еще час назад она стояла у открытого холодильника, пытаясь заставить себя сварить хоть пару яиц, и не смогла, - Вы кого-то ждете?
- Перекусим по-быстрому, а остальное возьмем в дорогу. На гарнир времени нет, но я уже загрузил пару контейнеров с овощами и хлеб, - он поймал Дарьин недоуменный взгляд и пояснил, - Заночевать придется в тайге, а к рассвету выйдем обратно. Не переживай, я даже на работу не опоздаю. Еды только кажется много,но ты просто не представляешь, как тайга будит аппетит.
- А почему не выехать сразу?
- Опасно. В ночном лесу лучше вести себя тихо, а мой старичок, знаешь ли, очень горластый, - Он кивнул в сторону приготовившегося к путешествию старенького, но ухоженного вездеходика с изображением таящегося в кустах льва на боку, - По молодости часто выбирался на охоту и рыбалку, но с возрастом делать это стало все ленивее.
Дарья с любопытством взглянула на него. Сколько ему? 54-55? Выглядел он на десяток лет моложе. Если верить недавнему отражению в зеркале, даже сама Дарья в свои 37 выглядела сейчас старше него. А не верить ему оснований не было… Удивительно, что его никто до сих пор не охомутал. Впрочем, возможно, что он приверженец свободных отношений…
Вскоре она получила в руки картонную тарелку с огромным куском мяса, горбушку хлеба, горочку маринованного лука и кружку свежесваренного кофе.
- Спасибо вам за все, - жалобно пробормотала Дарья, жуя сочное, с хрустящей корочкой мясо, - Для меня никто и никогда не делал столько, сколько вы… А, вы ведь в сущности посторонний человек… Я понятия не имею, получится ли у меня когда-нибудь отблагодарить…
Пообедав, они забрались в хорошо прогретое нутро вездехода и двинулись в путь. Тепло, уютно. В желудке ощущалась давно забытая, сытая тяжесть. Дарья с удовольствием подливала себе из термоса сладкий, крепкий кофе и глазела на густой, сумеречный лес.
- Вы без карты…, - произнесла она, - уже ездили к ним?
- Я хорошо знаю Тунгусску. Много раз ездил на рыбалку. Но нет, к шаманам я пока не обращался. И да. Я не женат.
- Что?
- Видел, как ты осматриваешь мое жилище не предмет женской руки, - Он кинул на нее озорной взгляд, но тут же снова посерьезнел, - Как-то не сложилось. Дело не в женщинах. Дело, наверное, во мне. Слишком ценю свое личное пространство и с трудом переношу чье бы то ни было общество. Это еще с юности пошло. Наверное, поэтому, отработав положенный срок, не сорвался прочь отсюда к огням большого города, хотя были такие возможности. Ну, а после того, как, благодаря тебе, я стал местным героем, то и карьера пошла в гору… Поэтому это скорее я тебя должен благодарить за в общем-то счастливо сложившуюся жизнь.
Они помолчали. Из динамиков негромко звучал старый, умиротворяющий джаз. В салоне пахло освежителем воздуха, кофе и кожей. Подсветка на приборной панели навевала что-то радостное, новогоднее. Вот бы еще Машка сейчас была с ними… Щебетала бы что-нибудь на заднем сидении…
- Скажи, - спросил он вдруг, разгоняя ее мысли, - Чего ты от них ждешь?
- Та женщина сказала, что они укажут, где Машка.
- И ты на самом деле веришь в это?
- Мне нужно во что-то верить. Разве вы не понимаете?
- Ты.
- Что?
- Просто Олег. Пока мы не в стенах школы, конечно… Почему бы тебе не поверить в профессионализм поисковиков? Эти ребята знают свое дело… Или ты по-прежнему считаешь, что ее нужно искать в школе?
- Я не знаю, где она. Но точно не в тайге и не в подвалах. Что-то внутри постоянно нашептывает, что она гораздо ближе, чем возможно, но при этом предельно… далеко, где ее не найдет ни один самый опытный поисковик. Не знаю, как объяснить. После того, как вы…ты рассказал о том дне, я много раз пыталась вспомнить, но, хоть убей, я не помню тот момент. Тот… коридор и Чибиса с ребенком на руках. Мне вообще кажется, что я впервые увидела Чибиса, когда милиция запихивала его в бобик. Но вместо Чибиса мне навязчиво лезет в голову что-то… серебристое и… свечи.
- Серебристое? – Олег изогнул бровь.
- Да… что-то вроде…, - Дарья умолкла, мучительно подбирая слова, - Что-то похожее на поплывшее зеркало… Ну, словно поверхность его была жидкой…
- Могу тебя заверить, что ничего подобного я не видел…
- Может, это было до того, как ты нашел меня…
- Но ведь и милиция прочесала все переходы и ничего подобного не нашла.
Дарья пожала плечами.
…
Костры они увидели еще издали. Тайга поредела, расступилась, издали за громогласным ворчанием мотора послышался шум реки. На просторной поляне над небольшим, бурным водопадом расположились около десятка конусообразных хижин, над которыми ввысь ползли приветливые дымки. Лаяли собаки, гомонили люди, смеялись дети.
- Они… как цыгане…, - пробормотала Дарья, вглядываясь поселение.
- Их так и называют – таежные цыгане, - рассеянно ответил Олег и притормозил на краю, - Посиди в машине.
Он вышел и удалился в направлении самой большой хижины. Дарье сразу стало тоскливо, одиноко и тревожно. Она чувствовала на себе десятки липких раскосых взглядов. А когда внезапно на боковое стекло оперлись две пары массивных лап и появилась огромная, как у теленка, собачья голова даже вскрикнула и отшатнулась. «Кавказец? Алабай?» – гадала она, вглядываясь в умные и злые собачьи глаза и мечтая, чтобы Олег скорее вернулся.
Олег действительно вернулся быстро и явно был чем-то доволен, усаживаясь за руль.
- Что там? – спросила Дарья.
- Подожди, - был краткий ответ.
Через несколько минут к машине подошли несколько эвенков и поманили Дарью за собой.
- Собаки…, - пробормотала она, взявшись за ручку двери и с испугом глядя на Олега, - Ты разве не пойдешь со мной?
- Не бойся. Не тронут, - ответил он, - Иди. Колдун согласен принять только тебя одну.
Дарья неуверенно вышла из машины и последовала за провожатыми, чувствуя, как морды псов тычутся носами ей сзади, но не смея даже оглянуться а, тем более, отогнать их.
Один из эвенков приподнял край оленьей шкуры и пропустил Дарью в чум. Внутри было тепло и светло. Дым от расположенного по центру костерка уходил прямиком вверх
