Шагов, конечно, получилось побольше. Заскучавший огр прогуливался вокруг неподвижного тела, свет фонаря кидал на своды жутковатые тени, делая из людоеда настоящего великана.
— Ого, а в первый раз ты летела как стрела, — огр глянул на здоровенный узел. — И это, говоришь, помады? Теперь мы точно утонем. Причем оба.
— Шуточки оставь на потом, — прохрипела Клэ-Р.
— Как прикажешь, моя голоногая госпожа. Мне начинать?
Девушка, ни в силах выговорить ни слова, кивнула и попятилась…
Камни из свода рухнули с оглушительным грохотом. Огр расшатавший верхнюю кладку, успел вовремя отпрыгнуть. Оценил результаты своих трудов:
— Немножко сбоку навалило, ну да ничего.
— Не возись, — простонала Клэ-Р, мечтающая о глотке воды. — Осторожнее!
Огр, ухвативший бесчувственное тело шпиона за ногу, пробормотал:
— Нет, ну до чего же ты мужчин, и любишь, и жалеешь.
Теперь подпорченный шпион лежал у самого обвала: поза естественная, рядом фонарь. Да, задело человека обломком и просто чудом тяжеленные камни беднягу не погребли.
— Дышит? — спросила Клэ-Р.
— Да что ему будет со щелчка такого? — огр хихикнул. — А ты теперь совсем как я сипишь.
Клэ-Р молча подняла узел. Огр, так же молча, поклажу отобрал. Шагали по туннелю. Донесся плеск ледяных волн, и девушка невольно замедлила шаг.
Людоед не замедлил успокоить:
— Слегка штормит. Но ты не бойся. Воду я из тебя в любом случае вытрясу.
— Я прихватила мешок для вещей. Морской. Болтают, такой никогда не промокает, — пробормотала Клэ-Р.
— Умнеешь, — одобрил огр.
Стараясь не смотреть на темную воду, Клэ-Р плотнее перепаковала вещи, затянула завязки. Всё имущество в морской мешок не поместилось, пришлось связывать еще один узел.
— Сначала тряпье, потом худые девки? — предложил план действий людоед.
— Наоборот, — Клэ-Р лязгнула зубами. — Иначе я не выдержу и удеру.
— Тоже верно, — согласился огр. — Что оставляем на память?
Клэ-Р отодрала от пеньюара длинную кружевную ленту, бросила на камни.
— Ну, молиться будешь? — осведомился телохранитель.
— Добрый бог меня и так не забудет, — гиана всхлипнула и швырнула на камни факел.
* * *
Очевидно, на этот раз Клэ-Р захлебнулась не до конца, потому что отчетливо помнила, как выбиралась из воды, как стояла на коленях, выкашливая соленую воду, а огр одобрительно похлопывал по спине:
— Еще два-три купания и ты будешь способна поплескаться у бережка без моей помощи.
— Г…ад, кх-кх…
Огр плюхнулся в воду и уплыл, а девушка осталась кашлять на ледяном ветру. Хотелось скорчиться в комок, завыть и мгновенно умереть, но бодрый огр уже вынырнул, и надо было заниматься багажом. И одеться! Одеться!
Потом прыгали по прибрежным камням, огр временами вскидывал гиану на плечо и согревающее похлопывал по разным частям тела.
— Вперед, моя славная госпожа! Покажешь глупому людоеду, где тот знаменитый волшебный север.
— Жопу мне отобьешь, идиот! И язык я прикушу. Нам еще с людьми торговаться…
* * *
«Эх, зря не поторговался. Или вообще нужно было с собой прихватить» — Эри шагал, стараясь отвлекать себя всякими ненужными мыслями. Брать с собой противень было бы откровенной глупостью. Вместо, щита, что ли? Продал задешево. Эх, рыбья шерсть, а ведь хорош был противень. Дно в самый раз, да и ширина. На заказ делали. Если что, придется новый заказывать — наверняка втридорога сдерут…
Угу, «если что»… Если кухонник эту ночку переживет. Потому как — шли за ценителем противней по пятам. И не «хвостом», а целым хвостищем. Даже не скрываются: разговор, смешки. Идет себе компания подгулявшая, и вот точнехонько по пути ей с кухонником, ну что ты будешь делать…
Сумерки сгущались. Сегодня Эри вышел из «Вкусного угла» чуть раньше, пообещав завтра утром с большим котлом помочь. Обманул, значит. С Лиз за весь день лишь парой слов перебросились, и это даже к лучшему. Пусть думает что хочет. Может, и вспомнит когда «длиннорука жадного»…
Вокруг торчали развалюхи Мучного угла. Где-то здесь и начнется. На пустыре Морверн сработать поостережется — там чужаки настороже будут. А здесь… тоже не лучше. Еще не поздно, голоса в двориках слышны, вот кто-то песню орет. Не спит еще Мучной. Эх, рыбья шерсть, успеет разбойник понять, что чужаков как минимум четверо? Го сдуру выскочит, а там…
— Мау-мау-мау!
Взвыли где-то слева за спиной, да так зычно, что Эри споткнулся. Неужели, это сестрица так оглушительно вопить способна⁈
После жуткого взрева-воя миг тишины настал, потом кто-то завизжал. Не понять, мужчина или женщина, но очень визгливый визг. Сквозь это верещание невыносимое Эри едва расслышал два арбалетных щелчка. Выдергивая из сумки «клюв», побежал назад. Оружие, понятно, зацепилось. Эх, не надо было и ту сковородочку в сумку пихать…
За поворотом на тропинке кричали и дрались. Взвыл кто-то от боли.
— Мау-мау! Аум!!!
Сестрица явно вовсю участвовала.
Прямо на кухонника из-за поворота выскочил человек:
— Люди! Люди! Стражу зовите! Дарки дикие в городе!
— Где⁉ — ужаснулся Эри.
— Так… — чужак вовремя что-то сообразил, отпрянул, и острие «клюва» ему в висок не попало.
— Стража! — ловкач рванулся к накренившемуся забору.
Пришлось метнуть «клюв», — этой забаве Эри успел малость подучиться.
— Ва-аа…
Человек, цепляясь за забор и окончательно заваливая ветхую ограду, осел в подтаявший снег. Эри выдернул из загривка противника оружие, бросился по тропинке к месту стычки. Навстречу бежал еще один противник, весь вооруженный…
— Я тебе… Брось бухтёрить!
Эри, приготовившийся коварно, снизу, метнуть «клюв», перевел дух:
— Что там?
— Так заканчиваем, — Морверн сунул в руки Эри оба арбалета, сам принялся отвязывать от пояса какую-то непонятную штуковину.
— А где… — начал кухонник, прислушиваясь.
Впереди урчали, рычали и хрустели.
— Говорю же, — заканчиваем, — Морверн торопливо выбрал участок нетронутого снега, для начала топнул своей ногой, зачем-то толсто обмотанной тряпьем, потом ткнул рядом со следом короткой колотушкой, вернее, связанными вместе четырьмя деревяшками, старательно обтянутыми кожей. Изумленный Эри разглядел огромный след, отдаленно напоминающий медвежий. Морверн перепрыгнул ближе к тропинке, начал повторять фокус…
— Это что за медведь однолапый? — пробормотал Эри, ранее и не подозревавший за пиратом склонностей к глупым шуткам.
— Это огр. Может и однолапый. Видать, ветеран… — пробурчал Морверн, старательно портя снег. — Наша дубоголовая придумала. Может и задурим страже головы…
Длинными изящными прыжками промелькнула вдоль забора четвероногая тень: полуголая, полупятнистая. С рычанием вспрыгнула на труп — затрещал ворот куртки…
— Хватит, валим отсюда, — шикнул Морверн, цепляя к поясу лапу-колотушку.
— Аум! Рв-ыыы! — из-под морды остервеневшей Го брызнула темная струя.
— Пошли, говорю! — пират ухватился за задние пятнистые ноги, потянул. Оборотниха вроде бы хотела лягнуться, опомнилась…
— Копыта! — скомандовал Морверн. Го перевернулась на спину, яростно топорща усы, задрала лапы. Пират нацепил на нее толстые носки…
В растревоженном Мучном орали на разные голоса. Ударил колокол. Кто-то, взобравшись на крышу уже махал факелом…
Но родственники уже неслись по тропке к Приливам. Хвост Го мелькал где-то впереди — летела оборотень беззвучно, тщательно выбирая утоптанный путь.
— Да ну вас в корму стурвормью, — обозлился Эри, немедленно начавший отставать. — Может мне прямо здесь сдохнуть?
Морверн на ходу забрал один из арбалетов:
— Не гунди, озерный. Засиделись мы. С твоей сестрицей, если у нее уголек раздутый под хвостом, сидеть еще то удовольствие. Что в сумку-то напихал?
— Посуды немного. У нас-то…
— Тьфу, тебе, рукоблуднику кухонному, разве втолкуешь…
