кэт. Крик не испуганный, а, скорее, игривый. Я оглядываюсь и в нескольких десятках метров вижу, как Кэт с сигаретой в зубах пытается снять с какого-то парня фланелевую рубашку.
Парень кажется мне знакомым. Не знаю его имени, но часто вижу, как он слоняется рядом со школой. По-моему, у него нет уроков. А если есть, то учителя, видимо, смотрят сквозь пальцы на его посещаемость.
Кэт вполне может претендовать на членство в команде рестлеров Джар Айленда. Она такая изящная. Подпрыгивает на цыпочках и извивается, пытаясь сдернуть рубашку с головы парня. Наверняка этому ее научил брат Пэт.
Парень тоже не стоит на месте, но, похоже, не знает, как давать отпор девчонке. Видно, что Кэт берет над ним верх. Не ослабляя напора, тянет и дергает рубашку, пока та почти полностью не оказывается у нее в руках. Она тычет его в ребра, сдергивает резинку с довольно длинных, до плеч, волос. Очень скоро в руках парня остается лишь кончик рукава.
Кэт упирается ногами, как будто готовится играть в перетягивание каната, и поддразнивает его:
– Если не отпустишь, я тебя на клочки порву, Дэн.
– Ладно-ладно, – соглашается Дэн. Вот как, оказывается, его зовут.
Кэт испускает победный вопль и крутит рубашку над головой, как лассо.
– Это тебе урок на будущее, Дэн. Когда я чего-то хочу, я это получаю. И точка.
Лицо парня краснеет. Я начинаю смеяться. Она просто сумасшедшая.
Кэт, наверное, слышит меня, поскольку тут же поворачивается и слегка ведет подбородком. В ответ улыбаюсь и готовлюсь сесть на велосипед, чтобы ехать домой, но тут Кэт делает нечто неожиданное.
Она поднимает палец, делая мне знак, чтобы я ее подождала.
Все происходит так быстро, что я решаю, будто это мне только показалось. Ведь раньше такого никогда не было. На людях мы делали вид, что не знаем друг друга. Наверное, теперь уже можно не притворяться, раз наш план мести выполнен, но все равно достаю из рюкзака учебник по английскому и начинаю его перелистывать, чтобы не выдать себя. Вижу, как Кэт гасит сигарету.
– Ладно тебе, Кэт, отдай обратно.
Кэт натягивает рубашку поверх свитера.
– Мне хочется ее поносить. Обещаю, что верну в понедельник. И тогда ты будешь пахнуть мной.
Он делает
