Для укрепления положения Каращенко в абверкоманде и придания большей убедительности его легенде 29 сентября контрразведчики фронта отправили одного из явившихся с повинной агентов абвера, Александра Саперова, обратно. Он должен был подтвердить дезинформационные данные, переданные противнику Каращенко, о прибытии на правый фланг Ораниенбаумского плацдарма, в район Копорья, новых войсковых соединений, в частности 142-й отдельной стрелковой бригады. Нелегко Саперову было возвращаться к гитлеровцам, но он пошел. Этого требовали интересы Родины.
Главной задачей, поставленной контрразведчиками фронта перед Саперовым, так же как и перед Каращенко, являлось глубокое внедрение в немецко-фашистскую военную разведку.
Одновременно с действиями чекистов по осуществлению операции «Возвращение» командование Ленинградского фронта и Приморской оперативной группы продолжило принимать дальнейшие меры по дезинформации противника.
На правом фланге Ораниенбаумского плацдарма демонстрировалась концентрация пехоты, артиллерии и танков. Артиллерия имитировала пристрелку, а небольшие группы танков — передвижение танковых войск к переднему краю. Войска связи ввели в действие новые радиостанции. В ночное время разводились костры. Авиация совершала разведывательные полеты в направлении на Кингисепп, наносились бомбовые удары по пунктам управления противника. На правом фланге ПОГ велись разведка боем и поиски. Войсковые разведчики в тылу врага распространяли слухи о предстоящем наступлении советских войск в районе Копорья.
Легенда о сосредоточении значительных сил на правом фланге Приморской оперативной группы поддерживалась командованием Ленинградского фронта в течение всей осени и начала зимы 1943 года.
«Все это помогло дезориентировать немецко-фашистское командование, создав у него уверенность, что готовится наступление советских войск на Кингисепп, Нарву[1]».
Противник был окончательно введен в заблуждение. Последовал приказ гитлеровского командования: усилить оборонительные линии перед правым флангом Приморской оперативной группы. В результате против приморского плацдарма во второй половине декабря — начале января заняли оборону новые соединения: моторизованная дивизия СС «Нордланд» и моторизованная бригада СС «Нидерланды».
Однако вопреки расчетам немецко-фашистского командования наступление войск Ленинградского фронта началось в январе 1944 года не с правого, а с левого фланга Ораниенбаумского плацдарма и завершилось полным разгромом вражеской группировки, блокировавшей Ленинград.
* * *
Вернувшийся в логово врага советский разведчик Каращенко за «успешное выполнение» задания абвера был награжден фашистским командованием бронзовой медалью. Инструктируя агентов, направлявшихся в тыл советских войск со шпионскими заданиями, офицеры абвергруппы-112 приводили в качестве положительного примера действия разведчика Давыдова, который сумел добыть «ценные сведения» о войсках Приморской оперативной группы.
Однако в жизни Каращенко не закончились трудные испытания, опасность была на каждом шагу.
Успешное выполнение задания, данного чекистами Саперову, возвратившемуся к абверовцам, упрочило положение Каращенко. После предоставленного ему короткого отдыха руководство «Марса» предложило Каращенко совершить повторный разведывательный рейд в расположение войск Ленинградского фронта. Помня наставления чекистов о глубоком внедрении в разведку противника, он от этого предложения уклонился.
Я понимаю, мне нужно идти на ту сторону… Но физически не могу. Ноги отказывают…
Нежелание Каращенко выполнять новое задание абвера немцы восприняли отрицательно.
В результате абверовцы не преминули выразить недоверие своему «ценному» агенту и подвергли его проверке в специальном зондерлагере в эстонском местечке Вильянди.
Каращенко чувствовал недоверие немцев и исходящую от них опасность. Снова, в который уже раз размышлял он о том, есть ли у него шансы остаться живым.
В эти минуты опасности в сознании промелькнула вся жизнь. Ее перипетии.
Не забыть ему взорванный рассвет на границе. Страшный грохот, огненные вспышки, зловещий свист осколков, звон вылетающих рам мгновенно встряхнули всех живых, — и все понеслось в войну. Страшней всего внезапность отразилась на женщинах. Жены офицеров с малыми детьми на руках, полураздетые, потрясенные случившимся, под непрерывные разрывы снарядов бросились из разрушенных домов. Прицел немцев был точен. Артиллерийский обстрел в первую же минуту нанес урон — снаряды попали в заставу, загорелась наблюдательная вышка; вырвавшись из полуразрушенной конюшни, лошади безумно носились в дыму и огне…
Беда… Одно дело — готовность к опасности, к беде, другое — сама беда, сама опасность.
Кто представлял себе, в какой миг мир изменит свои очертания: голубое небо станет грозным, твердая земля — шаткой, а живительный воздух будет напоен смертью! Кто мог предвидеть, где точно и каким образом ему придется переступить грань между миром и войной? Никто! И когда разразилась война, она до глубины души потрясла каждого.
Это было ни с чем не сравнимое потрясение, вызвавшее к жизни самое сокровенное, что есть в человеке. Все его существо мгновенно перестроилось на иной лад. На смертельную опасность он должен ответить сверхчеловеческой выдержкой. На каждый удар в грудь, по жизни, по стране он должен немедленно, в сию же секунду ответить ударом. Уже некогда приучать себя смотреть в глаза смерти. Она глядит уже из-за каждого куста, звучит в каждом разрыве снаряда, в томном посвисте пуль. А главное — надо жить, спасать самое дорогое — Родину. Воевать надо, ибо началась война!
В который раз Каращенко представлял себе конец жизни. «Так же как вместе со мной перестанет когда-то существовать мой свет, созданный людьми, природой, исчезнет всё, что со мной случалось, исчезнет неповторимый мир образов, звуков, цвета, мир моих переживаний из которого вырастают и правда, и ложь и легенда».
Все, что было с ним, пропадет, перестанет. Несмотря на угнетенное состояние, ему хотелось верить: обойдется и на этот раз. Вспомнил, однажды ему погадала цыганка. «Ты находишься под влиянием Сатурна и зло тебя преследует, но есть и счастье. Ты знаешь, что такое счастье? На тебя влияет и солнце, а это значит, что из опасности ты выходишь невредимым. Ты знаешь, что такое несчастье? Никогда у тебя нет времени, ты всегда что-нибудь делаешь, должен делать, или ты кому-нибудь нужен. Будешь жить долго. Живи». Позднее Каращенко оказался в резервной группе агентов абвера в Тильзите. Все это время он продолжал собирать сведения о вражеских агентах, готовых к выполнению заданий гитлеровцев. Одновременно склонял агентов абвера, оставшихся в душе советскими патриотами, к явке с повинной.
Операция «Возвращение» — одно из удачных дел «СМЕРШ» Ленинградского фронта.
Наступление войск Ленинградского фронта началось 14 января 1944 года с левого фланга Приморского плацдарма и завершилось полным разгромом вражеской группировки, блокировавшей Ленинград. 27 января 1944 года на берегах Невы прогремел артиллерийский салют в честь полного снятия с города вражеской блокады. Как показали взятые в плен гитлеровцы, наступление советских войск, начавшееся с левого фланга Ораниенбаумского плацдарма, явилось для них полной неожиданностью.
Родина высоко оценила вклад военных чекистов в победу над врагом под Ленинградом. За успешное выполнение ответственных заданий командования многие из них были награждены орденами. В числе отмеченных высокими наградами были офицеры контрразведки, принимавшие активное участие в подготовке и проведении операции «Возвращение».
Что касается Каращенко, то он при отступлении фашистских войск оторвался от противника и в феврале 1945 года вышел в расположение советских войск. Позднее вернулся на Родину и А.В. Саперов. За успешное выполнение важного задания советского командования и проявленные при этом мужество и отвагу М.Д. Каращенко был награжден орденом Отечественной войны II степени.
Так закончилась героическая эпопея пребывания во вражеском тылу М.Д. Каращенко. В послевоенное время, находясь в рядах Советских Вооруженных Сил, Мокий Демьянович Каращенко неоднократно поощрялся командованием за добросовестную, безупречную службу. Выйдя на пенсию по выслуге лет, он часто встречался с молодежью, рассказывал им о борьбе советских людей против гитлеровских захватчиков на полях сражений и во вражеском тылу, о своем участии в тайной схватке с абвером, из которой он, разведчик чекистских органов, вышел победителем[2].
Глава вторая. Семен Калабалин — Литературный герой и курсант школы абвера выполнил задание «СМЕРШ»
О том, как полтора года он абвер за нос водил
