он ест на ужин. Какой все-таки гурман.
Евпатий, по возвращению в острог, ходил за мной хвостом и все убеждал сбежать. Меня сначало поразило такое отношение, но выяснилось, что еще когда предыдущая жительница этого тела бросилась в реку, староста нашел запасной вариант.
Предложение казалось очень заманчивым, если бы не одно но. Большое такое но! Тогда мне пришлось бы выйти замуж за Евпатия. Ум современного человека отравлен идеями про любовь и взаимность, поэтому я мягко отказывала охотнику и старалась его избегать.
Но как бы я не старалась не пропустить ни минутки, день икс настал. Я привычно проснулась с петухами и осознанием, что вот оно. Сегодня меня увезут.
Богатый сарафан, украшенный бисером и серебряной нитью, лежал на сундуке. Там же лежали яркие ленты для волос и нитка жемчуга на шею. Собрали меня по местным меркам как княжну.
Я умылась, плеская заранее подготовленную воду из небольшого ведерка, оделась и села у окна, наблюдая за восходом солнца. Медитация на что-то красивое отлично помогала бороться с заползающим внутрь страхом.
— Чего уселась? Тебя ждут уже, — поторопила меня Ждана, сгоняя с лавки и замахиваясь какой то грязной тряпкой.
И вот наступил момент прощания. Я вышла из избы, взглянула на знакомые стены, поняла, что даже успела немного привязаться. Сердце снова попыталось сжаться, но я тряхнула головой, звеня сережками, и шагнула вперед.
Двор заполнился людьми. Многие пришли попрощаться и пожелать доброй дороги. Яромила вложила мне в руки подвеску в форме подковы, тут это считали символом защиты и удачи. Я благодарно кивнула женщине.
Повозка тронулась сразу как я уселась, медленно двигаясь по извилистой дороге. Лошадь, вздымая облака пыли, уверенно шагала вперед, а мерный скрип колес создавал ритмичный звук, который убаюкивал меня.
Солнце поднималось все выше, освещая путь. Лучи пробивались сквозь листву деревьев, создавая на земле танец теней и света. Я огляделась на прощальную толпу, которая медленно уменьшалась вдали. В глазах некоторых я заметила слезы, в других — облегчение. Их пожелания доброй дороги еще звучали в ушах, словно эхо.
Мы проехали мимо полей, где мужчины уже начинали свою работу. Они махали мне и я отвечала им взаимностью, ведь Лада выросла рядом с ними. Через некоторое время поля сменились лесом.
Время от времени, повозка останавливалась. Чудомил, управляющий повозкой, давал отдых белой лошадке и поил её водой. Я пользовалась случаем, чтобы прогуляться рядом и растянуть ноги.
В одной из таких остановок я нашла маленький цветок, росший у самого пути. Его нежные лепестки были такие же голубые, как бисер на моем сарафане, и я аккуратно сорвала его, поддавшись мимолетному желанию, и прикрепила в волосы.
Как только солнце начало склоняться к горизонту, окрашивая небо в оттенки пурпура и золота, на горизонте начали маячить величественные силуэты высоких башен, которые, казалось, пронзали самое небо своими остриями. Замок, возвышающийся на вершине горы, словно древний страж, веками внимательно следил за всем, что происходило в его подножии. Его мрачные, непроглядные стены жадно поглощали последние лучи угасающего солнца, создавая иллюзию, что они хранят в себе не просто тайны прошлого, но и саму сущность ночи.
Я поежилась, хотя на улице было очень тепло.
Подъем оказался на удивление сложным. Колеса старой повозки издавали пронзительный скрип, преодолевая каждый крутой и извилистый поворот горной дороги. Чудомил управлял лошадью с уверенностью человека, который знает каждый камень и каждую тропинку этих мест. Я сжимала колени в объятиях рук и смотрела, как меняется мир вокруг меня, поднимаясь все выше и выше.
И вот, после долгого восхождения мы достигли величественных ворот замка. Они отворились перед нами медленно и торжественно, словно приглашая пересечь порог в совершенно иной мир. Чудомил протянул мне руку, помогая спуститься с повозки, и я впервые ощутила под ногами холодный, отшлифованный временем камень замкового двора.
Встреча была… странной. Двое слуг, стоявшие во дворе, исполнили молчаливый поклон в знак уважения и указали на массивные дубовые двери.
С трудом сдерживая дрожь в коленях и подавляя инстинктивное желание развернуться и убежать от всего этого, я переступила порог и оказалась в просторном зале, где пламя факелов рисовало на стенах танцующие тени.
Шаги раздались из глубины темноты и из нее вышел человек в длинном, украшенном мехами плаще. Судя по всему, это был хозяин замка — его величество и мощь подчеркивались каждой деталью его богатого одеяния. Лицо его было скрыто в тени, но глаза светились холодным, завораживающим светом лазурных звезд.
— Добро пожаловать в мой дом, — его голос, глубокий, низкий и успокаивающий, был очень приятен на слух, — Я давно ждал тебя.
Глава 7
Я попыталась заговорить, но слова застряли в горле. Руки слегка дрожали и я сжала их в кулаки, спрятав за складками длинной юбки. Собрала всю волю в кулак и, наконец, ответила:
— Благодарю, — чуть склонила голову и продолжила. — Я здесь, чтобы исполнить завет предков и свою роль, как бы тяжела она ни была.
Вроде ничего не перепутала. Именно так велела мне сказать Ждана, закрепляя знание очередным дерганьем за косу. Казалось, сейчас даже мои мысли дрожали от страха.
— Ты принесла с собой нечто большее, чем дары и обещания, — сказал он, подходя чуть ближе. — Ты принесла надежду.
По моему телу пробежали мурашки.
— Что? — обалдела я от таких заявлений и инстинктивно сделала шаг назад. О чём это он вообще говорит?
Мужчина вышел из тени на свет и я с удивлением отметила на нём маску. Она повторяла контуры его лица, подчеркивая сильный подбородок и высокие скулы.
Сейчас, когда я видела не только его необычные глаза, мне было уже не так страшно. А скорее даже немного любопытно. Хотя ноги всё ещё были ватными, а я вцепилась руками в платье от волнения.
— Желаешь ли ты осмотреть замок? — предложил Страж, протягивая мне руку и изящно переводя разговор в другое русло, — Или, может быть, дорога утомила тебя?
Его голос гипнотизировал и завораживал. Я отметила, что краснею, так как щеки опалило жаром. В ушах стоял гул, но при этом я отчетливо слышала стук своего сердца, и даже шорох шёлковых занавесок, качающихся на ветру. Все чувства вдруг обострились.
Я коснулась его ладони и мир вокруг нас тут же замер. Всё, что говорили о нем, казалось лишь злыми слухами и наговорами. Я тонула в его лазурных глазах и ощущала вокруг лишь ауру спокойствия, кажется, забывая как дышать.
Мужчина вывел меня в длинный коридор, устланный коврами с восточными узорами. Ни
