мусульман. Правда, по традиции, мечети не разрешалось строить из камня, а только из дерева. И шляхтичи-мусульмане не участвовали в сеймовой деятельности — не избирались и не могли быть избраны. Словом, христианский характер государства все-таки подчеркивался. Но если учесть, что дело происходило в Средние века, можно только восхититься веротерпимостью тогдашней Речи Посполитой. Татары, проживавшие на ее территории, служили в армии. Легкая польско-татарская конница называлась «уланы». Это восточное слово вошло в международную военную терминологию для обозначения легкой кавалерии в XVIII веке, когда в ходе Семилетней войны отряд польско-татарской кавалерии попал на запад. Они там себя хорошо показали и послужили образцом.
И простолюдины, и некоторые польско-литовские дворянские роды сохранили мусульманство до XX века.
Я вот почему вспомнил тех татар. Так как в некоторых районах Литвы и Белоруссии оказалось мусульманское население, у местных евреев-мужчин был шанс уцелеть во времена гитлеровской оккупации (мусульмане тоже обрезаны). Если, конечно, соседи расположены были их не выдавать. Увы, это случалось нечасто.
Теперь чуть подробней о битве при Грюнвальде (1410 год).
При Грюнвальде огромная, многоплеменная, «собранная с бору по сосенке» польско-литовская армия была лучше организована и более дисциплинирована, чем немецкие(!), орденские(!!) войска. Начнём с того, что ливонские рыцари («меченосцы», предшественники которых бились в «Ледовом побоище») вообще не явились на войну, хотя их орден в то время, входил в состав Тевтонского ордена на правах филиала. В ходе боя часть рыцарей, вопреки орденскому уставу, увлеклась погоней за быстрой литовско-татарской конницей и грабежом захваченного литовского лагеря. Так что они оказались в стороне от места решающей схватки. И в довершении всех бед части орденских войск был дан ложный приказ об отступлении — опустили знамя одного из отрядов. Измена? Трусость? Недоразумение? Неизвестно…
Короче говоря, исход знаменитой битвы решил не только численный перевес войска польско-литовской коалиции, но и больший чем у немцев порядок в его рядах. Дивны дела твои, Господи!
Ну а что евреи? Возможно, первые евреи попали в Литву с юга (потомки хазар?) в XI веке и даже раньше, но достоверных исторических сведений об этом у нас нет. По-настоящему, рост еврейского населения начался с XII века. Гонения на евреев в эпоху Крестовых походов вынудили их перебраться в совсем дикую тогда Литву. Даже в сравнении с Польшей Литва казалась совсем варварской, и не одним только евреям. И если цивилизация все же распространялась, если Гродно, Ковно (Каунас), Вильно (Вильнюс), Слуцк, Брест (Бриск) превратились из деревень (иногда призамковых) в города — в этом немалая заслуга евреев.
Витовт, великий князь литовский, даровал евреям хартию наподобие уже нам известных польских хартий. Для евреев эта хартия была благоприятна. Евреи были практически равноправны. В хартии Витовта, кстати, явным образом указывалось, что евреи христианской крови не употребляют.
Тогда же, в конце XIV века, появились в Литве и караимы[11]. Витовт увел их в плен из похода на крымских татар и поселил в Троках (ныне Тракай, тогда — значительный город). Он доверял караимам и они служили его телохранителями. Постепенно их общины возникли и в других городах. Подчинялись они тем же законам, что и евреи. В те времена они с евреями более или менее ладили, хотя иногда и ругались. Вместе с евреями пошли и они под сабли Хмельницкого.
Лирическое отступление
О крымских караимах говорили, что они потомки хазар. Если это и так, то это относится именно к крымским (и литовским) караимам. Израильские караимы (а их у нас сорок тысяч) в основном иного происхождения — семитского. Они выходцы из стран Ближнего и Среднего Востока. Большинство — из Египта.
А в Российской империи караимы добивались, чтобы их евреями не считали. И добились. Для них не было ограничений. И Гитлер их не трогал. Но они почти исчезли — осталось менее трех тысяч (к концу советского периода). На них распространяется «Закон о возвращении» — они могут свободно репатриироваться в Израиль. И случаи приезда караимов из постсоветского пространства были.
Все шло своим чередом, и вдруг в 1495 году грянул гром — объявили об изгнании евреев, включая караимов, из Литвы, еще полунезависимой. С конфискацией имущества. Причины не ясны до сего дня. Высказывались следующие предположения — литовского великого князя Александра еще в детстве антисемитски настроил его воспитатель, наш старый знакомый, Ян Длугош (см. главу IV). Знаменитый историк ко времени изгнания евреев уже лет пятнадцать, как умер, но семена, посеянные им, взошли теперь, под влиянием известий об изгнании евреев из Испании. По другой версии — литовский князь действовал под влиянием своей русской жены Елены (дочери великого князя Московского). Высказывалось и мнение, что князь Александр хотел привлечь в Литву немецких поселенцев и, чтобы Литва стала для них привлекательной, решил сделать ее «свободной от евреев». Разные причины могли и сочетаться.
Энтузиазма изгнание евреев у населения Литовского княжества не вызвало. Кто-то может и радовался, но, кажется, большинство евреям сочувствовало (чего на свете не бывает!).
В 1503 году так же внезапно евреям разрешили вернуться и возвратили им все права и имущество. Это еще менее понятно, чем изгнание. Возможно, на литовского князя повлияло ухудшение отношений с Россией, и он с мнением жены перестал считаться.
И все пошло ранее заведенным порядком, то есть более или менее благоприятно для евреев.
А сама Литва все сильнее объединялась с Польшей и совсем слилась с ней к 1569 году. (Люблинская уния. «Уния» — значит объединение). О мотивах этой истории я писал в начале, в разделе «Исторический фон», конкретно же для Литвы, после Грюнвальда, опаснее всего была усиливающаяся Россия («Московия»). Русские отняли у литовцев Смоленск и пытались продолжить наступление. Против них и искали литовцы помощи.
С этого времени и левобережная Украина перешла под власть Польши (раньше она управлялась из Литвы). Целый ряд шляхетских польских семей получил земельные пожалования на Украине (но коренная литовско-русская шляхта и магнаты оставались еще православными).
И евреев немало тогда переехало в левобережную Украину из Польши.
Глава VI
Польский антисемитизм тех дней
У фанатичного духовенства, ненавидевшего евреев (хотя не все духовенство было антисемитским), скоро нашелся союзник — немецкое мещанство. Оно уже явилось в Польшу с антисемитскими предрассудками, с верой во все сказки об употреблении евреями крови христиан для изготовления мацы на Пасху и т. д. При таких настроениях погромы иногда удавалось спровоцировать. Но случалось это редко, а короли потом пользовались случаем и штрафовали городские магистраты
