что никто из персонала, включая кураторов, не выяснял, где же мои вещи и почему я так растеряна.
Они участливо повторяли мне одно и то же, когда я переспрашивала. И в итоге сдавать тестирование через пять дней — все это время нас водили на прогулки, преподавали историю Бездны, знакомили с профессиями — я отправилась, на первый взгляд, ничем не отличаясь от остальных.
Потом я много раз пыталась найти и поблагодарить девчонок из моей палаты, но судьба больше не сводила нас вместе. Даже выяснить, куда они попали работать, не удалось.
Конвея, впрочем, не интересовала моя адаптация. Он привязался исключительно к демону.
— Вы упоминали про сны. Встречали ли его где-нибудь в Бездне?
Он сам практически ответил на свой вопрос, но я не придиралась. Своих снов я боялась еще больше, чем тех злосчастных воспоминаний. В итоге не сумела выдавить из себя хоть что-то вразумительное.
— Все так плохо? — вздохнул он и почти насильно влил в меня воду.
Такие, как он, придают особое значение прописным истинам. Если надо успокоить — то на, держи, Джейн, водички. Но мне и, правда, стало легче. Скорее всего потому что от мужчины исходила невероятная уверенность.
— Ни разу. И, да, каждую ночь он гонится за мной снова и снова. Подбирается ближе. Если я не выберусь отсюда в ближайшее время, то догонит во сне. И мне конец.
У меня не было задачи его разжалобить. Я демонам не верю. Но оно получилось само. Конвей аккуратно, чтобы не вообразила лишнего, похлопал меня по кончикам пальцев.
— Ну-ну, не плачьте. Вы поведали дикую историю, но я вам верю. Ума не приложу, зачем высшему нападать на ту, кого он принял за избранницу. Это отвратительно, недопустимо. Мы умеем ухаживать и любим своих женщин. В любом случае я помогу вам снять метку, а дальше уже спокойно решите, чего хотите вы сами.
— Поможете, правда? — я не собиралась лепетать так жалобно. Опять само. Рядом с ним быть слабой совсем не сложно.
— Да, я забираю вас в свой дом. Высших демонов у нас не так много. Вы встретитесь с каждым в моем присутствии. Метка будет снята, и я отвечу на любые возражения с его стороны.
Не в первый раз за день я лишилась дара речи.
— Вы сошли с ума! Я боюсь демонов, как огня. Да хуже чем огня. Я отсюда никуда не пойду.
Он моментально очутился за моей спиной и положил руки на плечи, от чего я чуть не грохнулась с кресла — и снова бы на него.
— Милая, Джейн, мы сегодня весь день болтаем, как лучшие друзья. Вы прекрасно скрываете ваш ужас… Тем более что мне, действительно, нужна, хм, работница. Так что я нашел целомудренный способ устроить вас у себя. Ни одна кумушка не придерется. Я возьму вас в экономки.
— Кого? Куда?
Возражать ему сложно. Особенно, когда разминает мне плечи, словно любимой престарелой тетушке… В голове его слова звучали иначе: «Я возьму вас», «возьму вас…».
— Нет, это абсолютно невозможно!
Но и сейчас я не возымела эффекта. Все внимание герцога досталось Вышеславу, который подслушивал за дверью и с грохотом ввалился в комнату.
Глава 7
Вот что наш мэр умел делать хорошо, так это исчезать.
Пока я помогала Вышу подняться, пока лепрекон собирал газеты и рекламные листовки, рассыпавшиеся после того, как рухнул журнальный столик… В общем, за это время Конвей успел ретироваться, сообщив на прощание, что завтра в полдень он явится за мной лично.
— Будьте готовы ко времени, леди Джейн. За пунктуальность я доплачиваю отдельной строчкой в премиальных. И за перчатками мы будем ходить вместе. Раз вас нашел я, то и…
Договаривать особого смысла не было.
— Стойте, Конвей. Тьфу, Ваша Светлость… Я не давала согласия. Даже у вас нет полномочий, чтобы забрать контрактницу вот так.
У него даже бровь не дернулась.
— Почему же. Я же сказал, что сокращаю вас. Вы обязаны выбрать одну из свободных вакансий. Но есть такой пункт, о котором все время забывают, — приоритет. У моего дома он наивысший. Если вы мне подходите, то я вас забираю в обход всех прочих работодателей.
— Это какое-то рабство! — воскликнула я, глядя в широкую удаляющуюся спину.
Похоже, герцог Сноу наделен властью превратить свободную контрактницу в бесправную попаданку. Причем ему не нужно даже разбираться, кто есть кто.
Единственное, что согревало, — это по всем правилам заключенный контракт, где красным по белому прописано, что в Бездне меня могли удерживать еще семьдесят пять дней и ни днем больше.
— Ишь какой борзый. Это потому что молодой. Ну, мы ему рога-то пообломаем. У вас тоже будут условия — например, взять личного помощника, — принялся перечислять Выш.
Я забралась обратно в кресло и поджала под себя ноги. Дело в том, что Вышеслав, падая, смахнул со столика вазочку с соцветиями Листракции. Они лучше всего стояли в растворе с добавлением жидкого огня и серной кислоты. Поэтому сейчас сунуть туфли в лужицу на полу — значило бы остаться еще и без нормальной домашней обуви.
— И не менее важно. В «Лепестках» все равно нужен кто-то для пригляда. Закупать провиант, проверять работу приходящей горничной, время от времени нанимать ремонтников. Пускай оставит за вами хотя бы четвертую часть от обычной ставки, — лепрекон потирал ладони, заросшие густой рыжей шерстью, и не прекращал рассуждать. — Вы, у нас, мисс Вустер, станете самой оплачиваемой контрактницей в столице. Вот же ирония судьбы. Чувствуете?
По-моему, это водица из-под Листракции все-таки вступила в реакцию с ковром, и он задымился. На что я не преминула указать Вышу. Он скинул тяжеленные башмаки с металлическими болтами и стал топтать очаги возгорания не менее шерстистыми пятками.
Кстати, пару раз видела, как лепрекон дрался ногами, — с тех пор мечтала об этом забыть. Ровно как и его противники.
Попробовала указать своему предприимчивому казначею на неувязки в его плане:
— Да он и слушать меня не станет. С чего ты взял, что насильно не запихнет в кэб, не дав и слово поперек вставить?
— Эх, леди. Вы такая серьезная и такая наивная, — Выш перестал смешно подпрыгивать. Покачал головой в традиционной шляпе с бляшкой. — Он же почему заводится, вы уяснили? Стоит вам сделать то, чего он добивается, то есть пойти
