нашей последней встречи в ресторане мы пересекались с гонщиком только здесь, в спортивном зале, набитом потными незнакомцами.
Пересекались — самое верное слово, потому что Алекс дважды из пяти раз в знак приветствия лишь поднимал руку, оставшиеся три меня и вовсе не замечал. Нас разделяли две беговые дорожки.
Он слушал музыку в наушниках, потел на тренажерах, и в его поведении не было ничего подозрительного.
Сама я тоже не подходила.
Еще неделю назад мне показалось, что три встречи подряд являются его злой шуткой, а не совпадением. Чертовски ошибалась. Судьба та еще злодейка.
Мы в прошлом, и сейчас это наглядно.
— Ресторан, кстати, отвратный, — глухо летит в спину, когда мы случайно сталкиваемся в дверях клуба.
Мне становится обидно, потому что этот ресторан мне нравится. Да, расположение у него не совсем удобное, но это только потому, что живу я в другом конце города.
Вращаю ключи от машины за колечко и наблюдаю за Эдером.
Его волосы влажные после душа, но он все равно заправил их назад, собрав в резинку. Какая это по счету наша встреча, а я не могу привыкнуть, что у него такая прическа. Да и в принципе, что довольно часто вижу гонщика.
— В следующий раз принесу тебе купон в нормальный ресторан! — кричит.
Он спешит. Его речь быстрая. Мне приходится чуть напрячь слух, чтобы ничего не упустить.
— Купон? — кричу в ответ. — Алекс Эдер пользуется купонами?
— А Марта Вавилова пьет смузи?
Мы встречаемся взглядами поверх его серебристой машины.
И опускаю голову к пластиковой бутылке в своей руке, где полезный напиток, один вид которого раньше вызывал тошноту. Ну а что? Микроэлементы и все такое.
Скрывая улыбку, отворачиваюсь, но не перестаю чувствовать на себе долгий взгляд Эдера. Спешил же? Так я не держу, вроде бы.
Звук заведенного мотора заставляет вскинуть взгляд. Алекс сел в машину и мгновенно стартанул. Еще пару секунд смотрю ему вслед и иду к своей припаркованной малышке.
Вот так любишь, любишь, а потом раз — и общаешься о купонах и смузи, разбежавшись потом по своим жизням.
До фотостудии, где мы снимаем рекламную кампанию, я еду через район, где жила с Алексом. Некстати вспоминаю ту квартиру, и в сердце поселяется необъяснимая грусть.
Уверена, Эдер живет там же. Он не из тех, кто меняет свою жизнь и устоявшиеся привычки. А та квартира ему нравилась. Алекс считал ее домом наравне с фамильным замком Эдеров в Австрии.
Еще, как назло, на перекрестке встала в пробку. Взгляд катится к высотным домам, и сложно себе запретить.
— Марта, привет, — чмокаемся в обе щеки с фотографом, — чудесно выглядишь.
Смотрю на себя в зеркало. Щеки красные, глаза горят. Распущенные волосы спутались от ветра.
— Спасибо, — благодарю своего бессменного фотографа. Сколько кампаний мы отсняли с Кимом, сбилась со счета.
Сбрасываю спортивную форму и надеваю первый комплект купальника. Девчонки-визажисты наводят настоящую красоту. Все вокруг меня жужжит, крутится, вращается. Голоса, люди, вещи.
От вспышек фотокамеры перестало каждый раз дергаться сердце.
А когда Ким показывает мне некоторые кадры, незаметно задерживаю дыхание. В животе разливается тепло от четкого понимания, что моя мечта осуществилась.
Во всей студии стоит рабоче-утомительная атмосфера, которая приводит в восторг, сколько бы раз ни была в ее гуще.
Конечно, я устаю. Мой график сумасшедший, а с тем количеством людей, с которым привыкла общаться, перестала запоминать имена. Это плохо, но ничего не могу с этим поделать.
Год назад я продолжила изучать итальянский и теперь говорю на нем достаточно свободно. В моей сфере уж точно хватает тех знаний, которые получила.
Еще полгода назад начала учить немецкий.
Ну и английский. Репетитор пять дней в неделю и постоянная практика в командировках. В резюме я теперь с уверенностью ставлю галочки, где спрашивают о знании иностранных языков.
По средам и пятницам у меня танцы, а суббота и воскресенье отданы под йогу. Во вторник вместо зала я бегаю вдоль океана. Понедельник — день красоты и чистоты. Убираюсь в своей маленькой квартирке, если в двух словах. Вечер всегда посвящаю изучению чего-то нового: выставка, фильм, мастер-класс. В моем графике нет и минуты свободной. Стефан тоже вписан в мой ежедневник. На строчке с его именем всегда голубым маркером рисую сердечко.
— Думаю, эту коллекцию сметут в конце зимы еще по предзаказу, — говорит Ким со знанием дела, и я склонна ему верить. У парня нюх на такие вещи.
Привыкнуть, что многое снимается аж за полгода до выхода коллекции, было сложно. Хотелось увидеть себя на фотографиях в рекламе сейчас. Немедленно!
— Я смогу ухватить вон тот купальник, как думаешь? — указываю на черный раздельный, выгодно подчеркивающий все изгибы. Изысканность в простоте.
— Поговори с начальством. У тебя точно есть привилегии, — подмигивает и сворачивает свою дорогущую аппаратуру, — ты же у нас главная модель этой коллекции.
Дома появляюсь, когда часы показывают двенадцать.
Плюхаюсь на пуфик и скидываю с себя кроссовки. За съемками день проходит незаметно, и усталость накрывает внезапно, когда переступаю порог любимого дома.
Ставлю дополнительную палочку в диффузор с ароматом жасмина, делая в голове пометку заменить ароматизатор. Дальше иду по привычному маршруту: ванная комната, кухня, спальня-гостиная.
Спустя сорок минут я заваливаюсь на свой диван и открываю компьютер. Ким обещал выслать мне пару снимков. Так, по блату. Постить пока нельзя до официального релиза, но взглянуть никто не воспрещает.
«Купон для Марты на нормальный ресторан» — читаю шапку письма. Оно последнее, и адресат мне до боли знаком.
Это письмо я могу удалить. Или отправить в спам. Да кто вообще в современном мире пересылает купоны по электронной почте? Это дает мне право проигнорировать сообщение.
Закрываю — поправочка — захлопываю крышку ноутбука и откладываю его на подушку. Время — час ночи, будильник заведен на пять тридцать утра, чтобы ровно в шесть я была на беговой дорожке.
Время спать, Марта!
Но я возвращаю ноут на свои колени и открываю дурацкое электронное письмо.
Аватарка Алекса в его стиле: обрезанная фотография, где гонщик снимает с себя шлем. Совсем немодно. Хотя о чем это я? Эдер воспользовался почтой.
«Спасибо. В следующий раз отправляй с голубями», — немного подумав, отправляю.
«Они уснули», — писк, и я получаю ответ тут же. Получается, гонщик тоже не спит, — «но на будущее я учту».
«На будущее? У тебя есть купоны еще куда-то?» — строчу, перебирая буквы на клавиатуре. Отправляю.
И зачем я это делаю? Не собираюсь использовать и этот, присланный.
«Я знаю все самые классные заведения города».
Зеленый
