отказал парашют, Валя задержал падающего друга, и они вдвоем приземлились. Потом он был мэром поселка и работал в школе учителем черчения. Витя к нему неоднократно ездил в гости, а у меня тогда в отпуске была одна дорога Ленинград- Воронеж.
И вот мы в Воронеже, через месяц папе на семью из семи человек дали двухкомнатную хрущёвку на левом берегу. Прямо перед окнами был луг, по нему змеей петляла речка. Если от моста до моста пешком идти час, то на моторной лодке по речке три часа. Зато весной вода стояла у порога, когда уходила весь луг покрывался многоцветным ковром тюльпанов. При Петре I река “Воронеж” была полноводной, и на правом берегу рос прекрасный корабельный лес. Это место было выбрано для строительства первого военного корабля России, так Воронеж стал колыбелью Военно –морского флота России. Потом в интересах Липецкого металлургического комбината построили плотину и теперь перед этими домами плещется водохранилище, мелкое и грязное.
Учиться мы пошли в недавно построенную школу, и почти все были новичками, в классе старожилов не было. Как говорила мамина двоюродная сестра Майя – “К нам собрали самое лучшее из школ района». И в самом деле – из нашего класса вышли три доктора и пять кандидатов наук. На базе школы работала ДЮСШ (Детская Юношеская Спортивная Школа) по баскетболу, я пошел, записался и это стала моя любимая игра на всю жизнь.
На уроки физкультуры не ходил. С перерывами я в баскетбол играл почти пятьдесят лет. В то время были проблемы и со спортивной обувью, не то что кеды, простых резиновых тапочек достать было невозможно. Одно время играл босиком на полу, подошвы в кровь, но терпел. В нашем доме я подружился с девушкой Майей из соседнего подъезда, в свободное время ходили в кино, на пляж. Потом мы переехали на другой берег, стали встречаться реже и общение само прекратилось. Переезд, как и все перемены, были связаны только с папой. Несмотря на то, что работа ему нравилась и он мог бы стать директором крупного завода, пришлось по зову партии перейти на работу в жиро комбинат. Папа попросил квартиру, и мы скоро переехали в новую хрущёвку почти в центре города, но на задворках жиро комбината, и в нашем дворе всегда пахло его отходами. Сейчас завода нет, там современные дома.
Мы школу не поменяли, и целый год ездили на трамваях по семь остановок. Двери вагонов деревянные и открывались без автоматики, поэтому иногда мы выходили напротив окон дома, такой прикол на двадцать метров короче. В классе организовали танцевальный кружок, и мы репетировали и выступали на смотрах самодеятельности. Маме очень понравилось, как мы плясали на выпускном вечере. Сейчас я не могу представить, как я успевал: левый, правый берег, баскетбол, танцы и песни.
Государство решило заботы о питании граждан переложить на их плечи, и предложило кусок земли, чтобы сами сажали, растили и не приставали к государству. Так в семье появился, по крайней мере для меня, инструмент рабства. Каждые выходные Витя и Валера в сад, и так почти двадцать лет, воспиталась аллергия, а многим нравиться копаться в земле.
12 апреля 1961 года, в наш день рождения, в класс зашел директор и поздравил с полетом человека в космос. Этот праздник был всей страны люди ходили целый день по улицам с песнями, плакатами, с портретами человека Земли—Юрия Алексеевича Гагарина. Полетел в космос старшим лейтенантом приземлился майором. Его встречали в аэропорту руководители страны и потом он вместе с Хрущевым в открытой машине проехал до Красной площади, где был восторженный народ. На пресс конференции, по словам космонавта Гречко, произошло то, что мучило Гагарина всю жизнь. Существуют два способа посадки космического корабля: – мягкая посадка корабль вместе с пилотами; – пилот на парашюте отдельно от корабля. Есть сомневающиеся в космическом полете. По их мнению, пилота в скафандре можно сбросить и с большой высоты самолета. И когда у Гагарина спросили каким способом он приземлялся, ему из президиума показали кулак, и он сказал, что вместе с кораблем и таким образом обрек себя на постоянную ложь. Советскому народу по телевидению показывали, как Королев провожает в полет космонавта, с знаменитым,
«поехали», и великолепной Гагаринской улыбкой. В эпоху гласности выяснилось, что это были постановочные кадры, снятые через две недели.
Итоговые экзамены с братом сдали на пятерки, прошел без грусти выпускной вечер. Были родители, и портвейн Узбекистон, но дальнейшего желания пить и курить не возникло. Правда первый раз пили в новогодней компании у Фам Герман. Настало время самостоятельно выбирать дальнейший вид деятельности. Кроме высшего образования в семье о другом и не говорили, надо выбрать так, чтобы потом было интересно. Актеры Баталов, Смоктуновский, Плотников в фильме «Девять дней одного года» создали такой образ ученого открывателя неизведанного в физике, что многие решили становится физиками. Этот вирус не обошел и меня, и я подал документы на физфак Воронежского Университета. Виктор пошел на тоже интересный радиотехнический факультет Политеха. Для меня вступительные экзамены прошли не очень. По математике я сначала решил задачу однокласснице Фаей Герман, а потом для своей не нашел короткого решения и получил трояк. После экзамена по физике поехал на велосипеде и попал в ураган, отсиделся в подъезде дома. Гром, молнии, град, по улице не пройти, поток воды со льдом, с северной стороны в домах все окна выбиты, мы на юге. Несмотря на трояк в Университет поступил и началась новая студенческая жизнь.
Традиция студентов в Советском Союзе – это начинать учебный год с поездки в деревню на уборку картофеля. И вот умненькие мальчики и девочки одеваются в телогрейки, сапоги, и начинают из грязной земли выбирать клубни на поле, которому конца и края не видать. Жили в избах крестьян, кому с кем повезет. Мне и еще одному футбольному болельщику хотелось посмотреть футбол СССР-Австрия, а негде. Только поселок Анна, а мы Нижний Курлак. На попутках доехали до поселка и, задрав головы, смотрели на крыши домов. Увидев антенну, заходили в дом и просились посмотреть телевизор. Просто так не отказывали, в основном сломался или плохо показывает. Наконец нам повезло, в красном уголке местного дома культуры как-то телевизор показывал. Ночью, довольные нашей победой, на попутках и пешком мы вернулись домой. На поле студентов возили стоя в открытых бортовых машинах, и вот, ближе к окончанию трудовых подвигов, при движении разошелся борт, где я стоял и половину машины студентов высыпало на дорогу. Водитель говорил—когда увидел, думал- ну подавил—а потом смотрю, показывает на меня,
