Грант отпрянул, недоуменно глядя на нее. Женщины редко ведут себя так решительно.
– Я… прошу прощения?
Она твердо посмотрела на него:
– Пожалуйста, потанцуйте со мной.
Грант пожал плечами. Он думал, что приблизиться к Эмили будет нелегко. Но вот она сама чуть ли не бросается к нему в объятия.
Эта мысль показалась Гранту приятной, и не только потому, что Эмили облегчала ему выполнение задания.
Грант взял ее за руку, и Эмили не удержалась и посмотрела на их соединившиеся руки. Кожа у него была немного темнее, чем у нее, а горячая ладонь казалась очень крупной. И снова разум восстал против мысли о том, что этот человек – именно этот – нуждается в ее защите.
За спиной заиграл оркестр, и Грант закружил ее в вальсе. Для такого крупного человека его движения были на удивление изящны и быстры. Ему даже удалось увернуться, когда на пути у них оказался некий подвыпивший граф.
– И давно Хорн надоедает вам? – спросил Грант, слегка сжимая ее талию.
При этом знакомом прикосновении Эмили захотелось втянуть в себя воздух. Что за чувство вызывал в ней этот человек? Такого чувства она не испытывала уже очень давно, но вот оно внезапно вернулось, едва он к ней прикоснулся.
Да ведь это желание.
Она затаила дыхание. Откуда оно взялось? Она не понимала, но чувствовала, что оно проснулось, что руки и ноги отяжелели. Стоп, подобным ощущениям не место в расследовании.
Она прищурилась, пытаясь сосредоточиться. Ах да, смешной Эндрю Хорн, из-за которого они теперь танцуют.
– Хорн? – пропищала она, изображая дурочку.
– Я не мог не заметить, что его приближение заставило вас просить меня протанцевать с вами.
Грант усмехнулся, от этого вокруг его темно-карих глаз образовались морщинки, и Эмили вдруг невольно улыбнулась. И покраснела, чего с ней никогда не бывало.
– Вы наблюдательны, – согласилась она. – Мистер Хорн заинтересовался мной после того, как я была приглашена на чай к его сестре, я тогда только оправилась после болезни. Бог весть почему заинтересовался. Но вы знакомы с ним и ему подобными. Это повеса. Если на него достаточно долго не обращать внимания, он найдет себе другую цель.
Грант выгнул темную бровь:
– Вы хотели бы, чтобы я помог ему побыстрее понять это?
Эмили чуть не сбилась с ритма. Неужели Грант Эшбери предлагает ради нее вмешаться в это дело? Значит, они поменяются ролями. Разве не предполагалось, что она будет в роли защитницы, вне зависимости от того, знает он об этом или нет?
– Благодарю вас, милорд, но вмешательство постороннего может только раззадорить его. – Она улыбнулась. – Однако если вам будет угодно включиться в разговор, который мне придется вести с этим человеком, я даю вам на это полное право.
Он улыбнулся, но улыбка получилась натянутой и невеселой. Он действительно с полной серьезностью отнесся к интересу, который Эмили вызывала у Хорна, а она в точности знала, что от этого денди не может исходить никакой угрозы. И вправду – когда Эмили оглядела зал, то увидела, что Хорн уже занялся другой дамой, той, что встретила его ухаживания более благосклонно.
– Как пожелаете, сударыня, – тихо проговорил Грант.
Эмили снова устремила взгляд на него и увидела, что он смотрит в ее лицо, не упуская ни одной перемены. Он смотрел на нее, даже когда танец подошел к концу.
Странно было чувствовать на себе этот пристальный взгляд. За многие годы Эмили приучила себя внимательно относиться к тем, кто ее окружает. Наблюдать за ними ежеминутно, подмечать каждую мелочь, которая могла бы выдать их самые мрачные тайны. Изучая человеческое поведение, она узнавала вещи, не имеющие отношения к ее заданиям. Например, она с удивлением осознала то, что люди редко по-настоящему смотрят друг на друга. Еще реже они встречаются глазами со своими собеседниками.
Грант Эшбери делал и то и другое. Он не сводил с нее своих темных потрясающих глаз. Глаз, которые проникали в самую глубину, искали того, что она обычно никому не позволяла находить.
Чувствуя, как жаркая волна заливает ее лицо, Эмили отвела глаза. Именно в этот момент стихла музыка, и Эмили сразу высвободилась из рук Гранта и присела в неглубоком реверансе.
– Благодарю вас, милорд, за танец и за помощь, – сказала она, кляня себя за то, что голос слегка задрожал. И за то, что ее внезапно охватила робость, и она не смогла взглянуть в лицо этому человеку.
Он взял ее под руку, и Эмили позволила ему проводить себя, изо всех сил стараясь не обращать внимания на то, что по руке, лежавшей на его локте, побежали мурашки.
– Я с радостью оказал вам помощь, миледи, – усмехаясь, ответил он. – Если вам опять понадобится спастись от кого-то, обратитесь ко мне без колебаний.
Услышав эти слова, она вздернула подбородок и посмотрела Гранту в глаза. Он все еще улыбался, но во взгляде его было что-то серьезное.
– Благодарю вас, – пробормотала она, делая над собой усилие. – Я… я запомню ваше великодушное предложение. А теперь вы меня извините – я вижу кое-кого из своих друзей в дальнем конце зала.
Грант удивился, но кивнул в знак согласия:
– Всего хорошего, миледи.
Она повернулась и упорхнула. При каждом шаге сердце у нее колотилось, дыхание перехватывало. Эмили пробиралась сквозь толпу, ничего не видя. Что с ней такое? Красивый мужчина посмотрел ей в глаза – и она забыла обо всем, чему ее учили, и о своем назначении? Возможно, Чарли прав. Возможно, она и в самом деле изменилась. Слишком изменилась, чтобы работать дальше.
– Эмили!
Повернувшись, она оказалась лицом к лицу с Мередит и ее мужем, маркизом Кармайклом, Тристаном Арчером. Мередит схватила ее за руки:
– Ты так бледна, тебе нехорошо?
Пальцы Мередит согрели ее внезапно похолодевшие руки, и Эмили несколько раз втянула в себя воздух:
– Нет-нет, все в порядке.
– Вам больно? – спросил Тристан тихо, чтобы никто не мог услышать.
Она покачала головой, поняв, что они приписали странное выражение ее лица ранению.
– Нет, никакой боли я не чувствую.
Судя по выражению лица, Мередит успокоилась.
– Не могли бы вы, Тристан…
Он кивнул прежде, чем она договорила свою просьбу, как будто умел читать ее мысли.
– Конечно, я принесу вина.
И, легко коснувшись плеча жены, исчез в толпе.
Эмили отвернулась, чтобы избежать внимательного взгляда Мередит, и призвала на помощь все свои силы, успокаивая расходившиеся нервы.
– Давай выйдем на свежий воздух? – предложила Мередит.
Эмили кивнула, хотя почти не расслышала слов подруги. Все мысли в голове спутались в клубок. Мысли о том, что она не годится для работы. Мысли о Гранте Эшбери, о его проницательном взгляде, о секретном поручении охранять его и о его предложении охранять ее, которое он сделал во время танца.
