перила должны оборваться… Но разрыва не было. Через несколько секунд Дарья глухо вскрикнула, наткнувшись на стену, и открыла глаза.
- Я не могу там включить, - послышался сверху извиняющийся голос, - свет на лестнице включается из гардероба…
Когда-то это был просто широкий, бездверный проем ведущий к большому подземному залу, где на деревянных панелях в беспорядочном множестве вместо крючков были набиты гвозди. Теперь проем закрывала пластиковая панель со стеклом. И магнитный замок. Дарья обернулась и поглядела наверх. Лестница была одна. Ее ответвление, где пряталось жилище бабы Нади и невесть куда ведущая железная решетка, видимо, со временем было заложено кирпичом и обито плиткой.
Все в ней моментально потухло. А ведь будь на месте эта решетка, Дарья знала бы, куда идти. Перегрызла бы ее зубами, если, конечно, охранник отказался бы ее отпереть…
Глава 3
- Есть какие-то новости? – директор пропустил Дарью вперед, вошел следом в свой кабинет и щелкнул выключателем. Серенький рассвет за окном снова потемнел, откатившись на час назад.
Дарья покачала головой, села на предложенный стул и приняла в руки кружку растворимого кофе, к которому уже начала привыкать. Олег Иннокентьевич был в явном замешательстве от повторного визита. Повесив пальто в шкаф, он сел в свое кресло и, прокашлявшись, затянул стандартную успокоительную речь:
- Не стоило ей, конечно на окраину выходить. Лес там с виду светлый, приветливый, но стоит сделать лишний шаг… Впрочем, не теряйте веры… Ноябрь – не приговор, ведь морозов пока не было…
- Как давно вы здесь работаете? – прервала его Дарья.
- О-о… столько не живут, - улыбнулся он, - Сразу после института. Через два года буду отмечать жемчужный юбилей, если, конечно, можно свадебные даты использовать в трудовом стаже.
- Вы меня совсем не помните? - спросила Дарья и, видя его затруднения, подсказала, - …Чибис.
Олег Иннокентьевич уставился на нее, нахмурил брови, губы его шевелились.
- Да… ша? – вдруг, спотыкаясь, пробормотал он, и глаза его расширились то ли от потрясения, то ли от удивления. Дарья вполне допускала и то, и другое. Он умолк и застыл в настороженном ожидании.
- Это я…, - Она облегченно улыбнулась, - Я до последнего не была уверена, что это вы. А ведь вы… когда-то спасли мне жизнь…
- Вот дела…, - Олег Иннокентьевич шумно выдохнул и провел рукой по густой щетке волос. Они на мгновенье прижались к голове, но тут же снова встали дыбом, - Невероятно…
- Тоже не буду утверждать, что вы совсем не изменились…
- Как ты… вы…? – он умолк.
- Я этого не планировала, - Дарья вздохнула, - Семейные неурядицы. Приехала к маме, чтобы пережить… И вот…
Глаза снова оплыли слезами, и она, по-детски кривя рот и хватая им воздух, разревелась. Олег Иннокентьевич некоторое время растерянно и ошарашенно глядел на нее, потом вышел из-за стола и прижал ее голову к своей белой рубашке.
- Тише… Тш-ш-ш…, - шептал он совсем как тогда, в том жутком подземелье, и Дарья заревела еще громче. И от жалости к себе, и от внезапного облегчения, что появился рядом кто-то, кто может по-настоящему ее понять. Мать не в счет. Во-первых, она в больнице, а во-вторых, с самого начала всю вину справедливо возложила на Дарью. Напрямую она, конечно, этого не говорила, но это и не было нужно. Ее взгляд был красноречивее любых слов.
Когда поток слез иссяк, Дарья шумно высморкалась в предложенные ей одноразовые салфетки и виновато улыбнулась, указывая на большое, мокрое пятно на его животе.
- Высохнет, не переживай…те, - отмахнулся Олег Иннокентьевич, - Простите, мне трудно, ведь вы все-таки были моей ученицей, и я прекрасно помню ваши смешные косички, торчащие в разные стороны, как у Пеппи.
Дарья улыбнулась, от его слов стало так тепло.
- Для вас я просто Даша.
Они помолчали, но это было приятное молчание старых знакомых, имеющих общее прошлое. Олег Иннокентьевич первым нарушил его.
- Так… чем я могу тебе помочь? Ты ведь не просто так пришла в семь утра?
- Мне кажется... Машка не в тайге.
- В поселке тоже ведутся активные поиски.
- Да, я знаю, но мне кажется, она…, - глубокий вдох, - Не выходила из школы…
Брови Олега поползли вверх, и Дарья поспешила объяснить:
- Мне кажется… я почти уверена, что то, что произошло со мной в детстве… то же самое произошло и с ней…
Олег надолго замолчал, настороженно вглядываясь в ее лицо.
- За одним маленьким исключением, - произнес он осторожно, - Чибисов давно мертв и даже, я уверен, успел сгнить в своей безымянной могиле… Или ты думаешь, что у него появился последователь?
Дарья сморщилась и покачала головой.
- Мне кажется, там было что-то еще, что-то гораздо большее, чем Чибис. Я пришла, потому что надеялась, что вы мне поможете вспомнить… потому что я совсем ничего не помню … Остались лишь ощущения.
- И слава богу. Твой отец поступил крайне мудро, сразу забрав тебя из поселка, прочь от пережитого. К тому же тебе требовалась квалифицированная медицинская помощь, а здесь весь медицинский штат состоял из молоденького фельдшера-недоучки - по кличке Сопля - и двух медсестер пенсионного возраста, - Олег откинулся на спинку, сочувственно, но строго посмотрел на нее, - Даша, зачем тебе потребовалось сейчас это все ворошить?
Дарье показалось, что он хотел добавить «Вместо того, чтобы бросить все силы на поиски дочери», но из деликатности промолчал.
- Дело в том, что за несколько дней до исчезновения Маша сказала одну вещь, которая не дает мне покоя… Это так перекликается с тем, что я сама пережила тогда… и было напрямую связано.
- Не темни.
Дарья глубоко вдохнула и медленно, тщательно подбирая слова, произнесла:
- Она сильно припозднилась и объяснила это тем, что потеряла сменку. И что баба Надя – гардеробщица – помогла ее найти. А я прекрасно помню, что, когда я училась, тоже была баба Надя и… в передрягу я попала, потому что тоже искала сменку.
- У нас нет никакой гардеробщицы, - удивился Олег, - Гардероб, как и 70 лет назад, на самообслуживании. Мы только поставили недавно дверь и магнитный замок,
