— вот и всё.
Но главное — мое сердце не будет изнывать от ревности. Это ведь ужасно: каждый день думать, а как мой муж посмотрел на Миледи, а что ответила она, а не пошли ли они куда-нибудь вдвоем… А так — всё на виду и никаких измен.
— Так что, Арина? Жду ответа, — в зеленых глазах Миледи мелькнуло нетерпение.
— Хорошо, — сказала я. — Я согласна.
— Арина хотела сказать, что подумает, — быстро проговорил Егор, больно наступив на мою ногу в мягком розовом тапке.
— Нет, Егор, — качнула прической Миледи. — Арина сказала то, что хотела сказать. И я ее услышала. Конечно, нужно будет соблюсти некие формальности: оформить медицинскую книжку, например. Но это решается быстро. Приходи завтра в офис, Арина. Приезжай вместе с Егором к девяти. Да, без опозданий! Терпеть не могу опоздания. Ну, всего доброго! — Миледи поднялась из-за стеклянного столика. — Благодарю за приглашение и за теплую встречу.
Вместе с мужем я отправилась провожать Миледи и по взгляду мужа поняла, что ничего хорошего меня не ждет.
Егор начал представление (даже, скорее, светопреставление), как только крутое такси бизнес-класса зарычало и увезло Миледи подальше от нашего дома.
— Зачем ты согласилась! — кричал он так, что подрагивала модная стеклянная люстра. — Тебя кто-то просил соглашаться? Нельзя было вежливо сказать: «Я подумаю»?! Да у тебя просто мозгов нет!
— Егор, зачем так кричать? — обернулась к нему я, чувствуя, как по привычке внутренне сжимаюсь в комок. — Ты ведь сам привел к нам свою… ну ладно, уже не свою Миледи. Она предложила — я сказала да, вот и все.
— А ты что, всю жизнь мечтала стать кухаркой?!
— Но что такого? Я ведь и дома каждый день готовлю, — негромко сказала я. — Без конца стою у плиты. А в офисе мне хотя бы деньги будут платить.
— А на что тебе деньги? Или я на хозяйство мало даю? Или на сына? Вроде, ни на продуктах, ни на шампунях разных, ни на шмотках для Андрюши — ни на чем не экономлю! На море тебя три раза возил! Нет, гляди-ка, ей личные деньги потребовались! Какая королева!
Я промолчала. Знала уже, что, если буду возражать — скандал поднимется до небес, а я так устала, что сил не было спорить. Егор схватил банный халат, полотенце — и хлопнул дверью ванной. Включил там колонку — загрохотал тяжелый рок, перебиваемый звуками воды.
Вздохнув, я повязала фартук и решила заняться делами. В раковине возвышалась гора посуды, на столе в гостиной — неубранные салатницы и блюда с фруктами.
Прежде чем взяться за уборку, я посмотрела на часы. Как бы хотелось поговорить сейчас с сыночком! Но своего телефона у малыша еще нет, да и поздно уже звонить. Я решила написать сообщение Елене Ивановне — узнать у свекрови, всё ли в порядке. Только отправила — как раздался звонок.
— Арина, я не поняла, зачем ты пишешь мне вечером? — возмущенно выговаривала свекровь. — Я только уложила Андрюшу, а телефон «динь-динь»! Это просто невежливо!
— Я его разбудила?
— Нет! Но могла бы! И что за вопросы? Все ли у нас в порядке… Разумеется, всё хорошо! Что может с ним произойти, если он у родной бабушки? Еще спросила бы, хорошо ли он кушает! Так вот, уверяю тебя, что кушает он хорошо! Я подаю ему только самые свежие, сбалансированные блюда. Жаль, что ты до сих пор мне не доверяешь. Признаюсь, это довольно обидно — читать такое!
— Что — обидно? — удивилась я. — Я же ничего особенного не спросила.
— Ты не доверяешь мне! Недоверие — это оскорбительно, Арина! Да и писать после девяти вечера мне, пожилому человеку, совсем нехорошо! Можно же подумать о том, что я разволнуюсь, у меня поднимется давление, я буду плохо спать… Нет! Ты берешь трубку и пишешь просто потому, что тебе этого захотелось. В двадцать один час двадцать минут! Будто нельзя дождаться утра! А если бы я уже легла в постель? Это изощренное издевательство!
— Простите за беспокойство, — сказала я, едва не добавив: «Вы опять насочиняли каких-то глупостей, в это время вы никогда не спите, всегда говорите, что смотрите сериалы даже после полуночи». — Не волнуйтесь, я завтра заберу сына.
— Заберешь?! — свекровь даже закашлялась от возмущения. — А кто тебе его отдаст?
Глава 6. Такая история
— Вообще-то я его мама, — не выдержала я. — Имею право, Елена Ивановна. Обязательно приеду и заберу.
— Нет, дорогая. Его привез мне мой сын, вот ему я его и отдам. А пока пусть будет у меня. Здесь он в безопасности. Хорошо ест, спит и гуляет. Когда Андрюша с тобой, я всегда тревожусь за него, слишком уж ты бестолковая, — в голосе свекрови я услышала знакомые интонации Егора. — Что за мать? Ни профессии, ни целей в жизни, я таких женщин не понимаю. Вот я всю жизнь работала главбухом на крупном предприятии, и этим горжусь. А ты, Арина, просто никто. Извини, но я привыкла говорить правду. Все, что думаю, говорю в лицо. Я и на работе так делала, и все меня за это уважали, и я считалась ценным работником. А в чем твоя ценность, дорогая? В том, что ты смогла зацепить чем-то Егора? Так, сменим тему. Как там мой сын? Как Егор? Где он?
— Нормально, он в ванной, — проговорила я. Вот это новости! Я, конечно, не раз слышала от свекрови, что я бестолковая, но вот так: «Кто тебе сына отдаст?!», она мне еще не говорила. Ну ничего, я все равно завтра съезжу за ним. А то, что я бестолковая, да к тому же нахлебница, я слышала уже не раз. Правда, привыкнуть к этому все-таки невозможно.
То, что свекровь никогда не полюбит меня, я поняла сразу после свадьбы, когда услышала слезную речь: «Как же это горько! Растишь, растишь сыночка — а потом его раз! — и его прибирает к рукам смазливая и хваткая девчонка из провинции!» Некоторое время, когда прогорел бизнес Егора, мы жили вместе, свекровь, муж и я, в ее прекрасно обставленной трехкомнатной квартире, и это было для меня тяжким испытанием. Елена Ивановна всегда подчеркивала: «Ты здесь в гостях!» Потом, уже с Андрюшей, мы переехали в съемное жилье — приличную двушку. Я, несмотря на тяжелый характер Егора, вздохнула с облегчением.
Свекровь долго возмущалась, что мы ее, одинокую пенсионерку, покинули (ага, шестьдесят лет — глубокая старость!), но в глубине души, несомненно, радовалась, что ей не придется помогать с младенцем. Она приходила
