потеря, — согласилась я. — Сейчас вернется Бетси с моей формой и заодно нальет вам чаю. Боюсь, у меня чай закончился.
— Кофе?
— Вы такое пить не будете, — вставать мне было лень, да и не хотелось ссориться с коллегой. Так что я достала чистый лист бумаги и самописку и начала заполнять шапку заявления.
— О, Александр, вы уже оделись. Достаточно высохло? — Бетси впорхнула обратно. — Мышь, держи свою форму, правда, форменные юбки кончились, придется тебе походить в брюках. Еле нашла самый маленький размер. Понаберут детей, а нам потом мучайся!
— Бетси, — обворожительно улыбнулся актёр. — Можно вас попросить еще об одной кружечке чая?! Я так продрог, просто изнемогаю теперь от жажды. А у вас такой вкусный чай. Просил у Ольги, но она не даёт!
— Да, Ольга у нас отличается жадностью, — поджала губы девица, но тут же вновь расплылась в улыбке. — Да и чая у неё отродясь не бывало. Сейчас я всё организую. Хотите печенья? Я утром была в бакалейной лавке, свежайшее!
— Не буду отказываться!
Они так мило ворковали, что было ужасно сложно сосредоточиться на отчётах, но я справилась. Заявление, рапорт, описание происшествия, заявление на выдачу новой формы, отчет об испорченном оружии, вновь заявление на выдачу нового (пользуясь случаем, написала заявление на выдачу револьвера), под конец от бесконечных заявлений у меня рябило в глазах, и эти самые глаза дергались. По очереди.
— Ольга, может быть, вам тоже прерваться и выпить чаю?
— Ольга не пьет чай, — тут же взвилась Бетси. — Она предпочитает свою бурду, которую гордо именует кофе.
— Да, в самом деле, схожу оденусь, — я обнаружила, что так и сижу в простыне и торопливо встала. — Ключи от допросной по-прежнему в вашем распоряжении, а если вы помнёте мне бумаги на столе, то пристрелю обоих. Ясно?
— Так точно, — буркнула Бетси. — Она пристрелит. Давай ключи!
Но, когда я вернулась одетая, сдавшая все отчеты и даже получившая новую лампу к старому пистолету (разбежались мне револьвер выдавать!), то все действующие лица продолжали сидеть в кабинете. Александр не столько пил чай, сколько держал его в руках, Бетси вела прицельную стрельбу глазами, но, видимо, постоянно промахивалась.
— А ты чего вернулась? — недовольно спросила девица.
— Пальто забрать, — невозмутимо отозвалась я. — Попробую сдать в химчистку. Вдруг его еще можно спасти.
— Тебе выдали новую куртку!
— Это не отменяет моего желания спасти пальто, — невозмутимо парировала я, это самое пальто аккуратно складывая в нашедшийся здесь бумажный пакет. Перед этим обыскала карманы и выгрузила кучу мелких, но таких нужных вещей, распихав их как придётся.
— А знаешь, Бетси, вот тебе номер визки директора одного театра. Он, кажется, сейчас в поиске актрисы, кажется, вы идеально подходите друг другу!
— Вы правда так считаете?!
— Конечно, — так искренне ответил актёр, что даже я поверила. — Обязательно позвони ему и скажи, что от меня.
И, пока Бетси счастливо хлопала глазами, он выскочил следом за мной, захлопнув дверь, словно за ним гнался весь наш отдел реагирования.
Мы молча вышли из здания. Я кивнула дежурному на прощание.
— Простите, я вас обманула, — призналась я на крыльце участка. — Никакая я не поклонница. Я вас впервые в жизни увидела вечером в мюзикле.
— Я уже догадался.
— И, кстати, хотела уточнить. Там в вашей песне "Прямо вверх" вы поёте, что сели за штурвал, завели самолет и взлетели. Судя по описанию самолёта, это старая модель "ктаракана". Вы упоминали двойные крылья, к примеру, и еще форма штурвала, что вы хм... «ласкали пальцами». Там надо отсоединить часть подлокотника пилотского кресла и завести самолёт спереди. Искру можно добыть только прямым трением. Раньше в экипаж входили два человека, предполагался ещё механик, но в войну обнаружилась острая нехватка людей. Так что вы бы так просто не взлетели.
— Откуда вы знаете?!
— Это был классный самолёт, — я вздохнула. — Просто потрясающий, хоть и несколько потрёпанный жизнью. Как оказалось, он умеет садиться на воду. Правда, только один раз.
Я отвернулась.
— Спасибо за чудесное свидание. Прощайте. Жаль, что себяшка так и не получилась. Новая визка утонула. И теперь это совершенно не ваша вина. Но будете должны мне фотку с автографом, ладно?! Я приду на какой-нибудь мюзикл. Если получится, конечно.
— Ольга, — начал он, но тут напротив нас резко затормозил кэб.
— Осторожно, — крикнула я, но сделать ничего не успела.
Глава 3, СПАСЕНИЕ
В себя пришла лежащей на полу, с мешком на голове. Сильно трясло. Судя по всему, нас засунули в тот самый кэб, который я успела заметить. Начало не сильно вдохновляло.
— Почему мы не вальнули их прямо там? — послышались негромкие голоса. Я затаила дыхание в надежде узнать побольше, даже перестала елозить в тщетных попытках освободиться. А вопрос-то в самом деле интересный. Почему мы живые и куда едем?!
— Велено привезти на разговор, — отозвался второй. — Главный сказал, есть пара вопросов.
Рядом кто-то завозился и застонал.
— Ольга, ты тут?
— Угу, — негромко ответила я. С одной стороны, то что Александр тут — это не очень хорошо. С другой, он жив — и это в целом неплохо.
— Пар и молния, я ещё слишком молод, чтобы умирать, — запричитал актёр. — Я ещё должен получить ту роль!
— Это какую? — не удержалась я от вопроса.
— Ту самую, которая прославит меня в веках!!! Обещаю, что если останусь жив, то брошу курить, беспорядочные половые связи и пить виски по утрам!
— А ты разве куришь?!
Но мой вопрос остался без ответа. Потому что мы приехали, и нас довольно бесцеремонно вытряхнули. Когда с головы пропал мешок, скрывающий обзор, я тут же завертела головой, оценивая обстановку. Мы оказались на пустыре, и, судя по угольным башням, видневшимся вдалеке — мы были в заводском квартале. Напротив нас встал высокий мужик в длинном чёрном плаще и полумаске, скрывающей лицо. А вот по бокам встало четверо других, трое из которых были с револьверами. Четвертый крутил в руках мой лучевой пистолет. МОЙ новый, пар и молния, табельный пистолет!
— Опустим момент знакомства, — сапог главного легонько ударил меня по ребрам. — Меня интересует главное — что именно ты видела и кому чего успела рассказать?
— Я видела достаточно, — твердо сказала я. — Рапорт подала. Так что вам не уйти от карающей руки правосудия!
— А всё — это что именно?! И самое главное: куда ты дела товар?
Новый тычок сапогом тоже был не сказать, чтоб сильным, но пришелся точно в старое место.
— Сдала на экспертизу, так что вам ни за что не отвертеться!
— Всю партию?
Я промолчала.
— А ты кто
