class="p1">Третий из друзей – Артур Бэртон из Корнуэла был сыном крестоносца, погибшего в Святой земле во времена иерусалимского короля Болдуина IV. На Востоке Бэртон имел связи, а также какие-то личные счеты, касающиеся его семьи. В крестовый поход он отправился, продолжая дело своего отца и ради его памяти. Мать, одна вырастившая Артура, с детства воспитывала его как будущего крестоносца и внушала ему идею защиты Гроба Господня и отмщения сарацинам. Но когда он вырос и решился отправиться в Палестину, она горько плакала и умоляла – не покидать ее на старости лет, боясь, что сына ждет та же участь, что и его отца. Бэртон же ничего не боялся. Он, безусловно, был фаталистом, хотя не знаю, был ли он верующим. Артур рассуждал об Иерусалиме, исламе и христианстве, однако в его словах всегда чувствовалось больше политики, чем религии. С Востоком он связывал всю свою жизнь, но если бы не ощущение долга перед отцом, довлеющее над Бэртоном, сердце Артура, возможно, навсегда бы принадлежало зеленым лугам и рощам. Артур был сложным человеком, которого, наверное, невозможно описать в двух словах. Кроме того, Бэртон был красив, очень нравился женщинам и предпочитал белые и красные цвета.
Четвертым был Кристофер Джефферсон – единственное в компании титулованное лицо. Лорд Джефферсон был богат и владел большим земельным наделом. Поговаривали, что он был как-то связан с орденом тамплиеров, хотя сам и не входил в их число. Кристофер был высокого роста и довольно худой. Несмотря на свое значимое положение, он предпочитал одежды серого цвета. Про него пока можно мало что рассказать, потому что он не так много времени проводил с друзьями.
Ну, а пятым был Ричард Корнелий – крестоносец из Йорка, про которого читатель уже многое знает, а продолжив читать, узнает еще больше. Геральдическими цветами Дика были серебро и лазурь, то есть синий и белый.
Что еще добавить к их описанию? Джека отличали серые глаза и светлые волосы, Джефферсон носил небольшую остроконечную бородку, а Артур был всегда немного небрит. Все в компании подобрались примерно равного возраста и одинакового положения, за исключением Джефферсона, бывшего лордом, и Бэртона, который оказался чуть-чуть старше остальных.
Очень хорошо, как покажут дальнейшие события, что Ричарду удалось завязать с ними дружбу, потому что Дик заводил не только приятелей, но и врагов. Произошло это так.
Ричард Корнелий с компанией проводили время в таверне «Дом Беовульфа», находящейся на небольшой возвышенности, примерно в четырех милях от берега. Там можно было поесть, выпить и неплохо провести несколько часов.
В тот день, с утра, Ричард гулял вдоль моря, смотря на прибой. Зеленые волны мягко накатывались на берег и уходили назад, обнажая на песке камешки и ракушки. Над водой в упругих порывах ветра кружили чайки, оглашая окрестности печальным криком. Дик долго смотрел на море, а к полудню отправился в таверну, чтоб пообедать с товарищами. Его путь пролегал через деревушку, скрывающуюся меж холмов, невдалеке от харчевни.
Это было небольшое селение, состоящее из мазаных глиняных хижин, крытых соломой. В них жили преимущественно рыбаки, промышлявшие в море, их жены возделывали огороды, а также держали коз и домашнюю птицу. Проходя мимо одного из домов, Дик услышал причитания и плач, доносящиеся с заднего двора. Ричард прислушался: возможно, кому-то была нужна помощь. Дом был обнесен ветхой покосившейся изгородью, толкнув калитку, рыцарь вошел во двор. Звуки доносились из-за хибары, где обычно располагаются хозяйственные постройки и птичник. Обойдя хижину, Дик увидел старуху, у которой два оборванца отнимали гусыню. Их немало веселило сопротивление пожилой женщины, но все происходящее ничуть не забавляло Ричарда. Его неожиданное появление застало проходимцев врасплох. Подбежав к ним, Дик сильным ударом свалил одного из воров на землю, и второго постигла бы та же участь, но в этот миг он схватил птицу и бросился наутек. Перепрыгнув невысокую ограду, вор скрылся с глаз. Ричард, раз все равно уж вмешался, погнался за ним. Мерзавец бежал что есть сил, и Дик хоть и не отставал от него, но догнать не мог. Рыцарь видел, как вор бежит по холму, и с удивлением понял, что тот, так же как и он, направляется в «Дом Беовульфа». Через несколько мгновений догадка Ричарда подтвердилась, и оборванец, с гусыней в руках, вбежал в таверну. Дик, зная, что вор теперь уже не уйдет от расправы, вошел вслед за ним.
В таверне было немноголюдно. Типичная для средневековых харчевен обстановка выглядела простой и бедной. Люди сидели за грубо сколоченными деревянными столами, посредине комнаты находился очаг, от дыма которого потолочные балки покрылись копотью, небольшие оконца пропускали в помещение мало дневного света, отчего в таверне всегда стоял полумрак. На взыскательный вкус «Дом Беовульфа» не был уютным местом, зато кормили здесь действительно хорошо.
Друзья Ричарда ждали его за столом, не начиная обед, и только пили из больших глиняных кружек эль. Джек, бывший уже немного навеселе, говорил какой-то тост, Бэртон сидел, о чем-то задумавшись, Бан, как всегда, молча уткнулся в кружку, а Джефферсона в таверне не было. Получалось, что Джек произносил тост самому себе, но его это не смущало. Увидев Дика, они замахали ему руками, приглашая присоединиться к ним. Ричард пошел через залу к друзьям, ища взглядом человека с гусыней, и вскоре увидел его в дальнем углу таверны. Там сидели трое, судя по виду, рыцарей, с нашитыми на плащах крестами, это означало, что они крестоносцы, так же как Дик с товарищами, и вор, держа в руках птицу, что-то шептал одному из них, указывая на Ричарда. Увидевший это Артур Бэртон, от которого никогда не ускользали значимые события, толкнул локтем Бана, обращая его внимание на происходящее. Бан оторвался от кружки и хотел сказать о том Джеку, но тот был уже сильно пьян.
Сидящие в углу встали и направились к Ричарду. Один из них выглядел предводителем, он и заговорил с Диком. Это был человек лет тридцати, ростом выше среднего, с мужицким лицом и шрамом на левой щеке. Голос его звучал властно, но хрипло.
– Мой слуга говорит, что ты напал на него, когда он нес мне на обед птицу, – начал он, – ты что же, хотел украсть ее у него?
– Вообще-то я хотел наказать проходимца, подло отнявшего эту гусыню у старухи, – ответил Дик, – но если ты по-прежнему претендуешь на его добычу, то ты не лучше своего слуги.
– А слуга мой не так уж плох, – надменно сказал хозяин вора, – по крайней мере, он всегда выполняет то, что
