на стойке регистрации, мы поднимаемся на лифте на пятый этаж и катим наш багаж по коридору к нашему номеру. Я беру ключ-карту от номера и открываю дверь, пропуская мою девочку внутрь. Это типичная спальня с большой кроватью, нейтрального цвета стенами и белым постельным бельем.
Обри плюхается на кровать и сбрасывает туфли. Ее зеленое платье поднимается вверх по бедрам, когда она откидывается назад и вытягивает руки над головой. Она чертовски красива и совершенна. В этой девушке нет ничего такого, что не возбуждало бы меня. Мгновенная потребность держать ее в своих объятиях переполняет меня, и я не могу не поддаться ей.
Снимаю бейсболку и бросаю ее на пустой стул в комнате, прежде чем забраться в постель рядом с Обри. Повернувшись к ней лицом, я подпираю голову левой рукой и смотрю на нее сверху вниз. Затем провожу пальцем по обнаженной коже ее левого плеча, прежде чем просунуть пальцы под тонкую бретельку, удерживающую платье. Ткань легко обвивается вокруг моего указательного пальца, и я опускаю её вниз, обнажая верхнюю часть левой груди Обри. Белый кружевной лифчик прикрывает сосок, но я провожу кончиками пальцев вниз по изгибу ее груди и чувствую шелковистую мягкость. Мой член дергается в джинсах от простого контакта, и будто зная, как я чертовски возбужден, Обри улыбается самой совершенной улыбкой.
Она открывает глаза и подносит свою руку к моей щеке, нежно касаясь ее, и я поворачиваюсь к ней лицом, целуя ее запястье и вдыхая сладкий аромат ее духов. До нее я был потерян, постоянно воюя сам с собой. Я не верил, что достоин такой простой и чистой любви. Это то, с чем я все еще борюсь, но с каждым днем мне становится немного легче от того, что в моей жизни есть что-то такое великое. Я охрененно люблю эту женщину, и нет ничего, что я не сделал бы для нее. Обри и моя группа — все, что имеет значение для меня в этом гребаном мире.
— О чем ты думаешь? — шепчет она, глядя мне прямо в глаза.
Я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в губы, и ожерелье, которое я ношу, лежит на ее груди.
— О том, как мне повезло, что у меня есть ты.
Она закусывает губу.
— Я как раз думала о том же самом.
— Лгунья, — говорю я и целую ее в кончик носа.
Она притягивает мой рот обратно к своему.
— Позволь мне доказать тебе это.
— Ты не получишь от меня никаких возражений, детка.
Обои проворачивает ногу и цепляется за мое бедро, когда давит всем своим весом, отбрасывая меня назад на кровать. Длинные пряди волос обрамляют ее лицо, когда она садится на меня верхом и задирает мою рубашку, чтобы провести ногтями по моему прессу.
Я быстро втягиваю воздух от удивительного ощущения удовольствия и боли, которое оно создает.
— Черт.
Я сажусь, обхватываю Обри, а потом прижимаюсь губами к ее губам и погружаю язык ей в рот. Тихий стон вибрирует из ее рта, и я чувствую звук, который она издает, когда углубляю поцелуй. Моя рука скользит вверх по ее спине, а затем вплетается в густые волосы. Мой член напрягается в джинсах, умоляя войти в мое самое любимое место на планете — глубоко в ее киске.
Она откидывает голову назад, и я провожу губами по ее шее до ключицы.
— Боже, Зак. Я хочу тебя.
Это все приглашение, которое мне нужно. Я дергаю за платье и звук рвущейся ткани наполняет воздух, когда я срываю верх, обнажая ее грудь. Котенок, кажется, ничего не замечает, потому что слишком занята тем, что стягивает мою рубашку через голову. Мне нравится, что она чертовски возбуждается, когда я прикасаюсь к ней.
Она кружит бедрами, потирая свою прикрытую трусиками киску о ткань моих джинсов. Давление ее тела на мое заставляет мой член пульсировать, и я больше не могу этого выносить.
Задираю платье ей на бедра, срываю трусики с ее тела, а затем провожу кончиком пальца по ее набухшему клитору.
— Вообще-то они мне понравились. — Мне не нужно смотреть ей в лицо, потому что по ее тону я могу сказать, что она надулась.
— Я куплю тебе пятьдесят новых, черт возьми. Они стояли у меня на пути и должны были уйти, — говорю я, прижимаясь губами к ее коже, и она хихикает.
Легкие, как перышко, поцелуи ласкают мое плечо, пока я поклоняюсь ее груди. Ее тугие соски трутся о мою грудь, когда я обхватываю ее лицо и жадно целую. Единственное слово, которое всплывает в моем затуманенном сексом мозгу — МОЯ. Эта женщина всегда будет моей.
Мой указательный палец скользит внутрь нее.
— Черт возьми, Котенок. Ты всегда так готова для меня.
— Это потому, что я всегда хочу тебя, — шепчет она мне на ухо.
Я убираю руку с ее тела и переворачиваю ее на спину.
— Приятно знать, потому что я тоже всегда адски хочу тебя. — Я хватаю ее руку и направляю к своему напряженному члену. — Ты делаешь это со мной. Одна только мысль о том, чтобы скользнуть в тебя, возбуждает меня. Мне нравится быть внутри тебя.
Она кусает губу, когда садится и быстро освобождает мой член от джинсов и боксеров. Высунув влажный язык, она облизывает мой ствол от основания до кончика с обеих сторон, пристально глядя на меня, наблюдая за моей реакцией.
Опуская губы на меня, она обводит языком головку, прежде чем взять еще больше в рот. Тепло ее рта вызывает покалывание во всем моем теле и я содрогаюсь от чистого наслаждения.
Я отбрасываю волосы Обри в сторону и назад, наблюдая за ее движениями. Одно это зрелище почти заставляет меня кончить девушек в рот.
— Черт возьми, детка. У тебя это чертовски хорошо получается.
Я быстро втягиваю воздух сквозь зубы, когда она смотрит на меня и говорит:
— Ты нужен мне внутри.
Как бы мне ни хотелось, чтобы это случилось, я отрицательно качаю головой.
— Я верю в справедливую игру.
Прежде чем она успевает сказать еще хоть слово, я хватаю ее за бедра, притягиваю к краю кровати и опускаюсь на колени. Раздвигаю ее бедра, а затем использую пальцы, чтобы открыть складочки, обнажая ее набухший клитор. Я обвожу его языком и пробую на вкус сладкие соки ее возбуждения. Я трахаю Обри двумя пальцами, используя трюк с рисованием восьмерки языком, чтобы довести ее до исступления. Она хватается руками за одеяло по бокам, крича и выкрикивая мое имя. Ее
